Этапом до Отбора
Шрифт:
Меня сопроводили к коню, долго извинялись, что нет дамского седла. Попросили умоститься на мужском. Я долго корячилась, но так и не смогла усесться в этом огромном платье.
Неожиданно чьи-то крепкие руки ухватили меня за талию.
– Ой мамочки! – взвизгнула я, понимая, что уже сижу верхом.
Так мы и поехали.
– Не велите казнить, сударыня, за дерзость мою. Вижу, не приспособлены вы к верховой езде. Посему поедете вы со мной, – и сам плюхнулся рядом, позади меня. Тот самый, что на опера похож. Мурашки по коже так и побежали.
Ехали мы долго. Уже совсем стало темно. Лес был наполнен разными животными, отовсюду слышались звуки и вой. Я со страху прижалась к своему спутнику. Тут же ощутила позади себя горячее мужское тело. Ах-х-х, как давно такого не было. Мужчинкой пахнет, – сглотнула я слюну и волнительно выгнулась назад. Мне очень хотелось взглянуть на него, но меня словно примагнитило, и я сидела ровно и смирно.
– Вот и ваш новый дом. Мы прибыли, – радостно закричал кудрявый молодец- красавец.
Я, пока ехала, успела и себя разглядеть, да и спутников моих. Богиня-то не обманула: и правда меня в другой мир закинула. Теперь я молодая и красивая, в богатом одеянии, в дорогой шубе. И телом красива. Вот бы еще на мордень глянуть, а то вдруг лицом-то и не вышла.
Наша конница остановилась возле огромного фонтана.
Гляжу – идет.
Оно.
Даже не идет, а скачет вприпрыжку, торопится, запинаясь в полах своей длинной шубы.
– Видать, жених? – выдохнула я.
Не, да ну нафиг. Я, конечно, понимаю, что дама я не молодая, мои вечные 35 с хвостиком, ну и что хвостик этот как у кометы Галилео… Ну блин, но не настолько же все плохо!
Взмолилась шёпотом я богине:
– За что? – а сама глаз не отвожу от бегущего жениха.
Голова лысая, как у Сереги. Ноги кривенькие, как Валерки-заразы. А пузо-то взаймы, видимо, взял у соседа. Зато возраст навскидку как у всех троих вместе взятых.
Бедняжечка… запыхался. Годков 70 небось. Бегать-то уже не юноша.
Ох ешкин кот, что же ты красивый-то такой мне достался! Козел очередной! Опять спасать его?
Желание спуститься на землю с коня исчезало с каждой секундой.
Лихо спрыгнув с коня, мой попутчик протянул мне руку со словами:
– Спускайтесь, сударыня.
Я болезненно застонала. Ощущения в районе ног и жопы были крайне неприятные. Была бы размерами как прежде, может, было бы и помягче. Видимо, все эти мучения отразились на моем лице. Но при виде подоспевшего жениха мне стало еще хуже, и вырвалось громкое и мучительное: – ОХ!
Мужчина усмехнулся и ловко снял меня с седла.
– Прошу вас, сударыня, – сказал он, немного насмехаясь над моим положением. – Милости просим!
И вот я шагнула навстречу своей судьбе.
Слуг собралось огромное количество. Беготня, шум и гам окружили меня.
Тут и жених подскочил ко мне. Схватил за руки, начал крутить, вертеть, с ног до головы разглядывать.
Причитает:
– Целехонька, живехонька! Сокровище ты мое! Ох! Боги, боги, благодарствую вам. Уберегли вы прелесть мою. Ну же, дитя
Три девицы лихо выскочили из толпы, не дав мне и слова сказать, поволокли меня куда-то в дом по ступеням вверх. Я только и успевала ноги передвигать в своем огромном наряде. Ненароком обернулась глянуть опера и жениха.
Эх! Будь что будет!
3
– Воды, воды! – закричала крупная дамочка, не успев переступить порог комнаты. – Почто корыто до сих пор не принесли, лодыри! – вновь загорланила она, подгоняя молодых девушек.
– А хата у вас зачетная, – обратилась я к важной персоне. Судя по ее важности, она у них тут главная.
Та, не обращая на меня ни малейшего внимания, проверила воду и достала одну из склянок с полки. Вылила содержимое в воду. Я смутилась. Подошла понюхать – пахнет розами.
– Сиё, моя светлость, отвар розовый. Прошу! – указав рукой, пригласила она меня в ванную.
Ну понятное дело, купать будут. Я и полезла.
Волосы расчесали, одежду принесли, помогли все одеть. Зашнуровали тугой корсет.
– Я в нем не дышу, – еле произнесла я.
– А то-то, барыня, мы все не дышим, но жених-то ждет, – продолжала туго шнуровать девушка.
Спустилась я с верхних этажей по шикарной винтовой лестнице, морально готовясь встретиться с женихом. Огромная комната, потолки высокие, люстра здоровенная и он стоит.
Рядом еще двое. Но помоложе будут.
– Ну что, детка, вот и ты. А вот и они! – указывает дедок на двоих помладше. – Погляди какие сыновья мои. Горячие парни, кровь с молоком. Красавцы.
Я уставилась на них. Судя по всему, один взял от отца живот и ноги, другой – лицо да лысину. Стоят как два брата-акробата, лыбятся. Двойняшки, что ли? Вгляделась в их лица. Ну что сказать? Умом явно не блещут. Два дебила!
– Вот и женихи твои. Мы не стали за них решать, за кого тебя замуж выдавать. Сами между собой решат, чья ты будешь, – нагло выдает дедок.
Слово не могу сказать, только думаю: "Уж лучше бы мне дед достался, он хоть не сегодня-завтра помрет, а эти…"
Следом выплыла женщина. Невольно проскочила мысль: так вот кому мое тельце старое досталось! Списали, видимо. Ну ничего так женщина, может, еще и сдружимся…
Шарик на ножках в дорогом наряде приобняла под руку дедка и, словно не замечая меня, произнесла:
– Георг, а получше-то выписать не могли?
Видимо, свекровь. Будущая.
Зацыкала, оглядела меня с ног до головы и запричитала:
– Ни рожи, ни кожи… Божечки, кого привезли! – и глаза так закатила, словно сама неписаная красавица стоит.
Опять тараканы заплясали в голове: точно морда досталась мне козья! Ну уж если для этой я страшная, то что же там на самом деле?
Руки невольно потянулись к щекам: прикрыть или ощупать. Грымза глаз не сводит с меня, все разглядывает…