Чтение онлайн

Табита кивнула.

– Вот и замечательно. Что-нибудь придумаем. Доминик и Люси, в свою очередь, откланялись и вышли вслед за матерью. Табита осталась со своими новыми родственниками. Сидела она тихонько, сложив руки на коленях, гадая, что будет дальше.

Леди Монтекью дернула за шнурок звонка, и в дверях появилась молодая служанка.

– Вот что, Поттер, моя племянница устала с дороги. Проводи ее в комнату, которую приготовила Хоутон, искупай девочку и уложи в постель. Если она проголодалась, пусть перекусит в комнате. Можешь идти.

Табита слезла с дивана и последовала за служанкой.

Поднимаясь

по лестнице, Табита с любопытством оглядывалась вокруг.

Зимний вечер уже вступил в свои права, стемнело, и повсюду ярко горели свечи. Стены были отделаны толстыми дубовыми панелями и увешаны картинами в позолоченных рамах, тускло мерцавших в пламени свечей. Табита подумала, что рамы сделаны из чистого золота. Хотела спросить об этом у служанки, но побоялась выставить себя совершенной невеждой. Несмотря на роскошь, все выглядело мрачно.

Неизвестность томила Табиту. Она ничего не знала о людях, с которыми ее свела судьба, ни о том, какая ее ожидает здесь жизнь.

– Считайте, что мы уже пришли, мисс Табита, – приветливо проговорила служанка. – Пока поднимешься, ноги отвалятся.

Табита, которая и в самом деле с превеликим трудом передвигала ноги, с готовностью согласилась:

– Это правда, но я постараюсь привыкнуть. Верити Поттер украдкой посмотрела на девочку, чья история была ей хорошо известна (впрочем, как и всем остальным слугам), и в сердце у нее шевельнулись сочувствие и жалость к малышке. Не приведи Господь потерять родителей. К тому же ее светлость добротой не отличалась, так что сиротке не дождаться от нее хоть какого-то утешения.

Наконец Верити остановилась и ввела Табиту в просто обставленную комнату, довольно просторную, ничуть не меньше ее комнаты в доме родителей. У дальней стены стояла узкая кровать, рядом с ней туалетный столик из такого же лакированного темного дерева. Угол между камином и окном занимали кресло с подлокотниками и небольшой столик. Табите все понравилось. И стены мягкого желтоватого цвета, и симпатичные шторы, а главное – в комнате была всего одна кровать, так что ей не придется соседствовать с Амелией, чего она очень боялась.

Ее дорожная сумка была уже распакована, все вещи вынуты, и девочка в нерешительности остановилась посреди комнаты, не зная, что делать дальше.

– Мисс, ее светлость приказали мне вас выкупать; ванны здесь нет, так что придется нам спуститься вниз – на первом этаже есть свободная комната с ванной. Только сначала я принесу вам поесть, вы, наверное, проголодались?

– Проголодалась.

– А чего бы вы желали поесть? – предупредительно спросила Верити.

– Сама не знаю. – Табита растерянно посмотрела на служанку. – А что мне можно?

– Все, что пожелаете, – рассмеялась Верити. – На то есть прислуга на кухне; вам нужно только распорядиться.

Табита подумала и сказала:

– Мне хочется поджаренных тостов с маслом и еще пирожных, ну, тех, маленьких, которые я ела в гостиной.

– Сейчас принесу вам еду, а потом искупаю. Вы пока посидите здесь. Я быстро.

Оставшись одна, Табита принялась более внимательно обследовать свою комнату. Открыла все ящики в туалетном столике и обнаружила, что все ее вещи аккуратно разложены. Затем подошла к окну, чтобы посмотреть на расстилавшиеся снаружи угодья. Окно было для нее слишком высоко, и ей пришлось пододвинуть маленький

столик и влезть на него, но ничего, кроме тьмы кромешной, она не увидела. Разочарованная, Табита слезла со столика и уселась на кровать в ожидании служанки. В комнате становилось все холоднее, и девочка уже начала думать, что про нее забыли, но служанка вернулась и поставила на столик поднос с ужином.

Пока Табита управлялась с едой, Верити прохаживалась по комнате, болтая о том о сем. Увидев, что тарелка пуста, девушка улыбнулась.

– А теперь спустимся вниз, принимать ванну.

Вскоре Табита уже сидела в ванне, полной благодатной горячей воды, а Верити, закатав рукава, терла ее мочалкой.

– Знаете, мисс, то, что случилось с вашими папочкой и мамочкой, просто ужасно, – проговорила служанка. – Мы тут, как узнали про это, все испереживались, честное слово. Меня здесь тогда еще не было. А остальные помнят, каким хорошим и добрым был ваш папочка, никто про него дурного слова никогда не сказал. А матушка ваша была настоящей красавицей. Говорят, что вы на нее как две капли воды похожи.

Табита подняла на Верити полные грусти глаза.

– Правда? – прошептала девочка.

– Ну, я матушку вашу ни разу не видела, а Латтерсби, наш привратник, говорит, вы вылитая она.

Тут Верити, к своему ужасу, увидела, что по щекам девочки заструились слезы.

– Мисс! Бога ради, мисс! Я не хотела вас расстраивать, бедная малютка! Давайте-ка лучше вытремся и вернемся к вам в комнату. – Завернув девочку в банную простыню, Верити отнесла ее наверх, усадила на постель, надела ей шерстяную ночную рубашку и уложила спать, вручив любимую куклу и подоткнув со всех сторон одеяло.

– Все уладится, мисс, вот увидите. Время лечит, вы снова будете улыбаться.

Сжав руку девочки, служанка задула свечу и на цыпочках направилась к двери. Верити Поттер до слез было жалко сиротку. Ей хотелось посидеть рядом с Табитой, дождаться, когда та заснет, но у нее было много дел, и хозяйке не понравится, если она тут задержится. Девушка вышла из комнаты, прикрыв поплотнее дверь, и заспешила по коридору.

Табита ворочалась в постели и никак не могла уснуть. На нее волной нахлынуло одиночество, и она принялась горько плакать при мысли о том, что обречена теперь жить в этом холодном и враждебном мире, с кузиной и кузеном, которые сразу не понравились, а во взгляде Ричарда она заметила даже ненависть. Свернувшись калачиком, Табита прижала к груди любимую куклу и не заметила, как погрузилась в спасительный сон.

Даже для середины июля солнце было слишком жарким, и окрестности просто купались в пышно разросшейся зелени. На протяжении последних недель на голубом небе не было ни облачка, не пролилось ни капли дождя.

Табита, лежа на животе, водила пальцами по воде журчащего ручья.

– Они нас здесь не найдут? – спросила девочка.

– Если даже найдут, я их сюда не пущу, – ответила подружка. – В моем доме пусть слушаются меня, а играем только мы с тобой.

Люси Риз расположилась рядом на теплых досках крохотной пристани. Один рукав был у нее закатан, и девочка, ухватившись под водой за стебель водяной лилии, пыталась подтянуть цветок поближе к себе. На нем сидела, чуть поводя прозрачными крыльями, большая красивая стрекоза.