Чтение онлайн

Я думал, что буду стесняться фотографироваться, но идея заставить Харли гоняться за нами по всему Лос-Анджелесу заставила меня забыть обо всех таблоидных скандалах и проблемах с весом. Возможно, это изменится через несколько часов, когда моя фотография разлетится по всему Интернету, но я уже снимался для «Фэндома». Я попал в желтую прессу после нашей прогулки. То же дерьмо, но в другой день, но я извлекаю из этого пользу.

Денвер умело лавирует в потоке машин, и я не знал, что это может выглядеть так сексуально. Он слишком сосредоточен на дороге, и морщинка

на его лбу очаровательна.

Я лишь слегка сожалею, что Блейк едет с нами, иначе я бы протянула руку и… Ну, не знаю, что бы я сделал. Мне хочется снова подрочить ему, но я также хочу опередить Харли. Это был бы сложный выбор.

Первое, куда мы планируем отправиться - место, что советует Блейк. Это ресторан под открытым небом в Западном Голливуде, известный тем, что там часто можно увидеть знаменитостей. По его словам, он проводит там почти все свои встречи с режиссерами и другими звездами, чтобы создать ажиотаж вокруг фильма.

Мы задерживаемся в ресторане только для того, чтобы выпить кофе и сфотографироваться, прежде чем перейти к следующей точке.

– Как вы относитесь к тому, чтобы сходить в Китайский театр и сфотографироваться с фанатами на улице?
– спрашиваю я.

Глаза Денвера расширяются.

– Без… типа, охраны?

– Все будет в порядке, - говорю я.
– Мы припаркуемся в запрещенном месте и будем стоять рядом с машиной, чтобы если что, запрыгнуть обратно. Мы пробудем там максимум пятнадцать минут. Нам нужно только активизировать соцсети. Харли это возненавидит.

– О, мы должны попросить их всех опубликовать это с хэштегом «найди нас». Они подумают, что это вызов для фанатов, но на самом деле это вызов для Харли, - говорит Денвер.

– Отлично.

Блейк наклоняется между нашими сиденьями.

– И все же, есть одна вещь. Как думаете, люди начнут говорить о воссоединении, если мы все это устроим?

– Определенно начнут, - говорю я.
– Технически, мы оказываем Харли услугу, но...
– Я поворачиваюсь к нему.
– Наверное, нам следует признать. Ты знаешь, что это воссоединение состоится. Думаю, что на данный момент Харли горы свернет ради этого. Ты знаешь, что он звонил мне каждую неделю в течение почти шести месяцев, прежде чем вы, ребята, появились у моего порога?

Блейк кивает.

– Он также много раз приходил на съемочную площадку ко мне.

– И ко мне, - говорит Денвер.

– Я думаю, нам стоит попробовать. - Вот я и сказал.
– Но, как и договаривались, мы твердо стоим на своем. Если Харли захочет, чтобы это произошло, он станет главой нашего нового лейбла, и мы не можем позволить ему помыкать нами, как это делали «Джойстар».

– Согласен, - говорит Блейк.

– Я думаю, у Харли все получится, - говорит Денвер.
– Ну, знаете, если он сможет

нас поймать.

Мы останавливаемся и паркуемся прямо у кинотеатра, что уже привлекает внимание некоторых, но когда мы выходим из машины, начинаются крики.

– Вы можете поверить, что прошло уже больше двух лет, а мы по-прежнему получаем такую реакцию?
– Говорит Денвер, прежде чем его тут же обнимает восторженный фанат.

Небольшая толпа собирается быстро, и хотя это ошеломляет, потому что я давно не сталкивался с такой толпой, мне также приятно слышать, как сильно люди все еще любят нас.

Есть агрессивные типы, лезущие из кожи вон, чтобы добраться до нас, но, как делал всегда, я нахожу тех, кто держится в хвосте, терпеливо ожидая своей очереди, даже если это означает, что они ее пропустят.

Я пробираюсь сквозь толпу людей, проталкивающих в мою сторону свои телефоны, и замечаю девушку с ярко-рыжими волосами, веснушками и в огромных очках, которая смотрит в землю.

– Привет.

Ее взгляд встречается с моим, и ее глаза расширяются. Я улыбаюсь.

– Селфи?

Она кивает и достает свой телефон, чуть не роняя его при этом.

Вот почему мне так нравилось то, что мы делали. Вот почему все это дерьмо стоило того.

– Ты всегда был моим любимчиком, - тихо говорит она, и я усмехаюсь.

– Спасибо.

Она убегает, как будто я только что порадовал ее, и это переполняет мое сердце.

Мы втроем немного задерживаемся, делаем селфи, меня всего пару раз спросили, почему я выгляжу по-другому, и каждый из нас уклонился, когда его спросили: «Когда состоится воссоединение?»

Примерно на десятый раз, когда нас спросили, Денвер, наконец, дал ответ.

– Я не знаю. Райдер говорит, что это произойдет, когда нам исполнится сорок.
– Денвер смотрит на меня.
– Для тебя это будет всего через три года, да?

Я показываю ему средний палец. Мне позволено вытворять подобное дерьмо на публике, ведь я «плохой парень». Представьте, что бы сделали эти люди, если бы узнали, что я семьянин из маленького городка, выросший на захудалой лесной ферме в глухомани штата Монтана, а не тот, за кого они меня принимают.

Возвращение домой к маме не кричит о том, что я плохой парень. Так же как и быть милым с застенчивыми людьми в толпе, но это другое. Отношение плохого парня должно быть направлено только против системы или других известных людей. Нападать на фанатов - это хороший способ потерять карьеру.

– Можно поцелуй?
– спрашивает кто-то у Денвера.

Его взгляд скользит по мне, прежде чем он неловко улыбается.

– О, конечно. – Он тянется к ее щеке, но она отстраняется.