Флот вторжения
Шрифт:
Шнейдер снова показал ему жестом: иди сюда. Солдат подошел. Когда рука сержанта оказалась у него на спине, он вздрогнул, но не попытался убежать. Воин пришельцев доходил Шнейдеру до середины груди. Сержант повернулся туда, где прятались остальные ящеры.
— Видите? Вам не причинят зла. Сдавайтесь!
— Боже мой, они действительно сдаются, — прошептал Иджер.
— С ума сойти! — поддакнул Остолоп Дэниелс.
Ящеры вышли из своих укрытий. Иджер увидел, что их всего пятеро, причем двое были ранены и опирались о плечи своих товарищей. Солдат, сдавшийся первым, что-то прокричал
— Что же нам делать с ранеными ящерами? — спросил Иджер. — Если их считать настоящими военнопленными, тогда мы должны обращаться с ними должным образом и проявлять о них заботу. Но кого вызывать: врача или ветеринара? Черт побери, ведь мы даже не знаем, способны ли они есть нашу пищу.
— Честно говоря, меня это не волнует, — невозмутимо ответил Дэниелс. — Здорово, что мы их взяли в плен. Не столько из-за того, что можно вытянуть из них какие-то сведения. Просто если уж они захватили в плен столько людей, будет по-честному, если и мы сделаем то же самое.
— Согласен, — кивнул Сэм.
Он подумал об участи остальных игроков команды «Дека-тур Коммодорз». Что с ними? Помня о том, как ящеры расстреляли поезд, трудно было надеяться на благополучный исход.
Вместе с остальными солдатами Сэм поспешил на сигнал сержанта Шнейдера, велевшего заняться дальнейшей участью военнопленных. После капитуляции ящеры оказались на удивление сговорчивыми, стремились как можно лучше понять и выполнить подаваемые жестами команды. Даже Космическим Захватчикам было достаточно легко расшифровать смысл движений, означавших «стой» и «иди».
— Нужно переправить этих чешуйчатых сукиных сынов отсюда в Эштон, причем побыстрее, прежде чем здесь окажется их подкрепление, — сказал сержант Шнейдер. Он выбрал шестерых солдат: — Ты, и ты, ты тоже, ты тоже, еще ты и ты.
Среди этих «ты» Иджер оказался четвертым, а Остолоп Дэниелс — пятым.
— Отправляйтесь к автобусу, который привез нас сюда, и везите их на нем. Мы окопаемся и будем надеяться, что люди появятся здесь раньше, чем ящеры решатся на новую атаку. Если Богу будет угодно, вы сможете выгрузить их в Эштоне и через несколько часов вернуться назад. А сейчас двигайте, да так, чтобы задницы сверкали.
Окруженные с обеих сторон людьми, в руках которых были заряженные винтовки с примкнутыми штыками, ящеры пробирались через развалины к желтому школьному автобусу, реквизированному для перевозки личного состава. Иджер предпочел бы везти пленных в подобающем армейском грузовике цвета хаки, но в таком городишке, как Эштон, в распоряжении армии имелся лишь школьный автобус.
Ключ зажигания по-прежнему торчал на своем месте. Отто Чейз поглядел на него с определенной долей беспокойства.
— Кто-нибудь из вас умеет водить эту большую керосинку? — спросил бывший рабочий цементного завода.
— Допустим, мы с Сэмом могли бы попытаться, — сказал Остолоп Дэниелс, глянув сбоку на Иджера.
Бывший игрок в бейсбол надул щеки, как бурундук, едва удерживая смех. Проведя полжизни в автобусах, помогая их чинить на обочинах дорог, толкая, когда не заводился мотор, он знал о них почти все. Остолоп же вообще путешествовал на автобусах с тех самых пор, когда
Дэниелс подождал, пока солдаты загонят ящеров на широкое заднее сиденье, потом завел мотор, развернул автобус на узенькой улочке, где большинство людей не решились бы разворачиваться, и покатил в Эштон.
Остолоп держался в стороне от больших автострад, предпочитая проселочные дороги. Так было меньше шансов оказаться замеченными с воздуха. Повысив голос, чтобы его было слышно сквозь шум мотора, он сказал:
— Напоминает мне Францию в восемнадцатом году, где-нибудь возле передовой. В одном месте все разворочено, а пройдешь каких-то пятьсот ярдов — там вообще о войне никто не слышал.
«Картина совпадает», — подумал Иджер. Большинство ферм, разбросанных среди перелесков между Эмбоем и Эштоном, не пострадали от вторжения. На нескольких полях работали люди в комбинезонах и широкополых шляпах. То тут, то там паслись коровы — черные и белые пятна, ярко выделяющиеся на фоне сочной зеленой травы и созревающего урожая. Жизнь неспешно шла своим черёдом, словно ближайшие ящеры находились в десятке миллиардов световых лет отсюда.
Однако иногда автобус проезжал мимо бомбовых воронок. По сторонам от них, на теплом летнем солнце, коптились распухшие трупы коров. А некогда чистенькие фермерские домики больше не были ни чистенькими, ни домиками в привычном смысле слова, а более напоминали следы игры гигантов в городки. Жирные вороны, потревоженные тарахтеньем автобуса, взмывали в воздух, негодующе каркая из-за прерванного пиршества.
Четверо здоровых ящеров делали все, что в их силах, оказывая помощь двум своим раненым собратьям. Сделать удалось не много: люди лишили ящеров их поясов, которые вместе со шлемами составляли все одеяние пришельцев. Никто ведь не знал, какие смертоносные диковинки могут скрываться внутри этих поясов и шлемов.
Иджер никогда не задумывался о том, что могут чувствовать Космические Захватчики, если их ранили и взяли в плен существа, столь же чуждые им, как и они людям. Ящеры не казались ему всемогущественными или злобными. Они про сто выглядели встревоженными. На их месте он бы чувствовал себя не лучше.
Сэм взял один из поясов и начал открывать кармашки. Вскоре он обнаружил что-то, напоминающее бинт, обернутое в какой-то прозрачный материал, более мягкий и гибкий, чем целлофан. Иджер решил: уж если эта штука содержит какую-нибудь смертоносную диковину, он скорее съест свою каску. Сэм пробрался к остальным солдатам, которые по-прежнему держали ящеров под прицелом своих винтовок, и протянул перевязочный пакет.
— Какого дьявола ты это делаешь? — заворчал Отто Чейз. — Не все ли равно, останутся эти проклятые твари в живых или сдохнут?
— Они военнопленные, и нам стоит обращаться с ними достойно, — ответил Иджер. — К тому же они захватили в плен гораздо больше людей, чем мы — ящеров. Мучить их — просто глупо.
Чейз что-то пробормотал и уступил. Глаза ящеров бегали от лица Иджера к пакету и обратно. Эти существа напоминали Сэму хамелеона, которого он видел в зоопарке… кажется, в Солт-Лейк-Сити? Может, и в Спокане. Где бы то ни было, теперь это давно ушедшие времена.