Чтение онлайн

— А где твои тапочки? — спросила Ио.

Хосе рассеянно оглядел ковер и пожал плечами.

— Не холодно.

Он опять задумался, теребя полу атласного халата. Ио заглянула ему в лицо.

— Отказала?

Хосе кивнул.

— Но этого следовало ожидать, — благодушно утешила Ио.

— Конечно. Доброе утро.

— Добрый вечер!

Хосе недоуменно посмотрел в окно.

— Ах да. Вечер.

— О чем ты думаешь?

— Ни о чем и обо всем сразу. Люблю, когда светит солнце. Или что-нибудь вроде. Жизнь приобретает смысл.

— Очень хорошо, —

сказала Ио и еще раз потянулась.

— Что хорошо?

— Да все.

— Ты похожа на кошку.

— Правда?

Ио потянулась к чашке.

— Вкусно. Хочешь глоточек?

— Хочу.

— Сам готовил?

— Для тебя.

Она благодарно потерлась носом о его плечо.

— Великолепный мой!

— Ночью?

— Ночью — тоже.

— Таракан не снился?

Ио рассмеялась.

— Нет. Ему не удалось. У тебя давно не было женщины?

— Давно.

— А мне давно не было так светло. Иди сюда. Закрой собою солнце. Или что-нибудь вроде.

Хосе напрягся.

— Ты это… из жалости?

— Разве можно хотеть из жалости?

— Хотеть — не знаю. Отдаваться — да. Кто вас знает? Но если и так…

Он вдруг встал на колени. Ио потрепала его за волосы. Потом прижала суматошную испанскую голову к своему бедру.

— Дурачок.

Испанская голова упрямо вырвалась.

— Слушай, ты не первая так меня называешь. Почему?

— Потому что это правда.

— Ах вот как! Ну, я тебе покажу. Сейчас случится нечто.

Неизвестно, что он подразумевал, но нечто и вправду произошло. Базу «Орешец» чувствительно тряхнуло.

Базу «Орешец» чувствительно тряхнуло. Землетрясения на Кампанелле — вещь обыкновенная, если не сказать — повседневная. Но люди почему-то встревожились. В холле первого этажа, своеобразной кают-компании, собралось довольно многочисленное общество, в каютах мало кто остался. Пытаясь скрыть смущение, все начали придумывать занятия и оправдания.

— А ведь мы сродни собакам, — усмехаясь, сказал Кнорр.

— Не новое открытие. Что ты хочешь этим сказать?

— У нас явно обострилось предощущение катаклизма. Не считаешь?

Сидевший в соседнем кресле Такео Инти поднял густые брови.

— Сомневаюсь, что оно у нас было, тем более что оно обострилось.

— Держу пари, нас ожидает нечто.

— Когда?

— Да сегодня. Ставлю сотню против одного.

— Какая уверенность! Идет.

Они пожали друг другу руки.

— Ага, приехали, — сказала одна из женщин.

К базе подрулил флигер. Из него выбрались Игнац, Зоран и еще кто-то, очень странный, со связанными руками. Все трое скрылись за углом шлюзового тубуса. Их появление в холле вызвало самый неподдельный интерес, поскольку связанный незнакомец выглядел и в самом деле несколько необычно. На ногах у него были чулки из грубой материи, подвязанные ниже колен. На бедрах висело подобие грязной юбки из того же материала. Этим его гардероб и ограничивался. Был он худ, жилист, торс состоял только из мышц и ребер. Длинные волосы, спутанные с бородой, скрывали шею

и падали на лицо. Из зарослей пронзительно голубели глаза.

— Вот, — сказал Игнац. — Кажется, сей джентльмен охотился на Турумалая. Представить не могу, имя его неизвестно, поскольку он не разговаривает. Зато трубами швыряется замечательно. В общем, явный туземец.

Игнац поморщился.

— Едва бронежилет не прошиб. Что делать будем?

— М-да, — выразил общее мнение Такео. — Классический отшельник. Что делать? Начальство надо звать.

— Кхм, — сказал Кнорр. — Комендант занят. Соображать придется самим.

— Давайте его постираем и накормим, — предложили женщины. — Тем временем комендант, кхм, и освободится. Может быть такое.

Игнац и Зоран повели пленника в бассейн. Он не сопротивлялся, но несколько раз обернулся. Возможно, прикидывал, сколько труб понадобится на всех.

— Альфред, если ты это происшествие предсказывал, то я проиграл, — сказал Такео.

Кнорр покачал головой.

— Нет. Будет нечто посущественнее.

— А ты, случаем, не интравизор?

— До сих пор замечен не был.

По лестнице сбежала растрепанная Ио.

— Где, где он?

— Купать повели.

— Купать? Что за благодушие! Быть может, этот человек — единственный, кто выжил на Кампанелле. Каждая секунда… А его — купать. Он же как-то обманул макул, понимаете?

— Понимаем, чего тут не понимать.

Ио чертыхнулась и побежала в бассейн.

Игнац держал пленника, а Зоран намыливал ему голову. Все трое по грудь стояли в воде. Ио села на бортик.

— Смойте пену!

— Сейчас, — сказал Зоран и макнул робинзона.

Тот молча забился.

— Стой, стой, не брыкайся. Не утопим мы тебя, трубовержец.

Два голубых глаза всплыли на поверхность.

— Здравствуйте, — сказала Ио. — Мне передали, что вы не хотите разговаривать. Почему?

Незнакомец выплюнул шампунь и уставился на нее немигающим взором.

— Бесполезно, — сказал Игнац. — Тут требуется лечение. Малый не в себе. Надо ж так одичать за каких-то пять лет… Хрупкая это штука — психика.

— Посмотрим.

Ио прямо в халате спрыгнула в бассейн и положила руки на плечи молчальника. Тот дернулся, попытался отвести взгляд.

— Дорогой мой, — сказала Ио, — вы много пережили, много страдали. Быть может, возненавидели соплеменников, бросивших Кампанеллу на произвол судьбы… Я правильно говорю?

Что-то дрогнуло в диком лице.

Ио погладила грязное плечо, на котором остались следы ее пальцев.

— Мы действительно опоздали, но в этом нет нашей вины. Мы очень спешили и уже потеряли восемь человек. Так же, как вы потеряли своих близких. Но они не погибли, это известно уже почти наверняка. Надо всех найти, попытаться вернуть в нашу жизнь. Вы ведь этого хотите, да? Помогите нам.

Мужчина поднял связанные руки и потрогал ее волосы. Вдохнул ее духи.

— Как вас зовут? — мягко спросила Ио.

— Как вас зовут, — повторил незнакомец, удивленно прислушиваясь к собственному голосу.