Эйнит
Шрифт:
За рисованием она, оказывается, потеряла счет времени.
— Я собиралась каратэ позаниматься до обеда. Не пускай собаку. Она меня за ноги будет хватать.
— Ты же не королева фей, — не удержался от комментария Эйдан, когда она пихнула терьера в комнату и закрыла там вместе с матерью и с ним самим.
С вами, мистер Фейерсфилд, в одном доме тесно! Думала Эна, стремительно сбегая вниз. Она не столько бежала от него, сколько стремилась развенчать собственный бред!
Она бежала к норе семимильными шагами, а потом долго не могла отдышаться и прекратить ругать себя на чем свет стоит
Зазвонил телефон, оставленный под деревом. И Эна успела испугаться, что это Сабаш прочитал через океан ее мысли. Но он не мог звонить в пять часов утра! Даже для него рано. Звонил Малакай. И Эна с трудом удержалась от выговора. Хотелось закричать — забирай свою идиотскую собаку! Чтобы духу этой охотницы в моем дома не было! Но вместо этого она сказала, что Джинджер чувствует себя великолепно и совсем не скучает по дому.
— Зато я скучаю по ней! — тут же выдал Малакай, и Эна пожалела, что не прикусила свой длинный язык. — Можно мне приехать после школы?
Она хотела сказать «нет», но как запретить хозяину видеться с собственным питомцем, и Эна согласилась.
— Только не надолго. Мне надо заниматься.
И тут Эна не лгала. Она так и не открыла сегодня ноутбук и потому поедала пирог с неимоверной скоростью, обрадовавшись, что Эйдан ушел домой. К счастью, не через терновник.
— Ко мне Малакай зайдет, ничего? — спросила она, убирая в посудомойку чашку с блюдцем.
Мать хотела спросить явно о другом, но лишь театрально всплеснула руками:
— Почему раньше не сказала?! Мы бы пирог не ели.
— Он не зайдет в дом. Он к собаке.
И Эна действительно выскочила вместе с терьером, лишь заслышала звук подъезжающей машины. Малакай расстроился из-за такого приема и не особо приласкал прыгающего до головы пса. Она не станет оправдываться, ведь встреча с Малакаем не входила ни в какие ее планы.
— Эйдан тебя больше не донимает? — спросил парень, приметив ее скучающий взгляд.
— Он на мать переключился, — бросила Эна небрежно, стараясь не вспоминать реплику про королеву фей. — Учит ее водить машину с правым рулем.
— Хочешь, я тебя тоже поучу? — оживился Малакай, и Эна вновь прикусила безмозглый язык.
Она сидела на стене, а он стоял на дороге и то и дело кидал терьеру палку, которую тот тут же приносил хозяину. Даже если мать выглянет в окно, ничего не заподозрит.
— Мне еще рано и я не хочу, — отрезала Эна и чуть не вспыхнула из-за двусмысленности прозвучавшей фразы. Она в этой глуши совсем говорить разучится. С матерью и то общается теперь корявыми фразами — чего вообще
— Знаешь, мне пора. У нас конференция с учителем будет. Не могу опаздывать. Она и так для меня в такую рань встала.
Малакай кивнул, но вновь запустил для собаки палку — в этот раз еще дальше, открыто демонстрируя свое нежелание уходить, хотя Эна уже спрыгнула со стены и даже сделала шаг в сторону калитки.
— Можно я тебя куда-нибудь вытащу из этой дыры?
Малакай преградил путь — по его левую руку прыгала собака, а между правой и стеной оставалось слишком мало места, чтобы пройти, не коснувшись его джемпера.
— Меня не надо никуда вытаскивать, — разозлилась Эна на непрошенную настойчивость. — Мне надо учиться.
— Не сегодня. Сегодня, если только ты согласишься красить забор, — Малакай криво усмехнулся и протянул руку, но Эна успела сделать шаг назад, и парень поймал лишь воздух. — В четверг самое лучшее время. В пятницу я буду тренироваться. В субботу очень важные скачки. Я тебя приглашаю в качестве зрителя. Согласна?
Это больше вопрос или утверждение? Какая наглость, мистер Выскочка!
— В Нью-Россе корабль можно посмотреть, на котором уплывали в Америку. Местная достопримечательность. Намного интереснее нашего форта. Мы туда даже со школой ездили. Хочешь?
— И какое же название у этого корабля? — спросила Эна, чтобы хоть как-то сконфузить парня, но Малакай выдал название без запинки:
— Данброди!
— Я подумаю, — сдалась Эна и сделала решительный шаг вперед. Если не отступит, упрется грудью в ее кулак.
Но парень отступил и распахнул перед ней калитку. Джинджер продолжала вертеться у ног хозяина, но Малакай затолкал собаку за забор и закрыл калитку. Эна пожалела, что не захватила поводок. Она не оборачивалась до конца дорожки, чтобы не видеть, как бедняга кидается на калитку, желая броситься вслед за машиной.
— Не повезло тебе с хозяином, — процедила Эна себе под нос и оставила входную дверь открытой. Если через пять минут не прибежит сама, придется тащить на удавке.
— Некрасиво держать гостя у ворот, — вышла из кухни мать, не успела она и кофту на крючок повесить.
— Мама, он не в гости, а к собаке. И лучше бы не приезжал. Только растравил ее. Может, отдадим обратно?
— Я в твои отношения с Малакаем не лезу.
— Какие к черту отношения! — взвизгнула Эна. — Он к собаке приехал. И на соревнования свои дурацкие пригласил, чтобы выпендриться. Только я ехать не собираюсь!
— А почему? — спросила мать, прислонившись к часам, когда Эна вдруг замолчала, поняв, что кричит.
— А потому что не хочу, — Эна вглядывалась в стрелки часов, которые опять показались ей на секунду сведенными у цифры двенадцать. —Давай лучше в Нью-Росс съездим. Там стоит корабль. Ну из тех, которые гробами называли.
— Нет, нет, нет, — замахала руками мать. — Даже не думай. Я по нашей дороге ровно проехать не могу. Но можно попросить Эйдана отвезти нас.
— Нет, нет, нет, — теперь махала руками Эна, и готова была еще и ногами барабанную дробь отбить. — Я лучше Малакая попрошу.