Чтение онлайн

— Нимфоманка?

— Женщина, которая отчаянно…

— Я знаю, что это значит.

— У меня была подруга, Гвендолин, и все называли ее нимфоманкой. Ее отправили в сумасшедший дом. Она до смерти влюбилась в лакея в поместье своего отца. А я всегда считала, что она ни в чем не виновата. Питерс был просто душка, мы все были в него влюблены, все девчонки. Но родители потащили ее к семейному врачу, и он подписал бумаги, подтверждавшие, что она нимфоманка. Тут уж ничего не поделаешь. И ее заперли вместе с психами.

— Почему

же ее родители просто не дали пинка лакею?

— Пинка? В смысле уволили? Ну, они, конечно, это сделали, сразу же. Но Гвендолин все равно сбежала с ним. Понимаете, она влюбилась до смерти. Потом ее поймали. И снова посадили к сумасшедшим.

— Не думаю, что какой-то лакей может сделать девушку нимфоманкой.

Она одобрительно кивнула.

— Лично я считаю, что нимфоманию, саму идею, придумали мужчины, а вы?

— Кто знает, — заметил я. — Вставайте, Сесилия, пора в кровать.

— Я уже в кровати, — заявила она. Улыбнулась и снова поморщилась. — Ох! — Ее пальцы слегка сжали мою руку. — У нас есть правило. Здесь, в Англии. Если у кого что болит, например подбородок, другой должен это место поцеловать. Чтобы перестало болеть, понимаете?

— У нас в Америке тоже есть правило. Не валяй дурака с дочкой хозяина.

Она состроила гримасу.

— Как с его лошадью или машиной. Знаете, я ведь не просто дочка. Не какой-нибудь предмет или часть недвижимости. Я личность, и у меня есть права. Я человек.

— Вижу.

— Ну вот. Так я имею право на поцелуй?

Она уже вполне вошла в роль. Я тоже. В этом-то вся штука.

— Ладно, — сказал я, — пошли.

Она убрала пальцы. Взяла с постели наручники и протянула мне, игриво поглядывал на меня через соединявшую их цепочку.

— Кто наденет первый, вы или я?

— Пойдемте, Сесилия.

Для человека, который только что был без сознания, она действовала очень быстро. Накинула один браслет мне на руку и защелкнула.

— Думаю, вы.

Я встал и отошел от кровати. Наручники болтались у меня на левом запястье.

— Ключ, Сесилия.

Она засмеялась. Легко так, музыкально. Сложила руки на груди, покачала головой. И самодовольно улыбнулась, как грабитель в банке в дождливый воскресный день.

Я сделал шаг к ней.

И тут раздался визг. Визжала женщина.

Трудно было сказать, откуда доносился этот крик. Ведь все стены каменные. В общем, не издалека.

Сесилия тоже услышала. Склонила голову набок. Самодовольную улыбку с ее лица как ветром сдуло. Она удивленно прислушивалась.

Снова крик, на этот раз громче. Долгий пронзительный вопль. Стоны.

— Дайте сюда ключ, Сесилия, — приказал я.

Сесилия наморщила лоб, рот у нее приоткрылся. Она закрыла его и опустила руку в карман халата. Нахмурилась. Взглянула на меня.

— Исчез. — Она порылась в кармане. — Нету! — В голосе прозвучали истерические нотки. — Он же был, я точно знаю, и вот исчез! —

Она быстро оглядела комнату, потом повернула ко мне перекосившееся лицо.

Может, выпал из кармана, когда она рухнула на пол? Я осмотрел ковер, но ничего не нашел.

Крики смолкли. Я не знал, хорошо это или плохо. И снова выругался.

Прихватив наручники левой рукой, я сунул все вместе — руку с наручниками — в карман халата. В последний раз взглянул на Сесилию. Она ползала на четвереньках по кровати, хлопая по покрывалу ладонями и мотая головой из стороны в сторону. Я бросился к двери, рывком открыл ее и выскочил в холл.

В коридоре горели электрические лампы в бронзовых плафонах, развешенных вдоль каменных стен. У двери слева от меня стоял сэр Дэвид Мерридейл. Эта дверь вела в апартаменты госпожи Аллардайс и мисс Тернер. Как раз когда я вышел, он рванул дверь и исчез за нею. Я бегом кинулся к той же двери, прижимая к себе одну руку, ту, которую держал в кармане, так что бежал я довольно неуклюже.

Я вошел. Сунул другую руку, правую, в правый же карман халата. С обеими руками в карманах я вполне смог бы сойти за нормального человека. Просто вышел прогуляться.

В тусклом свете ночника на столике у кровати я разглядел в углу комнаты трех человек. Двое стояли ко мне спиной. Одним был сэр Дэвид. А рядом с ним, судя по всему, — госпожа Аллардайс. Хотя под ее огромным халатом запросто могли бы укрыться два, а то и три человека.

Третья фигура жалась спиной к стене. Высокая. В длинной розовой байковой ночной рубашке, голова опущена, руки закрывают лицо. Длинные русые волосы распущены по плечам. Мисс Тернер.

Дверь в следующую комнату открыта. Там горел свет.

— Ей приснился кошмарный сон, — сказала госпожа Аллардайс сэру Дэвиду.

Мисс Тернер вскинула голову.

— Это был не сон, — сказала она. — Я видела.

— Кого? — спросил сэр Дэвид. Он похлопывал мисс Тернер по плечу. По-отечески. Еще я заметил, что он любовался ее фигурой. Не могу его винить. Тонкая розовая ткань прилипала к ямочкам и выпуклостям, элегантно прикрывая разные впадинки. Все ямочки и бугорки как будто были на своих местах. Появление мисс Тернер в ночной рубашке оказалось полной неожиданностью.

— Призрака, — сказала она. — Лорда Реджинальда. — Она перевела взгляд с Дэвида на госпожу Аллардайс, потом на меня. — Понимаю, это звучит дико, но он был вон там! — сказала она и показала на открытую дверь своей комнаты.

— Чушь, — заявила госпожа Аллардайс. Косметики на ней не было, и я сразу понял, почему она с нею так усердствует. У нее не было ни бровей, ни губ. — День выдался тяжелым. И все эти разговоры на тебя подействовали.

— Я видела его! — Без очков и с распущенными русыми волосами она выглядела на пять лет моложе.