Чтение онлайн

Потрясенная и измученная Кэролайн обдумывала услышанное. Выходит, Рита все-таки пыталась покончить с собой. И Тадео действительно поспешил ей на помощь. Но это по-прежнему не снимало подозрений ни с одного из них.

– Где сейчас мой муж? – с невинным выражением лица поинтересовалась Кэролайн.

Ей было сказано, что он наверху, сидит с Ритой в ее спальне. Не желает ли сеньора, чтобы его предупредили о приходе жены?

– Нет-нет, – быстро сказала Кэролайн. – Меня ждут. И я знаю дорогу. Как чувствует себя сегодня Рита?

– Намного лучше.

О, голову даю на отсечение, что

лучше, подумала Кэролайн, и ярость вспыхнула в ней с новой силой.

Огромная квартира Риты занимала полдома и была расположена в нескольких уровнях. Мраморные полы и лестницы, множество зеркал и декоративных колонн повсюду. Кэролайн всегда считала это жилище напыщенным и претенциозным, вполне под стать Карлосу.

Спальня Риты выходила на площадку второго этажа, и с каждой ступенькой сердце Кэролайн сжималось все больше и больше. Ужас охватывал ее при мысли о том, что ждет за дверью.

Однако дверь была открыта. И как только Кэролайн оказалась на площадке, ей стала видна внутренность комнаты. С того места, где она стояла, можно было рассмотреть только изножье кровати под балдахином. Но если пройти вперед и чуть влево, то будет видно – и слышно – намного больше.

Из комнаты доносился низкий приглушенный голос. Женский голос. Рита рассказывала что-то, что Кэролайн хотела услышать. Нет, должна была услышать!

Она приблизилась на цыпочках к двери, откуда могла разглядеть Тадео. Он сидел в кресле рядом с кроватью, наклонившись вперед, и его поза свидетельствовала о том, что он напряженно и внимательно слушает. Кэролайн не могла видеть лица мужа – только часть темной шевелюры.

Лицо Риты тоже не попадало в поле зрения, но по положению ног можно было понять, что женщина лежит, придвинувшись к тому краю, у которого сидел Тадео. Кэролайн представила себе эту картину: бледное, трагически красивое лицо, длинные черные волосы, рассыпанные по белоснежной подушке…

Кэролайн подошла еще ближе, найдя место, с которого было слышно каждое слово.

– Ты не понимаешь… Не можешь понять! – прерывающимся от избытка эмоций голосом говорила Рита. – Разве я могу объяснить тебе это? Но я любила тебя, Тадео! Ты единственный из мужчин относился ко мне с уважением. Ты был таким добрым и заботливым. Таким внимательным, хотя я и держала тебя на расстоянии вытянутой руки. Но я боялась тогда спать с тобой. Боялась, что ты обнаружишь, что я не та чистая и невинная девственница, которой ты меня считал. А потом появился Карлос, и… Ну, ты знаешь, что было дальше.

– Да, – вздохнув, сказал Тадео. – Теперь знаю, Рита. Но в то время мне ничего не было известно. Представь, что я должен был почувствовать, когда вошел в спальню брата и увидел то, что увидел.

– О, Тадео, – жалобно воскликнула Рита. – Не напоминай мне! Мы оба поступили низко! Но я уже тогда была порочной. Да и какой еще могла я быть, раз поступила так. И теперь еще поступаю. Я чувствую себя очень виноватой, и мне стыдно. Двух недель не прошло со смерти Карлоса, а я оказалась в постели с… – Ее голос прервали рыдания.

– Ну-ну, – успокаивал плачущую женщину Тадео. – Перестань терзать себя. Что сделано, то сделано. И ничего уже не изменить, Рита. Да и вины твоей особой в случившемся нет.

– Ты

продолжаешь повторять это, Тадео, но я не могу обвинять только мужчин в том, что моя жизнь сложилась так, а не иначе. Должно быть, есть во мне что-то, что пробуждает в них низменные инстинкты. Повторяю, ты единственный, кто относился ко мне с уважением. О Боже… почему я не вышла за тебя, когда судьба предоставила мне такую возможность?

С Кэролайн было довольно. Она шагнула вперед как раз в тот момент, когда Рита нежно прикоснулась ладонью к щеке Тадео. А он, накрыв ее своей, печально посмотрел на лежащую женщину. Кэролайн замерла на полдороге и молча наблюдала за этой сценой.

Рита вскрикнула и вырвала руку.

Тадео проследил за направлением ее взгляда. Но, заметив жену, казалось, скорее удивился, чем почувствовал себя застигнутым на месте преступления.

– Кэрри! – воскликнул он, вскакивая. – Что ты здесь делаешь?! Твоя мать сказала…

– Моя мать солгала, – перебила его Кэролайн по-испански, чтобы Рита все поняла. – Я последовала за тобой сюда, чтобы застать тебя с этой… шлюхой, так сказать, в процессе. Мне не совсем удалось задуманное, – с горечью усмехнулась она, – но я видела и слышала достаточно, чтобы догадаться, в чем дело.

– Кэрри, ты поняла все не так, – настаивал Тадео, на его красивом лице была написана растерянность.

– О, пожалуйста, не держи меня больше за дуру. – Ее голос был тверд и холоден, слова вылетали с презрением, но сердце разрывалось от боли. – Откровенно говоря, у меня уже были некоторые подозрения. Помнишь тот день, когда у меня разболелась голова? Я не лежала тогда в постели. Я приехала сюда, и меня стошнило от того, что я увидела. Твою машину на стоянке, Тад. Мой муж вовсе не надрывался в офисе, а был здесь, в постели со своей очаровательной невесткой.

Рита застонала и спрятала лицо в подушку, а Тадео, как ни странно, набросился на жену.

– Как тебе вообще могло прийти в голову подобное?!

Кэролайн с ненавистью смотрела на него, отметив, что Тадео уже ничего не отрицает.

– Из разговора твоих родителей я узнала немного больше, чем рассказала тебе, Тад. Делия делилась с твоим отцом тревогой по поводу того, что ты, возможно, по-прежнему любишь свою бывшую невесту и, вполне вероятно, не засиживаешься допоздна в офисе, а наслаждаешься тем, чего был лишен во время вашей помолвки.

Теперь Тадео выглядел раздавленным. А Рита неистово мотала головой и рыдала в подушку.

– Одному Небу известно, как мне могло прийти в голову такое, – издевательски продолжила Кэролайн. – Учитывая то, какой жеребец ты и какая шлюха она! Но тогда я сказала себе, что это случилось всего лишь раз, что ты не любишь ее, а поступаешь так только из эгоизма или жажды мести. И вот обезумевшая от любви дурочка, какой я была тогда, твердо вознамерилась вернуть тебя. А ты… – На мгновение голос подвел Кэролайн. – А ты, – швырнула она в лицо Тадео, изо всех сил борясь со слезами, – ты позволил мне унизиться так, что я до сих пор содрогаюсь, вспоминая об этом. Все убеждали меня закрыть глаза, даже моя собственная мать. Я так и поступала. Но после тех телефонных звонков я не могла больше прикидываться слепой.