Фауст, Гёте Иоганн Вольфганг

Фауст

на обложку

Гёте Иоганн Вольфганг

Шрифт:

Мефистофель

Тут черту больше нечего сказать.

Бакалавр

Я захочу, и черт пойдет насмарку.

Мефистофель (в сторону)

Тебе подставит ножку он, не каркай.

Бакалавр

Вот назначенье жизни молодой: Мир не был до меня и создан мной. Я вывел солнце из морского лона, Пустил луну кружить по небосклону, День разгорелся на моем пути, Земля пошла вся в зелени цвести, И в первую же ночь все звезды сразу Зажглись вверху по моему приказу. Кто,

как не я, в приливе свежих сил Вас от филистерства освободил? Куда хочу, протаптываю след, В пути мой светоч — внутренний мой свет. Им все озарено передо мною, А то, что позади, объято тьмою.

(Уходит.)

Мефистофель

Ступай, чудак, про гений свой трубя! Что б сталось с важностью твоей бахвальской, Когда б ты знал: нет мысли мало-мальской, Которой бы не знали до тебя! Разлившиеся реки входят в русло. Тебе перебеситься суждено. В конце концов, как ни бродило б сусло, В итоге получается вино.

(Молодежи в партере, которая не аплодирует.)

На ваших лицах холода печать, Я равнодушье вам прощаю, дети: Черт старше вас, и чтоб его понять, Должны пожить вы столько же на свете.

Лаборатория в средневековом духе

Громоздкие нескладные приборы для фантастических целей.

Вагнер (у горна)

Чу! Колокол звонит! От звона Приходят стены в содроганье. Не может неопределенно Так долго длиться ожиданье. Вдруг — свет! Следы потемок стерты Свечением внутри реторты. В ней уголь живчиком трепещет. Он, как карбункул, ярко блещет И мечет молнии нагрева Во мрак, направо и налево. Вот света белого игра! Как удержать его зарницы? Но, боже, кто-то в дверь стучится.

Мефистофель (входя)

Привет! Желаю вам добра.

Вагнер (боязливо)

Привет вам в звездный час счастливый!

(Тихо.)

Дух затаите молчаливо: Приходит к завершенью славный труд.

Мефистофель (еще тише)

А чем же занимаетесь вы тут?

Вагнер (шепотом)

Созданьем человека.

Мефистофель

А скажите, Какую же влюбленную чету Запрятали вы в колбы тесноту?

Вагнер

О боже! Прежнее детей прижитье Для нас — нелепость, сданная в архив. Тот нежный пункт, откуда жизнь, бывало, С волшебной силою проистекала, Тот изнутри теснившийся порыв, Та самозарождавшаяся тяга, Которая с первейшего же шага Брала и отдавалась и с собой Роднила близкий мир, потом — чужой, Все это выводом бесповоротным Отныне предоставлено животным, А жребий человека так высок, Что должен впредь иметь иной исток.

(Повернувшись к очагу.)

Вон, светится! — надеяться уместно, Что если в комбинации известной Из тысячи веществ составить смесь

(Ведь именно в смешенье дело здесь)

И человеческое вещество С необходимой долей трудолюбья Прогреть умело в перегонном кубе, Добьемся мы в келейности всего.

(Снова обращаясь к очагу.)

Свершается!

И все прозрачней масса! Я убеждаюсь, что дождался часа, Когда природы тайную печать Нам удалось сознательно сломать Благодаря пытливости привычной, И то, что жизнь творила органично, Мы научились кристаллизовать.

Мефистофель

Кто долго жил, имеет опыт ранний И нового не ждет на склоне дней. Я в годы многочисленных скитаний Встречал кристаллизованных людей.

Вагнер (не отрывая глаз от колбы)

Вскипает, светится, встает со дна: Работа долгая завершена. Нам говорят «безумец» и «фантаст», Но, выйдя из зависимости грустной, С годами мозг мыслителя искусный Мыслителя искусственно создаст.

(В восхищении разглядывая колбу.)

В стекле стал слышен нежной силы звон, Светлеет муть, сейчас все завершится. Я видом человечка восхищен, Который в этой колбе шевелится. Чего желать? Сбылась мечта наук. С заветной тайны сорваны покровы. Внимание! Звенящий этот звук Стал голосом и переходит в слово.

Гомункул [150] (внутри колбы, обращаясь к Вагнеру)

А, папенька! Я зажил не шутя. Прижми нежней к груди свое дитя! Но — бережно, чтоб не разбилась склянка. Вот неизбежная вещей изнанка: Природному вселенная тесна, Искусственному ж замкнутость нужна.

150

Гомункул — человекоподобное существо, искусственно созданное в лаборатории алхимика. Слово это буквально означает «человечек» (homunculus — уменьшительное от homo человек). Возможность создания такого существа утверждалась алхимиками в ряде трактатов, из коих Гете были хорошо известны труды натурфилософа и врача Феофраста Парацельса (1493–1541), в 1525 году заявившего о своей солидарности с идеями восставшего крестьянства.

Образ Гомункула — один из наиболее туманных и трудно поддающихся истолкованию образов второй части «Фауста». Правда, в беседе с Эккерманом от 16 декабря 1829 года Гете говорит о Гомункуле: «Вы заметите, что Мефистофель оказывается в невыгодном положении по сравнению с Гомункулом, который не уступает ему в ясности взглядов, но далеко превосходит его в стремлении к красоте и плодотворной деятельности». Однако это замечание не касается существа измышленного поэтом аллегорического образа. Попытка истолковать этот образ дана в предисловии.

Что Гете, создавая своего Гомункула, имел в виду также и абстрактность, нежизненность укоренившейся тогда в немецком обществе идеалистической философии Канта, Фихте и Шеллинга, не подлежит сомнению. Вполне вероятно, что Гете помнил также и об учении натурфилософа профессора П. Вагнера, утверждавшего возможность создавать искусственным способом органические существа. Роль Гомункула — по мысли Гете — должна исполняться чревовещателем.

(Обращаясь к Мефистофелю.)

А, кум-хитрец! Ты в нужную минуту Сюда явился к моему дебюту. Меня с тобой счастливый случай свел: Пока я есть, я должен делать что-то, И руки чешутся начать работу. Ты б дельное занятье мне нашел.

Вагнер

Одно лишь слово. Дай мне ключ к проблеме. Теснят меня вопросами все время. Вот в чем я, например, не разберусь; Душа и тело слиты нераздельно, Так отчего же тесный их союз Не оградил их от вражды смертельной?

Мефистофель

Нет! Слушай, лучше назови причину, Зачем не ладит с женщиной мужчина? Ты этого вовек не объяснишь. Но вот работа для тебя, малыш.

Гомункул

Какая?

Мефистофель (указывая на боковую дверь)

Вот где докажи делами, Какой талант тебе особый дан.

Вагнер (все время глядя на колбу)

Нет, право, ты прелестный мальчуган!