Фобия
Шрифт:
Звонок.
— Да? Вас слушают, говорите.
— Кто это?
— Квартира Водопьяновых.
— Не туда попала.
Звонок.
— Да кто это?!!
— …
Длинные гудки.
— Алло?
— Ника? Ты мне сегодня не звонила?
— Нет. А что случилось?
— Мне все время
— Наверное, действительно ошиблась номером. Ты же знаешь, как работают наши телефонные узлы! Все время не так соединяют. Мало ли…
— Нет, мне кажется, что это одна и та же женщина.
— Кажется или ты уверена?
— Не знаю. По-моему, она меняет голос.
— Рина, ну кому это нужно?
— Не знаю. Может, это она?
— Кто она?
— Она. Может, она обиделась?
— На что?
— Сколько же глупостей я наделала! Но мне хотелось как лучше. Мне теперь стыдно. Я никому не хочу в этом признаваться, никому!
— В чем признаваться?
— Ника, ты мне точно не звонила?
— Рина, но зачем мне надо звонить тебе и класть трубку?
— Извини. Я просто не знаю, что думать!
— Ничего не думай.
— Самое ужасное, что звонят ночью. Как только я засыпаю, раздается телефонный звонок. У меня уже галлюцинации начались. Когда вскакиваю ночью, вижу то ли чудищ каких-то, то ли привидения.
— Привидения?
— Ну да. В саване. В белом саване. Знаешь, если прервать внезапно глубокий сон, то… Да что это я?
— Ничего-ничего. Я внимательно тебя слушаю.
— Ты занята в эти выходные?
— Да, страшно занята. Конец года.
— Понимаю. Работа, работа.
— Ну да. Практически без выходных. Ты прости меня, ладно?
— Хочешь, я тебе заплачу? Ты посидишь со мной, а я тебе оплачу, как за твою работу? Даже больше?
— Ну, какие глупости ты говоришь, Рина! Брать у тебя деньги! И потом, что это за дело — с тобой все время сидеть? Так же не может продолжаться всю жизнь, а я потеряю время и квалификацию. Я врач, мне практиковаться надо.
— Вот и практикуйся на мне.
— Я же не психотерапевт.
— Что ж.
— Не сердишься?
— Нет.
— Тогда пока?
— Пока.
— Как только будет время, позвоню. Или приеду. Хорошо?
— Хорошо. До свидания. Целую.
Звонок.
— Да?
— …
— Да говорите же! Ну, сколько можно?
— Столько, сколько нужно.
— Что? Что вы сказали?!
— …
Длинные гудки.
— Добрый день. Вы позвонили в приемную врача-психотерапевта Анисимовой Ольги Павловны.
— Да-да.
— У вас какие-то проблемы?
— Я не могу так больше! Просто не могу!
— Вас записать на прием?
— Я не могу. Можно мне поговорить с врачом?
— Минутку.
— …
— Девушка? Вы слушаете?
— Да.
— Я соединяю
— …Вас слушают, говорите. Меня зовут Анисимова Ольга Павловна, я врач-психотерапевт.
— Да-да.
— Девушка? Алло? Девушка?
— Здравствуйте.
— У вас какие-то проблемы?
— Да.
— Почему вы не хотите записаться на прием?
— Я не выхожу из дома. У меня сломана нога. Если вы насчет денег, то не переживайте: я сегодня же перечислю вам на счет ту сумму, которую вы назовете. Мне просто необходимо с кем-то поговорить.
— Хорошо, это вы обговорите с моим секретарем. Денежный вопрос. А я очень внимательно вас слушаю. Что случилось?
— У вас правда есть время?
— Ну конечно!
— Уже вечер. На улице темно, холодно. Вы, наверное, домой собрались? У вас семья, дети? Да?
— Вам очень одиноко? Да? Как вас зовут?
— Марина Сергеевна. Рина. Да, лучше Рина.
— Рина?
— Странное имя, да? Но я привыкла. У меня в детстве была подруга. Марианна. То есть и сейчас мы подруги. Я Марина, она Марианна. Когда мы пришли в детский садик, в одну группу, она половину букв не выговаривала. А «Марианна» — это и длинно, и трудно. На вопрос «Девочка, как тебя зовут?» она отвечала «Ник-Ник». Ее девичья фамилия Николаева. Марианна Николаевна Николаева. Так было проще: «Ник-Ник». Я сократила это до Ники, а она, чтобы не выговаривать «Марина», стала звать меня Риной. Правда, тогда, в детстве, она говорила очень смешно: не Рина, а Лина. А уже потом… Ника и Рина, Рина и Ника, так и повелось. Вы слушаете?
— Да. Я вас слушаю.
— Спасибо, большое спасибо! Меня никогда никто не слушал. Вернее, слушали, но из вежливости, а не потому что я говорила что-то особенно умное или смешное или забавное. Я удивительно скучная, некрасивая и очень глупая женщина.
— Это вы сами так решили или кто-то сказал?
— Разве об этом надо говорить? Если у тебя, единственной в классе, нет мальчика, не значит ли это, что хуже уж никого и быть не может?
— Бывают и очень умные, красивые девочки, которых на дискотеках никто не приглашает танцевать.
— Это другое. Думаете, я не понимаю разницу? Красивые и умные рано или поздно получают то, что заслуживают. Наступает момент, когда они понимают, что имеют перед другими громадное преимущество, и начинают этим преимуществом пользоваться, пользоваться так, что… Нет-нет, не думайте ничего такого! Я не о Нике! Нет-нет! Я глупости говорю. Я такая. Все время говорю глупости и делаю глупости. У меня нет абсолютно никаких талантов, а внешность… Стоит только в зеркало посмотреть! Но нет, я не жалуюсь. Никогда ни на что не жаловалась и не буду. Пусть я такая, пусть! Но зачем он тогда на мне женился? Зачем? Я поверила, что это случилось, что я, вот такая, как есть, кому-то нужна, я любила его. Люблю. Да. Всегда буду любить, даже если он умер, а они все говорят, что это я его убила. Если не говорят, то думают. А теперь я сижу и вздрагиваю от каждого телефонного звонка, потому что это вернулось. Вы слушаете? Это.