Это не любовь..., Карр Анна (Karkar)

Это не любовь...

на обложку

Карр Анна

Шрифт:

Подхватывая меня, Сергей потянул вверх, что-то нашептывая и закутывая меня в свое пальто.

В голове неслась всякая чушь в форме жесткого стеба на тему изнасилований, убийств и самоубийств, но глаза не открывались. Очень хотелось озвучить, чтобы поразвлекать моего спасителя, но остатки здравомыслия тормознули звуковые процессы. Не к чему шокировать его еще сильнее. Он вынес меня практически на руках, в глазах, которые я иногда открывала, все мелькало и на лестнице я, кажется, увидела испуганное лицо Лоры.

Потом улица, машина…

Кажется,

Сергей пытался уговорить меня поехать к нему, но я хотела к Илье. Кажется, кто-то из девочек принес мой рюкзак. Наверное, я вспомнила, что там у меня ключи… Что я говорила Сергею, я абсолютно не осознавала, судя по его постоянным нервным срывам, которые заключались с том, что он резко тормозил и выбивал кулаками пыль из руля, а потом резко пытался меня успокоить, причитая, что меня всю колотит, говорила я явно что-то не то.

Успокаивать меня было не надо… Я была почти в раю. И мне хотелось, чтобы Серега тоже успокоился. Поэтому, я почему-то боялась засыпать…

Но меня выключало… К Илье Сергей внес уже меня на руках и сам уложил в кровать.

Всё… Аут.

Глава 13. Реанимация

Бонус 5

И рядом вроде бы, но не со мной.

Глаза не открываются, но чувствую, что не спишь… то ли шок, то ли каталепсия… Не знал тогда, что ты просто организм физически убила, и это последствия… Страшно представить даже было ЧТО такое твое состояние вызвало…

Плохо себя помню… Тебя хорошо… Плечи, лопатки острые… тоненькая… совсем девочка… Так четко тогда твой возраст высветился… Лицо расслабленное, губы… ребенок…

Кисть беру в руки - безвольная, тонкая, всё запястье в синяках, ногти переломаны, в крови все…

Губы разбитые… Чуть пониже щеки синяк… Грудь, живот, тело… Не глаза, а провалы черные в свете ночника… смотреть страшно!

Пить всё время просила… когда пила улыбалась… от этого еще более жутко было, когда ты так улыбалась во всей этой ситуации.

Глаза откроешь - там ничего… закроешь… тебя нет.

Позы все закрытые…

На вопросы не отвечаешь… Только на прикосновения реагируешь - прячешься от рук моих…

Не описать, как это страшно было…

Мне казалось, что я тебя только сейчас настоящей увидел девочкой маленькой…

Всё слетело осталась ты «как есть»…

У меня всегда на подсознании висело, несмотря на все, что было между нами, что я могу ошибаться… И тут… ВОТ ОНО!

Я тогда малодушничал… не позволял себе даже думать о том, что там с тобой произошло. Понимал, конечно, что скорее всего, изнасиловал он тебя… но думать себе не позволял… Не понимал, что могу сделать для тебя. Кроме того, как не касаться больше… Это тоже ужасно было… мне казалось, что тебе будет теперь это всё отвратительно… да даже если и не будет, я почувствовал, НАСКОЛЬКО ты еще ребенок! И как сильно я ошибался…

То прячешься от рук моих, то

в них прячешься…

Прячешься в руках, которые не смогли защитить тебя… Смертельно больно.

Эгоистичную вещь сейчас скажу, но… если твою женщину кто-то обидел, а ты не смог защитить её, тебе, как мужчине несоизмеримо больнее, чем женщине твоей. Потому, что исправить нельзя ничего, она теперь всегда с этим жить будет.

Месть это всё херня! Это ты ради себя делаешь, чтобы своих внутренних драконов накормить, её ситуация от этого принципиально уже не меняется…

Это кошмар любого мужчины, наверное…

***

Попробуй разбить меня - ты не поверишь глазам,

Попробуй сломать - ты скорее сломаешься сам.

Холодный и твёрдый в израненных пальцах - орудие неандертальца.

Согнуть меня даже гораздо сложней, чем сломать,

Я маленький камень - зато я умею летать.

Холодный и острый осколок гранита,

Смерть Голиафа в руке Давида.

По мне ударяют железным прутом,

Но я камень - холодный и твёрдый гранит,

Я падаю, не разбиваясь, потом

Мне не больно - я делаю вид…

9 Марта

Встревоженные голоса и шум проникли в моё отсутствие сна и на ровной темной глади пошли какие-то круги и другие всплески. Всё ломило… горло сводило от жажды. Но спать хотелось больше, и я спрятала лицо в подушку, обнимая её руками.

– Анечка… – словно скальпелем по внутренностям…

Пальцы, чуть касаясь, прошлись по моим плечам, обжигая жаром. Стало немного больней, но на порядок спокойнее. Хотя казалось, что более спокойно мне уже быть не может, я что-то промычала в подушку и снова вырубилась в свою полусонную кому.

– Ильюха... – голос Сергея. – Не буди её…

– Какого… случилось?! – зло прошептал Илья.

– Я не знаю, – Сергей… извиняющее…

– Ты, блять, не знаешь?! Ты забирал её оттуда!!!

– Да не орите! – шикнула на них Виктория. – Уйдите пока…

Её теплые губы пробежались по моей спине, и она прилегла на меня сверху лицом, обнимая. Было здорово…

– Котёнок… – зашептала она мне, – проснись на секундочку… Что там случилось?

Мне снилось, что я рассказываю… А потом снова не снилось ничего.

***

Композиция № 39_Дельфин (Дубовый Гаай) - Обратный Отсчет

Кажется, Вика чем-то прохладным смывала с меня макияж, периодически нежно зацеловывая лицо.

Движения в комнате…