Чтение онлайн

– Финал в прямом эфире через восемь недель.

– Два месяца? Ладно. А до тех пор я могу сосредоточиться на Лирике и написании новых песен для альбома.
– Как будто вспомнив о чем-то, Харли щелкает пальцами.
– О, еще я хочу, чтобы в альбоме были сольные песни, так что вам двоим нужно заняться сочинительством. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы мы с Райдером писали для тебя.

– Вообще-то Мейсон...

Я перебиваю Денвера.

– Вы, парни, можете это сделать. Вы

всегда это делали.

Лицо Харли становится самодовольным.

– И я только что добился твоего согласия. Устный контракт - это все равно контракт. Это происходит. Все это происходит!

Я поворачиваюсь к Денверу.

– Чья была идея - приехать сюда?

– Твоя.

Вот дерьмо.

Из динамиков снова звучит песня Лирика, и он стонет.

– Возможно ли быть недовольным самим собой в самом начале своей карьеры?

Мы втроем смеемся, потому что его ждет неприятное пробуждение.

– Ладно, я забираю его, чтобы он встретился с более «важными» людьми, - говорит Харли.

– Ты же знаешь, что все могут видеть твои воздушные кавычки, верно?
– Указываю я.

Харли хлопает меня по плечу.

– Но они меня не слышат, поэтому не знают, о ком я говорю.

Я улыбаюсь, глядя, как они уходят, а затем слышу голос Денвера.

– Знаешь, мы всегда можем уйти, если хочешь. У меня были большие планы, прежде чем ты решил показаться.

Я поднимаю голову и смотрю на него.

– Планы?

Он облизывает губы.

– Они включают в себя гораздо больше того, чем мы занимались прошлой ночью.

Я мысленно возвращаюсь к тому, как нахожусь между ног Денвера, обхватывая его член ртом и с пальцами внутри него.

Это не входило в мои планы, но это исследование - забавно и живет своей собственной жизнью. К тому же, когда он извивался подо мной, умоляя пустить в ход мои пальцы, я не собирался ему в этом отказывать.

– Готов идти?
– хрипит он.

– Определенно.
– Больше член, чем я сам.

На этот раз, когда мы пробираемся сквозь толпу и люди пытаются остановить нас, чтобы заговорить, я практически продираюсь сквозь них, как сквозь кегли для боулинга.

Прошу прощения, не извиняюсь.

Мне нужно кое-куда уйти.

***

Час спустя Денвер оказался там же, где и прошлой ночью. Голый, с раздвинутыми ногами, мои пальцы двигаются внутри его тугого отверстия. Я облизываю нижнюю часть его члена, и он дрожит.

Он на краю кровати, упираясь ступнями в матрас, в то время как

мои колени упираются в ковер. Мой член тяжелый и напряженный, но я пока не обращаю на это внимания, потому что видеть Денвера в таком состоянии стоит того, чтобы потерпеть.

Когда я поднимаю на него взгляд, на его лице появляется выражение дикого желания, и я готов на все, лишь бы он продолжал на меня так смотреть.

Он опирается на локти, наблюдая за тем, как я скольжу ртом вверх и вниз по его твердому члену. Каждый раз, когда я вбираю глубже, что, признаться, все еще не очень глубоко, в его глазах мелькает что-то остекленевшее, от чего у меня начинает болеть член.

Я выпускаю его член изо рта и прикрываю его свободной рукой, наблюдая, как мои пальцы двигаются внутри него. Я могу только представить, каково это - скользить членом внутрь и наружу. Я так сильно хочу быть внутри, но мы больше не обсуждали это, за исключением того, что на прошлой неделе он сказал, что думал об этом и, возможно, готов к большему. Мы были поглощены поисками других путей.

Словно читая мои мысли, голос Денвера прерывает мою концентрацию.

– Я хочу твой член.

Я замираю, моя рука застывает, обхватив его член, пальцы все еще внутри него.

– Т-ты уверен?

Все нервы возвращаются, но к ним примешивается возбуждение. Если минет Денверу может меня возбудить, я готов попробовать что угодно новое. Просто… это пугает. Потому что я хочу доставить ему удовольствие. Я хочу позаботиться о нем.

– Пожалуйста.

Черт, трудно сказать «нет».

Прежде чем успеваю хорошенько подумать или дать себе шанс отказаться, я отстраняюсь от него и встаю.

– Презерватив?

– Не нужно.
– Он вслепую тянется за смазкой и швыряет ее в меня.

– Не нужен?

Он качает головой.

– Только не нам. Только не с тобой.

С кем-нибудь другим я бы настаивал, но я доверяю Денверу больше, чем самому себе. Я ни с кем не встречался с тех пор, как вернулся домой, и когда твой детский врач настаивает на полном обследовании на ЗППП, потому что «Столько лет общался с голливудскими типами, ты обязательно что-нибудь подхватил», ты с ним не споришь. И да, это было чертовски неловко.

Я выдавливаю смазку в ладонь и смазываю член.

Денвер лежит, распростертый и готовый для меня, наблюдая, как я себя готовлю. Его вид с раздвинутыми ногами, стоящим твердым членом и чистое желание на его раскрасневшихся щеках разжигает во мне потребность. Еще несколько движений, и все может закончиться, даже не успев по-настоящему начаться.

Денвер ерзает.

– Мейс...

Я знаю этот тон. Это, поторопись-блядь, тон. Очевидно, не имеет значения, происходит ли это в раздевалке, потому что мы опаздываем, или в разгар секса, его нетерпение звучит одинаково.