Финн
Шрифт:
– Договорились! – оба говорят в унисон.
Я достаю продукты для любимого блюда Джонни и отправляю короткое сообщение Эмбер, что буду через пару часов, объясняя свой ужин с семьей.
Они предлагают помочь, однако сидят и разговаривают, составляя мне компанию. Джонни рассказывает о новой девушке, с которой встречается, но клянется, что слишком рано говорить об эмоциональной составляющей. Вообще-то он заикается, и его шея начинает подрагивать, когда я говорю о встрече с ней. В комнате раздается смех папы, что заставляет Джонни разозлиться.
В моей
Я с удовольствием готовлю, наслаждаясь временем с этими парнями. Последний раз, когда мы ужинали у папы, и я готовила, был перед смертью Саймона.
Фильм Винни заканчивается прямо перед тем, как я заканчиваю готовить. Мы садимся и внимательно слушаем, пока она рассказывает нам обо всем происходящем в ее жизни. Никому не удается сказать больше пяти слов, так как она доминирует в разговоре, перепрыгивая с темы на тему.
Я сижу на стуле, наевшаяся, пока Джонни и папа убирают посуду. Винни вскарабкивается на мои колени и начинает расспрашивать о Финне, когда на кухне раздается треск, пугая нас обоих. Мой телефон звенит в сумочке, и в это же время папа возвращается, его лицо бледное.
Мое сердце бьется о грудь, а кишки сворачиваются. Что-то произошло. Что-то очень и очень ужасное.
***
В доме Эмбер не радостно, когда я и Джонни заходим. Она сидит на подлокотнике дивана, а Дженна держит ее руку. Они оба слабо кивают нам и возвращаются к просмотру телевизора.
Риз отходит от Триппа и идет ко мне, обнимая меня за талию, и кладет голову на мое плечо.
– С ними со всеми все будет хорошо.
– Надеюсь на это, – удается мне проговорить сквозь ком в горле.
Час назад в новостях сказали, что в Батон Роудж в Луизиане была перестрелка, связанная со спасением семьи губернатора. Бандитская группировка была идентифицирована и подтверждено несколько смертей, включая смерть одного из спасателей. Также информируют о ранениях представителей обеих сторон. Пока что мы только знаем, что семья Де Сантиса жива и ее члены не входят в число раненных.
Репортеры на всех каналах продолжают повторять то же самое, что они говорили, когда я была у папы. Видимо власти попытались договориться об освобождении семьи и няни, но похитители не пошли на встречу. Больше мы ничего не знаем.
Мой разум наполнен возможными вариантами развитиями событий, но последнее что я знала, Финн по-прежнему был в группе наблюдения. Я пытаюсь думать, что он был вдалеке от этих действий. Но что насчет Робби или Джеймса, или любого другого из команды «Хейс Секьюрити»? Мысли о том, что они ранены или еще хуже, посылают дрожь по моей спине. Лица Эмбер, Равэн и Дженны говорят мне о том, что они тоже думают об этом.
Я не сажусь, это кажется слишком насильственным. Вместо этого, я прижимаюсь к Риз и держусь за локоть Джонни. Никто не говорит, все взгляды
Пронзительный звонок телефона разрушает тишину, и Дженна вскакивает, хватая свой телефон с журнального столика.
– Джеймс, – её голос тих и полон страха. Она крепко держит телефон, затем смотрит на Равэн и Эмбер с негромким рыданием от облегчения. – Они в порядке.
Эмбер опускает голову на грудь, обнимает живот и начинает дрожать. Я иду к ней, наклоняюсь и обнимаю ее. Она тихо плачет в моих объятиях, и я нежно успокаиваю ее, чувствуя, как страх исходит от ее тела. Мы покачиваемся взад и вперед, пока она не начинает икать и шептать мне на ухо слова благодарности.
На мое плечо опускается рука и, взглянув наверх, я вижу лицо своего брата, бледное и с тенью беспокойства.
Все взгляды в комнате направлены на нас, и я чувствую, как знакомый страх начинает душить меня. Я отворачиваюсь от Джонни и Эмбер и начинаю ползти назад, пока моя спина не ударяется об камин.
– Нет, – хриплю я, в моем горле внезапно пересохло.
– Пресли, милая, – Дженна начинает говорить, но я сильно трясу головой, заглушая ее голос.
– Нет! Он в наблюдении. Он не был на линии огня. Он обещал мне, что будет в безопасности. Это ошибка! Это должно быть ошибкой! – мой голос начинает ломаться, и оставшиеся слова теряются.
Этого не может быть...
Он обещал мне...
– Пресли, посмотри на меня, – Джонни встает на колени и наклоняется ко мне, чтобы быть на уровне моих глаз. – Он жив.
Жив! Жив! Жив!
Слова прыгают в моей голове, и я глубоко вздыхаю, бросая себя в объятия брата.
– Милая, его подстрелили и сейчас оперируют.
– Ка-а-к?
– Мы не знаем деталей. Джеймс скоро перезвонит, – голос Дженны сдержанный, слишком сдержанный.
– Эвелин? Том?
– Я сейчас еду туда. Джеймс уже поговорил с ними.
– Я поеду с вами.
– Конечно же.
– Джонни, ты можешь позвонить папе? Попросить его встретиться с нами?
– Конечно.
– Скажи ему привезти сюда Винни. Она может побыть со мной, – предлагает Эмбер, и я бросаю ей благодарный взгляд.
Джонни помогает мне встать на ноги, и я прижимаюсь к нему для поддержки, пока он подводит меня к дивану, и идет на кухню, чтобы позвонить. Равэн тихо плачет на плече Деклэна, и я кладу руку на ее колено. Она накрывает ее своей рукой и крепко сжимает.
– С ним все будет хорошо, Пресли, – она наклоняется, успокаивая меня.
Я не отвечаю, но осторожно киваю, облокачиваясь на нее для поддержки.
Несколько минут спустя, приходит Джонни, и мы выходим из дома, следуя за Дженной. Трипп и Риз садятся с нами в машину, пока остальные остаются, ожидая дополнительной информации.
Вся поездка в тумане. Трипп делает необходимые звонки ребятам и смотрит в окно, ни на чем не фокусируясь.
Когда мы подъезжаем, Эвелин ожидает в дверях, а Том обнимает ее за плечи. Дженна быстро обнимает их и заходит в дом, пока я стою в стороне, позволяя Триппу сделать то же самое.