Error 404
Шрифт:
Тая опустилась перед капсулой Капы на колени, вытащила маленькую карточку из-под отслоившейся или нарочно надорванной обшивки. Это была фотография. Настоящая земная фотография.
Шестеро молодых людей стоят на белой площади, за их спинами знакомое по видеофильмам приземистое и широкое строение - космопорт. Здесь трое юношей и три девушки. Им лет двадцать - двадцать пять, как Капе и Дэну. Одеты в темно-бордовые комбинезоны, похожие на их рабочие, но чуть иные, да и функций у костюмов многих нет. Должно быть, тренировочные. А белая площадь за спинами людей постепенно растворяется, парит белыми-белыми легкими облачками
Тая, не дыша, вглядывалась в фотографию. Эта картинка была растиражирована тысячами копий, мелькала во многих учебных фильмах о Земле и «Красавице», но ощущения от копий были иными. Вернее сказать, их вовсе не было. А сейчас по коже Таи пробегал трепет. Это была настоящая фотография. Та самая, сделанная в тот день и тот час, который застыл теперь навеки. И на ней были запечатлены призрачные фигуры из прошлого, люди, которым все они обязаны жизнью, но - и только. Родители.
Вот Антон - первый капитан «Красавицы» и отец Дэна. Такой же как Дэн невысокий и широкоплечий. И глаза светлые, стальные - как у Дэна, но совсем незнакомая, не передавшаяся сыну и теперь пропавшая навеки улыбка. Его жена, Лера, почему-то на другом краю фотографии: эту пару разделили две других. Ах, да! Капа рассказывала, они поженились уже в космосе... Лера - ясноглазая миловидная блондинка с короткой стрижкой, непослушные волосы задорно завиваются на кончиках. Только сейчас Тая поняла: Капа осветлила волосы, сделала такую же прическу, как у Леры... Интересно, случайно или осознанно? Лера, по ее рассказам, самая ясная, самая добрая, была мамой для всех детишек «Красавицы».
Вот Шелтон и Эмма, родители Капы и Ала. Шелтон, весельчак, одним словом ставивший на место зарвавшихся виртуалов и Брана. Безупречный красавец, черноволосый, с пронзительными светлыми глазами, рот чуть кривится в сардонической усмешке, будто он еще не верит, что скоро навсегда покинет Землю. Его жена, Эмма, врач будущей экспедиции - невысокая и пухленькая, кажется самой молоденькой в компании. Невинные карие глаза, смущенная улыбка девочки-отличницы...
– зачем ей глубокий космос?
Дерек и Ли-Энн - их объятия так тесны, что они воистину кажутся единым целым. Не могут оторваться друг от друга, будто уже предчувствуют, что их счастье будет недолгим - Дереку суждено погибнуть еще до рождения сына. Дерек, такой же рыжий, как Кас, и пилот от бога, так же, как Кас. Ли-Энн - темноокая темноволосая красавица, Тая и Эля унаследовали ее миндалевидный разрез глаз - и более ничего.
И - небо над головами этих незнакомых и родных людей. Незнакомое и родное, бездонное небо Земли с белой дымкой облаков. Можно ли мечтать о равнодушных холодных звездах, хоть раз увидев его? Оно как покров над колыбелькой, хочется уснуть в его мягких теплых объятиях. И Тае вспомнились слова Капы: Земля, действительно, ближе, чем ей до сих пор казалось. В этом же времени, в этой же Вселенной. В ее сердце...
– Наконец-то тебя нашел, - серьезно сказал кто-то за спиной. – Долго искал! Ты ведь Тая?
– Ал?
– сердце девушки вдруг гулко, звонко ударило о клетку ребер и ухнуло куда-то вниз. Вопреки разуму, вопреки заверениям, что противоположный пол Тае начисто безразличен. Искал? Зачем?
– От путешествия к Земле вместо 404-ой нам не уйти. Дэн зверствует, и я решил зайти
– Не хочу, - машинально сказала Тая. Она еще силилась вспомнить, кто такой Бом. Ах, это же робот, свидетель убийства родителей, сошедший с ума!
– О-о... а это не опасно, Ал?
– шепотом спросила польщенная Тая.
Сердце сильно стучало. Оно уже согласилось на любую авантюру.
– Во всем моем плане опасным может стать только разъяренный Дэн... но, я надеюсь, я его уже достаточно отвлек.
– Отвлек? Чем?
– Ерунда. Немного разбалансировал систему гравитации «Красавицы». Провозится с ее калибровкой чуть подольше, и все.
Тая уставилась в пол. Долго смотреть в пронзительные глаза юноши она боялась.
– Так ты мне поможешь?
– Конечно, - поспешно согласилась она, хотела улыбнуться снова, чтобы запомнить про себя это необычное ощущение - частых улыбок. Но на стене засветился один монитор. Дэна на экране был в холодном бешенстве.
- Он нас слышал?!
– с ужасом подумала Тая. Нет, Дэна тревожило другое.
– Ал, Тая, быстро возвращайтесь в рубку, у нас серьезные проблемы, - скомандовал он.
- Из-за помех сети? Мне проще скорректировать их из виртуальности, - немного надменно предложил Ал.
– Помехи - меньшая из бед. Сюда движется что-то большое, похоже, тяжелый крейсер джийан, а Кас еще не собрал поезд.
– И Дэра пропала!
– встряла в разговор Капа.
– Мы идем, - решительно сказала Тая и перехватила вопросительный взгляд Ала.
– Все в силе, - торопливо заверила она, и тут же осеклась. Родной брат Кас в опасности, а она может думать только о грядущей авантюре! И радость от впервые удавшейся беседы с Алом даже не дает сполна погрузиться в раскаяние...
«Как стыдно!»
Кас
– Оставь ты манипулятор!
– шипела Катерина в наушниках. Кас очень ярко представлял себе ее лицо, несмотря на то, что между ними была только аудиосвязь: искаженное маской злости, с перекошенным красным сочным ртом, кажется, сейчас виртуалка пойдет сетью мелких трещин и рассыплется. Как статуя из песка.
Катерина злилась недаром. Восемь минут назад Джад сообщил, что поблизости зафиксировано мерцание пространства, как если бы из гиперпространства вышел тяжелый крейсер джийан. Чуть погодя, через минуту после Джада, уже Дэн предупредил, что по их данным к «Красавице» движется нечто очень большое и очень тяжелое.
Улететь земляне не успевали. Оставалось набросить на «Красавицу» личину походящей малой планетки и надеяться, что враги их не заметят, но снаружи остался погрузчик Каса и его груз - поезд из девяти челноков с метановым льдом.
– Бросай челноки, возвращаемся на корабль!
– шипела Катерина. «Вовращаемся»!
– Кас про себя улыбнулся: Катерина настолько увлеклась, что воображет, будто сидит сейчас рядом, в этом же истребителе!
Ему вдруг представилась эта девушка, вполне реальная, пышноволосая, стройная, одетая с элегантной небрежностью, вальяжно устроившаяся в соседнем кресле... и Каса кинуло в жар. Он вцепился в рычаги управления манипуляторами и попытался сосредоточиться на челноках с грузом, плавающих за обзорным стеклом истребителя.