Чтение онлайн

Из каких-то неведомых глубин циничный голос бормотал: ты все время шла на компромиссы в этом браке. Пора остановиться. Пора показать неверному, лживому подонку, что совершенное им даром не пройдет. Пора вывести его на чистую воду!

Кэролайн содрогнулась, подумав, к чему это может привести. Прямиком к разводу. И все же воображаемое действо таило для нее некоторое очарование, хотя она и продолжала тихо всхлипывать в объятиях мужа. Ужасно хотелось посмотреть на лицо Тадео, когда он узнает, что ей известно о Рите; увидеть

его панику, когда он поймет, что его могут лишить детей. Внезапно Кэролайн поняла, почему месть иногда называют сладкой.

Но месть была также и всеразрушающей.

Кэролайн разрывали противоречивые чувства. Бедный Гамлет! Теперь она могла оценить его мучения. Быть или не быть – вот в чем вопрос!

Ей просто необходимо поговорить с кем-нибудь, кто более трезво смотрит на вещи, не позволяя чувствам затуманивать суть происходящего. С кем-нибудь, кто сможет подсказать, как лучше поступить.

Только не с матерью. О Боже, нет! Ей нужен человек, который не будет презрительно фыркать и строить гримасы, кто правильно оценит цель ее усилий, сводившихся не только к тому, чтобы сохранить брак, но и к тому, чтобы спасти счастье своих детей.

Ей нужен кто-то другой. Но кто?

Слава Богу, Тадео заранее заказал машину, и та уже поджидала их в аэропорту Хитроу. Кэролайн не вынесла бы стояния в очереди за такси.

Интересно, выгляжу я так же ужасно, как чувствую себя? – думала она, проходя через таможню вместе с оттягивающей руки Антонией. Не менее сонный Хуан висел на плече Тадео, который шел впереди. Их багаж лежал на тележке, которую устало толкал муж свободной рукой.

Он всегда говорил, что самое худшее в жизни в Англии – это расстояние, которое приходится преодолевать ради встреч с его родителями или ради деловых поездок. Но Тадео также не уставал повторять, что нигде больше не хотел бы воспитывать своих детей.

Кэролайн этот перелет показался невыносимым, несмотря на то что дети большую часть времени проспали. Она тоже спала, но отнюдь не так много – больше притворялась. Они сделали короткую остановку в Рио-де-Жанейро, во время которой Кэролайн даже не вышла из самолета. Тадео сказал, что ему нужно размять ноги, и взял с собой детей.

Она обрадовалась, что он уходит. И как только муж пропал из виду, напряжение тут же отпустило ее.

Что же, теперь всегда так будет? – с тревогой спрашивала себя Кэролайн, проходя через турникет. Я будет сдерживаться, пока он рядом, и чувствовать облегчение, как только за ним закроется дверь? И все это будет накапливаться во мне, скручиваясь и скручиваясь в тугую пружину?

Однако рано или поздно что-нибудь – или кто-нибудь – выпустит всю эту бурю эмоций наружу.

Водитель из прокатной конторы ждал их в зале прилета, держа в руках табличку с отпечатанной на ней фамилией. Тадео представился и подтолкнул к нему тележку.

– Сюда, –

сказал шофер и покатил тележку вперед.

– Машина далеко? – через некоторое время спросил Тадео.

– Не очень. – Шофер вел их к стеклянным дверям бокового выхода.

– Хотелось бы надеяться, – ответил Тадео. – Мои жена и дети очень устали, бедняжки, – добавил он, тепло улыбнувшись Кэролайн.

Ненавидя себя за это, она подчеркнуто отвернулась. Но ей был просто невыносим его любящий взгляд. Интересно, мне кажется или Тадео действительно на редкость заботлив со мной? – размышляла Кэролайн.

Он всегда был заботливым мужем. Но в течение всего полета окружал ее таким вниманием, что Кэролайн едва не тошнило. Тадео готов был сделать для нее все что угодно. Если обычно он только раз спрашивал, все ли в порядке, то теперь задавал этот вопрос тысячу раз!

Чувствует себя виноватым, решила она. Чем же еще может быть вызвано столь преувеличенное внимание?

Они вышли за шофером на улицу. Воздух был прозрачен и холоден, на небе – ни облачка, но солнце еще не взошло. Только чуть позже оно согреет город приятным осенним теплом.

Машина была припаркована поблизости за углом – длинный белый «бентли» с серыми бархатными сиденьями и с затемненными стеклами. Подобная роскошь удивила Кэролайн. Тадео явно сорвался с катушек, кисло подумала она и забралась в машину первой, посадив рядом с собой дочь. Таким образом, Тадео с Хуаном пришлось занять противоположное сиденье.

Но уловка вышла ей боком, поскольку сидеть напротив мужа было еще мучительнее, чем рядом. Он не отрывал от нее взгляда и хмурился, озадаченный ее поведением.

Кэролайн про себя вздохнула и отвернулась к окну. Да, большое облегчение – вернуться домой, подумала она. Но это вовсе не означает, что здесь все проблемы уладятся сами собой.

Антония заерзала.

– Мамочка? – требовательным тоненьким голоском сказала она.

– Да, миленькая?

– Я хочу в туалет.

– Я тоже, – быстро вставил Хуан и бросил неуверенный взгляд на отца.

Кэролайн не сдержала улыбки. По крайней мере, ее дети ведут себя как обычно.

– Хорошо, – скрипнув зубами, сказал Тадео. – Все снова выходим.

В дамской комнате Кэролайн причесалась и освежила лицо. Затем всмотрелась в свое отражение в большом зеркале. Вроде не заметно, что она до сих пор пребывает в эмоциональном стрессе. Кэролайн даже не казалась усталой.

Просто удивительно, какие чудеса творит косметика! Впрочем, ее мать сказала бы, что все дело в возрасте.

– В двадцать лет моментально восстанавливаешься, – часто со стоном повторяла Джоан Лэнг. – Можешь даже после бессонной ночи прекрасно смотреться. Но подожди: стукнет тебе сорок – и будешь выглядеть по утрам ровно так же, как себя чувствуешь, или даже хуже. Так, словно на тебе воду возили. Попомни мои слова.