Чтение онлайн

Эти мысли столь заняли мою голову, что я даже не заметила звуков, когда вошла в комнату. Но одного взгляда хватило, чтобы я застыла, словно мёртвая.

Каламити. И Вельвет Ремеди.

Вместе. В постели. Переплетённые. Двигающиеся...

...занимающиеся...

Я не должна быть здесь. Срочносматываюсьпока!

Я стала мастером скрытности. Мне удалось выскользнуть быстро и гладко, без малейшего шороха, незамеченной.

Но щелчок, когда я закрыла дверь за собой, прозвучал громче, чем Малый Макинтош.

Я замерла. Всё моё тело

напряглось, нервы обледенели, мозги дымились. Я могла бы приступить к разбирательству в своих чувствах по поводу того, на что только что наткнулась, но прямо сейчас меня захлёстывала паника.

С другой стороны двери я услышала голоса. Моё сердце бешено колотилось.

— Неужели... кто-то только что открыл дверь? — спросила она осторожно.

— Я закрыл её на ключ, — ответил он.

А потом, почти в унисон:

— Лил'пип!

— Литлпип!

Я побежала. Так быстро и так тихо, как только могла. Когда я уже мчалась по коридору, могу поклясться, я услышала голос Ксенит, провозгласивший из ниоткуда:

— Обреченаааааааа!

* * *

Я постучала копытом в дверь библиотеки Твайлайт. Часть меня знала, что я должна была быть изгнана из компании Хомэйдж сегодня, но я искала, куда бы сбежать. Мне нужно было место, чтобы спрятаться и место, чтобы остаться на ночь, и Хомэйдж выступила на передний план в моих мыслях.

Никто не ответил. Дверь была заперта, и я была не в том состоянии, чтобы ещё что-нибудь взломать без разрешения. Я бросилась вверх по лестнице на балкон и подняла копыто к двери станции экстренного радиовещания. Она была занята? Прервёт ли стук моего копыта запись? Имею ли я право на такой риск?

И что она скажет мне? Как я могу просить её сделать мне исключение на основании того, что я умудрилась вторгнуться в что-то большее, чем просто частную жизнь моих друзей?

Действительно обречена. И я это заслужила. Я опустила копыто. Я буду просто весь день бесцельно гулять по Башне Тенпони, всех избегая, и ждать, пока последний час моей ссылки не истечёт.

Без проблем. Я могла бы прожить пол дня, не попав в очередную беду.

Я услышала звон в атриуме ниже. Двери лифта скользнули в стороны. Я присела, спрятавшись на балкончике, как только увидела, как из него в атриум выходят Вельвет Ремеди и Каламити. Каламити помогал ей, поддерживая крылом. О, Богини! Я не могу встретиться с ними сейчас! Я тихо прокралась обратно к двери М.Т.Н.С.Э.Р.

— Как думаешь, она расстроена? — прозвучал снизу голос Каламити.

Я услышала странное глухое бряцание передней ноги Вельвет, когда та неловко прошествовала через атриум.

— Ну, я хотела бы, чтобы она видела в этом лишь возможность подразнить меня в отместку за мои поддразнивания, — приплыл ко мне голос Вельвет Ремеди. Её шоколадный, ровный голос имел слегка затравленный тембр. — Но я сомневаюсь, что так оно и будет. Бедняжка была влюблена в меня целую вечность, и в то время как я под впечатлением, что она прошла это, может быть, она всё ещё чувствует боль.

И правда,

чувствовала ли я? Я не была уверена. Я всё ещё была слишком переполнена страхом быть пойманной. А теперь я забеспокоилась, что я могла бы себя так чувствовать. Это было бы несправедливо. И эгоистично. У меня были отношения с Хомэйдж, которые оставили меня... исчерпанной, честно говоря. Какое право я имела ревновать других, что они строят свои собственные отношения? Особенно если это два моих самых близких друга. Я должна быть счастлива больше, чем когда-либо за них.

— Честно гря, я думаю, ты слишком плохо думаешь о Лил'пип. У неё слишком большое сердце, чтоб её ревность разъедала. Думаю, я должен больше беспокоиться о твоей птичке.

До меня дошло, что я не чувствую радость за них. Не думаю, что я ревновала. Я хотела быть гораздо лучшей пони. Если бы я была ревнива, я не заслуживала бы дружбы ни одного из них. Но нет, не думаю, что чувство, что я сейчас чувствовала — ревность.

Это чувство было тревогой. Болезненным пессимистическим беспокойством.

Голос Каламити вновь раздался снизу.

— Ты думашь, она здесь? Кажется ужасно...

— Тихо? Да, теперь, когда ты упомянул об этом. Но если бы она была в компании Хомэйдж, мы бы услышали её. Во всяком случае, это то, в чём меня уверила Ксенит.

Я спрятала лицо в передних копытах, вдруг залившись краской. Я никак не могла уже попасть в более неудобное и унизительное положение.

— Ну, то есть... тридцать один? Селестия, помилуй!

Окей, я была неправа. Вот Теперь не может быть хуже.

— Это... много, верно? — спросил Каламити в козлоподобном невежестве.

— Да, это много, — сказала Ремеди. Я практически слышала, как она закатывает глаза.

— А... у тебя? — Оу нет. Неужели Каламити действительно спросил это? Я услышала мягкий шлепок копыта Вельвет Ремеди. Так ему и надо.

— Не спрашивай даму об этом, Каламити! — сделала она ему выговор. А затем, более тихим голосом, — Да. Дважды.

— Дважды? — Ох, какой идиот. — И мы были... тогда она была... — Я почувствовала, как мои уши горят, когда поняла, что Каламити пытается сделать арифметические вычисления. — Как, чёрт побери, она умудрилась найти время, чтобы ещё и в Прекрасную Долину сгонять?

— Действительно, — сказала Вельвет с лёгкой горечью. — Похоже, кьютимаркой Хомэйдж должна была быть Литлпип. Очевидно, это то, что она лучше всего делает.

Мне захотелось слиться со стеной и исчезнуть в пустоте за ней. Мне захотелось, чтобы с неба упала сама луна, обрушив потолок и меня вместе с ним. Мне не хотелось, чтобы они нашли меня, и мне не хотелось слышать их личную беседу... И просто мысль о том, что они могут узнать, что я случайно их подслушивала, убивала меня изнутри.

Я услышала всплеск. Один из них ступил в фонтан.

— После Марипони я наконец поняла аликорна в этой комнате, — размышляла Вельвет, переводя тему. — Я удивлялась, как и зачем Твайлайт Спаркл выбрала это украшение.