Это про меня
Шрифт:
И на данный момент мы имели:
Во-первых, по мнению офисных «экспертов», никакого контракта на самом деле не существовало.
Кстати, если бы я не знала правды, то даже поверила бы в эту версию, потому что не поверить Светлане Евгеньевне, которая, округлив глаза до состояния идеальных блюдец, пугающим шепотом рассказывала о заговоре руководства против нас, старожилов агентства, было очень тяжело.
Из этого пункта плавно вытекал второй: грядут глобальные увольнения.
И здесь ведущую роль вновь занимала Светлана Евгеньевна. А что, женщину,
Пусть старается избежать увольнения, мне не жалко.
Но затаиться все же не удалось. Потому что третьим и самым тяжелым для меня пунктом стало то, что все как один сотрудники «Эвиты» отчего-то решили, что именно я знаю все детали и могу ответить на любой вопрос.
— Стеша, а правда, что нам зарплату в три раза сократят?!
— Конечно, Аня, будем доплачивать за работу сами.
— Стеша, а нас уволят, ничего не заплатив?!
— Да, Светлана Евгеньевна, я тут как раз рассказывала Ане о том, что теперь мы сами будем отдавать деньги Доронину, чтобы разрешал работать.
— Стеша, а может, нам пожаловаться на все это куда-нибудь, где борются с правами человека?
— Да, Николай Павлович, именно с правами. Давайте в Гаагу коллективное письмо напишем.
К полудню, когда мой мозг, скорей всего, уже напоминал опасно горячую вспенившуюся массу, пришла столь необходимая помощь. И ни в чьем-то малозначимом лице, а в образе Никиты собственной персоной.
Словно рыцарь в офисном костюме, Доронин высунул голову из кабинета ровно в момент очередной атаки Светланы Евгеньевны и сказал самые желанные в этот момент слова:
— Стеша, зайдешь?
— Конечно.
Многозначительно улыбнувшись женщине, которая так и не смогла получить порцию бессмысленных ответов на свои бессмысленные вопросы, моментально поднялась со своего места и последовала за начальником, успев услышать озадаченный шепот:
— Ну все, точно приказы на увольнение печатать пошла…
Едва зайдя в кабинет и плотно прикрыв за собой дверь, поймала улыбку Доронина:
— Держишься? Или пора вызывать подкрепление?
— Да никто даже на моей ноге не болтается, пытаясь просочиться к тебе. Так что все в порядке, — усмехнулась в ответ.
— И тут всегда так… — кажется, Никита не смог подобрать нужного слова, но я вовремя пришла на помощь.
— Похоже на дурдом?
Доронин не стал сдерживать смех и кивнул, поэтому ответила.
— Я бы хотела сказать, что это единичный случай, но, боюсь, не придумаю тогда, что соврать в следующий раз.
— И как привести их в…
— Работоспособное состояние? — вновь помогла.
— Именно.
— Устрой планерку, повтори раз пять все, что уже сказал, упомяни волшебное слово премия, оно тут работает лучше любых заклинаний. Конечно, они придумают какие-нибудь новые ужасы, но работать, по крайней мере, начнут.
— Это не агентство,
— Ты так вдохновенно это произнес, что я начала завидовать тому, что оно целиком и полностью твое.
— Поделиться? — прозвучало с надеждой, поэтому не смогла спрятать улыбку.
— Заманчиво, но я, пожалуй, откажусь.
Несколько секунд мы молчали, но все это время Доронин не отводил взгляд, а потом неожиданно сказал:
— Жаль, что в субботу ты так рано уехала.
Стараясь не уронить челюсть на пол, улыбнулась, изо всех сил отгоняя мысли о Яне, а потом искренне ответила:
— И мне.
Вновь молчание, а дальше еще более неожиданная фраза:
— Мы могли бы исправить это на выходных.
Челюсть все-таки приземлилась с глухим стуком на ламинат, потому что если мы с Никитой хотя бы на пятьдесят процентов понимаем под «исправить» одно и то же, то сейчас пришло самое время радостно визжать и скакать по офису.
Чтобы не начать отплясывать раньше времени, аккуратно уточнила:
— В смысле?
Сейчас Доронин вежливо попросит поехать с ним на очередную унылую тусовку местной элиты, где я обязательно исправлюсь и не напьюсь…
И там не будет Яна!
— Поужинай со мной.
Что?!
Только установленная на место челюсть вновь рухнула, упав где-то далеко за шкафом.
— С тобой? — медленно повторила последние слова, уже начиная злиться на себя за тупость.
— Настолько ужасный вариант? — усмехнулся начальник.
— Да! — резко ответила я и еле сдержалась, чтобы с разбегу не войти головой в стену, тут же начав исправляться. — Отличный вариант в смысле! Да, поужинаем!
Получилось так сбивчиво, что я все-таки зажмурилась, окончательно решив набить жирное «Лошара» на всю спину, однако Никита лишь улыбнулся.
— В субботу. Я заеду в семь?
— Ага… — медленно моргая, до конца не веря в то, что это не сон, сказала я.
— Отлично, — поняв, что я информацию уяснила, начальник вернулся к более насущному вопросу. — Ну а теперь перейдем к менее приятным вещам. Соберешь всех в конференц-зале? Будем испытывать твою стратегию по приведению сотрудников в работоспособное состояние, потому что еще день, и я поддамся общим настроениям и начну так же бесцельно бегать по офису, боясь, что меня уволят.
— Не обрекай меня на мучительную смерть, — худо-бедно оклемавшись, улыбнулась и направилась к выходу из кабинета, надеясь, что моя улыбка была не слишком безумной.
Предложенный мною метод действительно помог. На радостях Никита даже заявил, что за такое выпишет мне дополнительную премию, однако, к печали начальника, в этот момент мимо как раз проплывала Светлана Евгеньевна, уши которой работали в привычном режиме локаторов, так что Доронин сумел озадачить себя лишней порцией вопросов, ответы на которые пришлось придумывать на ходу.