Чтение онлайн

– Неправда. Миллионы фанатов надеются на это. К черту администраторов и представителей индустрии. Сделайте это ради фанатов, которые сделали нас теми, кто мы есть.

На краткий миг я замечаю трещину в его суровой оболочке, но ненадолго.

– Не заинтересован.

Мейсон, которого я знал, всегда был теплым и располагающим, и он бы пошел на все, чтобы осчастливить любого из «Одиннадцать».

Горечь нового Мейсона - как пощечина.

Похоже, я ошибся. Внешность Мейсона - не единственное, что в нем изменилось.

Хотел бы я знать, как это исправить.

Исправить нас.

Но не думаю, что смогу.

И во второй раз за два с половиной года я ухожу из жизни Мейсона.

Глава 6. Мейсон

Мама берет с полки в супермаркете смесь для блинчиков и шоколадную крошку, и я тут же кладу их обратно.

– Тебе нужно перестать меня перекармливать, - ворчу я.

Все моменты, когда меня не узнавали на улице и я чувствовал себя по-настоящему хорошо, теперь омрачены взглядами, которыми Харли, Блейк и Денвер одарили меня несколько дней назад. Это было похоже на то, что я чувствовал, когда на Рождество группа Кэша тоже не узнала меня. Хотя с ними это было терпимо, потому что, хотя мы когда-то вращались в похожих кругах, и я считал Кэша другом - пусть и с натяжкой, - когда люди, с которыми ты семь лет гастролировал, тебя не узнают? Может, пора сходить в спортзал и перестать налегать на мамину еду?

– Ерунда, - говорит мама.
– Ты коренастый и здоровый. Клянусь, когда тебя не было дома, они тебя совсем не кормили, и твой лейбл это устраивало. Похоже, они хотели, чтобы вы все выглядели как маленькие мальчики, а не как мужчины.

Это не первый раз, когда я разговариваю об этом со своей матерью, и не последний. Она поддержала мой переезд в Лос-Анджелес, чтобы продолжить музыкальную карьеру. Она была не в восторге от того, что я бросил колледж в конце первого курса, потому что заключил контракт с бойз-бэндом. Она не ожидала, что это произойдет так быстро, и боялась, что все рухнет, и тогда у меня не будет ни карьеры, ни диплома.

Она была наполовину права. В конце концов, это произошло.

– Я не говорю, что мне нужно стать таким же худым, каким я был во время гастролей. Я говорю о нескольких килограммах.
– Двадцати. Может, двадцати пяти.

– Тебе не нужно ничего сбрасывать, но если ты делаешь это для себя и относишься к этому серьезно, я перестану приносить все свои остатки.

– Спасибо.

Она кладет блинную смесь и шоколадную крошку обратно в тележку.

– На самом деле это для твоих племянников, а не для тебя. Боже, всего один визит старых друзей, и тебе вдруг начинает казаться, что мир снова вращается вокруг тебя.

Я смеюсь, а потом кое-что понимаю.

–

Подожди. Если ты больше не собираешься готовить для меня, значит, мне, наконец-то, нужно научиться готовить?

Казалось бы, прожив так долго в одиночестве, я должен был чему-то научиться, но мамин дом находится буквально в двух минутах езды. Он находится на одной территории, нас разделяют акры земли, но проще пойти за продуктами туда, чем тащиться в Биг-Скай[1], где мы сейчас находимся, совершая обычную поездку за продуктами. Я всегда беру маму с собой в магазин, чтобы мы могли закупиться на несколько недель.

Когда я только вернулся домой, то обычно ждал в машине, пока мама ходила по магазинам, чтобы меня не узнали, но потом обнаружил, что, набрав сорок фунтов и отрастив волосы и бороду, я стал невидимым.

Мы заканчиваем покупки, мама кладёт более полезные продукты и обещает показать мне, как их готовить, а затем мы направляемся к кассам.

Когда мы загружаем сумки в кузов грузовика, меня пугает характерный звук щелчка затвора фотоаппарата со скоростью миллион раз в минуту. Даже после восемнадцати месяцев полной тишины этот звук для меня как скрежет металла по стеклу.

И вот, когда я оборачиваюсь, какой-то придурок направляет на меня камеру. Но… как они узнали, что это я? Черт возьми, я в режиме невидимки.

– Мейсон, ты что, все это время прятался здесь?

Блядь.

Я отворачиваюсь, чтобы он не мог, как следует, разглядеть мое лицо.

– Мам, садись в машину сейчас же.

Моя пятидесятилетняя мама, при ее росте в пять футов четыре дюйма, игнорирует меня. Она подбегает к папарацци, нашедшего меня бог знает как, и начинает кричать на него.

– Вы не можете оставить его в покое? Он отдал так много - всего себя - и вы все еще мучаете моего мальчика.

– Мама! Идем.
– Мне приходится тащить ее к машине.

Мы садимся в пикап, и я быстро уезжаю с парковки, чтобы они не смогли проследить за нами до дома. Хотя, конечно, они не смогут попасть на мою территорию, не нарушая закон. Папарацци - назойливые люди, и умеют обходить закон, но никогда не нарушают его.

– Сколько раз тебе говорить, чтобы ты ничего им не говорила?
– Рявкаю я.

– Почему они вообще здесь?
– Спрашивает мама.

Я знаю, что она желает добра, и у неё доброе сердце, но с ужасом жду завтрашних заголовков.

Мама Бывшего Участника Бойз-бэнда Спешит На Помощь.

– Даю тебе две попытки, но на самом деле достаточно одной. Что изменилось за последние несколько дней? Гарантирую, слухи о том, что Харли Валентайн и Блейк Монро здесь, без сомнения распространились, когда они приехали в город перекусить.