Финн
Шрифт:
– Ты прощаешь меня? – мой голос дрожит.
– Прощаю тебя? Это я тот, кто должен просить о прощении. Ты пыталась достучаться до меня, а я игнорировал тебя. Я никогда не прощу себя. Я не выбросил твои письма и не стер сообщения. Было слишком тяжело смотреть на них, но я знал, что однажды мне придется сделать это. Так что я солгал тебе. Прямо здесь и сейчас, я говорю тебе, что люблю тебя так, как ты и не представляешь. Мое сердце навсегда принадлежит тебе. Скажи, что прощаешь меня.
Из меня вырывается мучительный крик, и я обхватываю
– Конечно, ты…
Мне не удается закончить свое предложение, потому что его рот обрушивается на мой, его язык проскальзывает между моих губ. Я хнычу от вторжения, затем встречаю его толчок за толчком. Моя грудь сотрясается, пока я продолжаю плакать, изливая в этот поцелуй, сдерживаемые эти несколько недель разочарование и сердечную боль.
Слабый привкус виски заполняет мои вкусовые рецепторы, и я прижимаюсь ближе, сгибая руки у основания его головы. Мои руки и шея покрываются гусиной кожей, а кровь начинает закипать от желания. У меня кружится голова, но я не смею отстраниться.
Соль моих слез стекает по нашим губам и покрывает наши щеки. Финн углубляет поцелуй, его рука на моей талии скользит вниз, чтобы обхватить мой зад, и он толкается бедрами в мои. Толстая выпуклость в его брюках ударяется об мою тазовую кость, и я издаю стон, тая в его объятиях.
Захлопнувшаяся дверь и громкое прочищение горла вырывают меня из моего тумана, и Финн рычит, отрывая от меня свой рот.
– Что?
Бедный Эйс смотрит на нас округлившимися глазами и с открытым ртом. Я могу только представить, как мы выглядели, когда он вошел.
– Эм, вот твой лед, Пресли. Мне пришлось сходить на другой этаж.
– Спасибо Эйс, – удается мне сказать перед тем, как спрятать лицо в изгибе шеи Финна.
– Теперь я пойду. У тебя есть мой номер, если тебе что-нибудь понадобится.
Горло Финна подрагивает у моей щеки и из меня вырывается смех, когда я слышу, как снова открывается дверь, а затем захлопывается.
– Прежде чем я уложу тебя в эту кровать и раздену догола, скажи мне, как много людей имеют ключ от этого номера?
– Было сделано шесть ключей.
Шесть? На кой черт?
– Папе, Джонни, Риз, Максу, тебе и мне. Твой ключ был отдан Эйсу.
Финн наклоняется, откидывая голову назад, и пристально смотрит мне в лицо.
– Ты сделала для меня ключ?
– Сделала, – шепчет она.
– Зачем?
– Я пошла в уборную, чтобы рассказать тебе о презентации. Ты был моим первым выбором, чтобы сопровождать меня сегодня. Эйс был заменой.
Парень вздрагивает и сильнее сжимает мою талию.
– Прости меня, малышка.
– Все нормально.
– Я мудак.
– Мы можем не обсуждать это? Мне хочется вернуться к части примирения, – я толкаюсь в него бедрами.
– Как бы сильно мне этого не хотелось, мы должны появиться внизу. Там толпа, которая вероятно считает минуты до того, как сможет ворваться в эти двери. Мы остановимся
Я отпускаю его и отхожу, поправляя платье. Мне ненавистно это признавать, но он прав. В последний раз, когда папа и Риз пытались поговорить со мной, я рыдала, после того, как оставила Финна в мужском туалете.
– Позволь мне освежиться.
Я отступаю в сторону, но его сильная рука хватает меня за локоть и тянет обратно к его твердому телу. Я дрожу, когда его губы оставляют дорожку из поцелуев вдоль моей шеи.
– Скажи, что любишь меня.
– Я люблю тебя.
– Скажи, что ты моя.
– Навсегда.
Кажется, это удовлетворяет его, и он отпускает мой локоть.
– Я тоже твой, Пресли и я буду любить тебя до конца своей жизни.
Мои глаза снова начинает пощипывать.
– Ты делаешь так, что комнату покинуть очень сложно.
– Будь готова, детка, – он шлепает меня по заднице, подталкивая вперед. – Чем быстрее мы уйдем, тем быстрее сможем вернуться.
В моем животе порхают бабочки, пока я подправляю свой макияж и украдкой смотрю на Финна в зеркало. Он пристально наблюдает за мной, не покидая меня ни на секунду.
– Ты смотришь, – указываю я.
– Это потому, что ты ошеломительная.
От этой простой фразы у меня перехватывает дыхание. Недели головной боли исчезают, потому что я знаю, я вернула своего Финна.
***
Я в шоке вздыхаю от вида передо мной. Свечи освещают комнату и прокладывают дорожку к кровати королевского размера, которая отодвинута немного назад, и роза лежит на одной из подушек. В углу та же тележка, которую Финн закатил чуть ранее, но теперь бутылка шампанского откупорена, и два бокала наполнены пузырящимся напитком. На верху каждого бокала малина.
– Как? – я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Финна, прислонившегося к двери, с руками в карманах, наблюдающего за мной. Он соблазнительно облизывает губы и наклоняет голову в бок, раздевая меня взглядом.
– У меня свои способы.
– Это великолепно.
– Нет, ты великолепна. Твоя красота лишает меня дыхания.
– Финн, – я прячу свое лицо. Он весь вечер был рядом, шепча комплименты и целуя мою шею, так что я бесконтрольно краснела.
Парень отталкивается от двери и проходит мимо меня к тележке. Протягивает мне бокал шампанского, обнимает меня за талию свободной рукой и притягивает ближе.
Выражение его лица становится серьезным, и он прижимает свой лоб к моему.
– Спасибо, что любишь меня. До сегодняшнего вечера, я никогда не тратил время, чтобы понять твои взгляды на будущее. Когда ты ушла от меня, я был разбит, но знал, что найду тебя и буду чертовски сильно бороться, чтобы вернуть тебя. Но теперь я понимаю. Если бы стреляли в тебя или еще хуже, я бы никогда не смог прийти в себя. Прости, что мне понадобилось так много времени, чтобы понять твою точку зрения.