Чтение онлайн

– Неужели совсем не интересно, что это за информация, которая так важна?

– Меня часто привлекают для разных "неофициальных" поручений. Я давно привык не задавать лишних вопросов.

– Давно ты в движении?

– Лет пять уже.

– А почему ты решил примкнуть к социалистам?

– Когда-то мне казалось, что эти люди действительно могут что-то изменить, сделать мир лучше, что ли.

– А теперь уже не кажется?

– Я не вижу активных действий, направленных на то, чтобы отстаивать наши политические интересы.

– А сегодняшняя

акция?

Шахримуллин только махнул рукой.

– А в Казани много ваших сторонников?

– Достаточно.

– Я так понимаю, во всех больших городах есть люди, разделяющие ваши идеи. Почему же тогда вы никак не можете стать реальной силой?

– Зеленицкий и другие руководители видят в движении только кружок по интересам. Они не понимают, что нужно делать, чтобы собрание активистов превратилось в мощное движение.

– А ты понимаешь?

– Не так это сложно. Нужна чёткая и простая идеология, символика, форма, иерархия. У нас ведь даже чёткого названия нет. Все называют наше движение как хотят.

– Если ты понимаешь всё это, почему ты не в руководстве движения? Ты ведь мог бы донести это до всех?

– Не моё это - руководить. Да и вообще, из-за увиденного за пять последних лет, я разочаровался в идее социального равенства.

– Почему разочаровался?

– Ты вот недавно говорил, что только технический прогресс делает жизнь людей лучше?

– Ну да.

– А знаешь, на чём основан прогресс?
– Петров отрицательно покачал головой.
– Он основан на желании одних людей, их очень немного, узнать как можно больше об окружающем мире. А другая часть людей, их абсолютное большинство, хочет сожрать больше и без усилий. И чтобы большинство могло исполнить своё желания, оно даёт право и ресурсы меньшинству, чтобы то могло удовлетворить своё любопытство.

– Ну, хотя бы и так, - сказал Петров.
– Главное что процесс идёт.

– Так равенства не достичь. Мерзко всё это, - Шахримуллин замолчал. Они сидели, молча попивая пиво.

– Завтра я передам тебе диск, - прервал молчание Петров.

– Просто скажи место.

– А как ты его найдёшь?

– Хорошо. Тогда поедем вместе. Где он спрятан? Где встретимся?

– Спрятан он в Сестрорецке. А встретимся у Финляндского вокзала.

– Тогда до завтра.

Более отдалённое будущее

Он проснулся не по будильнику. Дом молчал. У Бао бешено билось сердце, на лбу выступил холодный пот, во рту пересохло. В это время система дома, как будто очнулась:

– Доброе утро, товарищ Грегори. Сегодня двадцать шестое июня две тысячи сто девяностого года. Время шесть часов сорок семь минут. Наблюдается лёгкое недомогание, рекомендуется оставаться дома в течение дня.

"Принеси воды" - скомандовал Бао, - "Проведи первичный медосмотр. Почему я так плохо чувствую себя?"

– Причина не может быть установлена, товарищ Грегори, - бесстрастно отчеканил голос. Робот принёс воду, и Бао залпом выпил весь стакан.

–

Ещё воды. Если не можешь выяснить причину, ты должно вызвать медицинскую помощь. Почему ты этого не сделало?
– Бао понимал, что выглядит глупо, спрашивая компьютер, почему тот не выполняет заложенную в него инструкцию, да ещё и произнося это вслух.

– Вызов автоматической медицинской службы в данном случае не требуется, товарищ Грегори, - Бао недоверчиво осмотрелся. Похоже, что в системе произошёл сбой.

– Дом, самодиагностика, - коротко приказал он. Если это не поможет, придётся обратиться в центр поддержки для детальной проверки.

– Самодиагностика началась, товарищ Грегори. К вам посетитель - товарищ Хендерсон, - Бао поморщился.

"Что ему здесь надо. Ладно, дом, впусти его" - Бао кое-как одел костюм.

Хендерсон уверенным шагом прошел в комнату.

– Дом, остановить самодиагностику, - коротко скомандовал он.
– Можно присесть?

– Самодиагностика прекращена, товарищ Хендерсон, - тут же отчитался дом.

– Садись. Я думал, в моём доме командовать могу только я,- Грегори указал на кресло.

– Члены правительства могут контролировать, при необходимости, любые объекты жилого фонда. А также получать любую информацию о гражданах Союза, - Отто уселся в кресло.

– А сейчас есть такая необходимость?
– после второго стакана воды самочувствие Бао наконец-то стало улучшаться.

– Просто, самодиагностика не нужна. Дом в порядке, просто информация о ночных событиях заблокирована извне.

– Кем заблокирована? Что случилось ночью? Почему я так себя чувствую?
– сердцебиение Бао снова начало учащаться.

– Заблокирована информация отделом контроля воспитательного центра, - ответил Хендерсон, - они решили изучить твою личность подробно, видимо, система выявила какие-то отклонения.

– Если они хотели изучить мою личность, им достаточно посмотреть досье на меня, разве нет?

– Нет. В досье заносятся поступки, события, психологическое состояние, но не мысли. Их не отследить, если ты активно не подключён к информаторию, кроме самых простых, - Отто встал из кресла и прошёлся по комнате.
– Для изучения мыслей используются другие методы.

– Что это за методы?

– Ещё с двадцатого века, были попытки найти психоактивные вещества, под воздействием которых человек правдиво отвечал на все вопросы. Однако обнаружилось, что под действием препаратов человек, если и отвечал на вопросы, то наряду с достоверными фактами, мог сообщать и придуманные. Вместо реальной картины исследователь получал сборник фактов различной информативности. После, нашлось новое применение для этих препаратов, - Хендерсон подошёл к окну-экрану. По его команде окно то становилось прозрачным, то появлялось какое-либо изображение.
– Если отдел контроля хочет изучить мысли какого-либо гражданина, этот человек доставляется в воспитательный центр, обычно в ночное время, - Бао увидел на окне-экране уже знакомое изображение океанского пляжа, залитого лучами солнца.