Эпилятор
Шрифт:
Понаблюдав еще минут пять со стены, спустился вниз во двор храма и направился осматривать холодное оружие, отобранное у всех защитников крепости и собранное на кухне. Его разложили на длинном столе под навесом справа от входа. Всего набралось около полусотни клинков - мечи, ножи, кинжалы, боевые стилеты, мачете для рубки собачатины и еще черте что. Перебрав эту кучу, отобрал тридцать пять штук. Нагрузил клинками двух жрецов и отправился в их сопровождении к площадке между воротами. Здесь неравномерно разместил все ножи вдоль стен, в основном сгруппировав в двух местах по углам главных ворот, воткнув их по рукоятки в землю. Три наиболее уравновешенных клинка, оставил себе под левую руку. Немного подумал и сменил два почти прогоревших факела у вторых ворот. У главных ворот на стене приготовил
Когда вокруг собралось десять человек, приступил к изложению своего плана.
– Сейчас нам предстоит уничтожить пиратов, что сделать не очень сложно. И убить Серебряную руку, что потребует серьезных усилий. Ваши действия будут следующие. Когда я подам сигнал, нужно открыть главные ворота, их левую створку. Один из братьев - пусть это будет Сервел, изобразит сдачу храма. Он будет суетиться в проеме и кричать, что ворота открыты, нужно захватывать храм и пиратам требуется скорее бежать к нему на помощь. Главное, побольше шуму. В это время, все остальные братья у вторых приоткрытых ворот должны устроить не настоящую, но очень похожую на реальную, потасовку опять-таки с криками. Цель спектакля показать борьбу между теми жрецами, кто вроде как бы хочет сдаться и теми, кто против этого.
– Я остановился передохнуть и вгляделся в лица жрецов - все внимали с болезненным интересом и силились ничего не упустить. Это хорошо. Можно продолжать.
– Первые ворота вроде как распахивают, вторые их соответственно закрывают. Естественно, пираты постараются воспользоваться случаем и побегут к открытым воротам.
– Я повернулся и, глядя в глаза жрецу, сказал.
– Сервел должен подпустить первого из них не ближе, чем на двадцать шагов. Затем, оставив створку ворот открытой, бегом вернуться ко вторым воротам, якобы на помощь предателям, - и, обращаясь уже ко всем, продолжил.
– Как только он проскочит через приоткрытые ворота, их нужно закрыть. После чего, с шумом и гамом продолжать изображать за дверью борьбу за открытие ворот. У пиратов, которые станут ломиться в закрытые двери, должно сложиться впечатление, что ворота вот-вот будут открыты. Так сказать, - внутренняя контрреволюция еще чуть-чуть и победит. Но тут вступаю в игру я. Ха, весь в белом. Сразу после того, как бандиты перестанут стучать в ворота, братья с зажженными факелами поднимутся на стены коридора и добавят света. Причем, на стены поднимутся все кроме Сервела и двух братьев. Это будут, - я оглядел собравшихся и указал на ближайших пальцем, - ты и ты.
– Теперь уже информация только для вас троих. Как только я перебью всех пиратов в коридоре, вы двое, вместе с Сервелом по моему сигналу откроете вторые ворота и войдете в коридор. Дальше после подготовки, по моей команде распахнете створки главных ворот, каждый свою, стараясь не показываться в проеме. Сервел будет стоять в двух шагах у меня за спиной с факелом. Он должен постоянно держаться позади не ближе, но и не дальше, двух-трех шагов, даже если я пойду навстречу солдатам. Есть вопросы?
Помолчав с минуту и не дождавшись вопросов, повернулся к Тентору и продолжил.
– Теперь для остальных. Как только я махну рукой и крикну, что можно говорить, все жрецы с факелами перейдут со стен коридора на основные стены и выстроятся в ряд по стене над воротами. Тентор встанет в центре и громко скажет тем солдатам, которые будут толпиться у ворот, примерно следующее: 'Боги Света и Тьмы послали на помощь храму Черного. Правитель Ткелес уже наказан им и убит. Его место займет Камбор. Черным только что убиты Вечно второй и все пираты из его команды. Черный готов убить и их всех, но ты Ткелес и вся жреческая братия храма будете молить меня не делать этого, так как сердце у тебя, Тентор, полно сострадания к заблудшим. Но у солдат, чтобы спастись, мало времени и им нужно бежать'. Ну, и в самом конце, обязательно крикнуть пострашнее - Да помогут вам Боги, Черный идет! В этот момент, - я снова повернулся к отобранным адептам, - двое братьев должны начать открывать створки главных ворот. Я буду стоять в створе и сделаю воякам несколько
Жрецы, которые слушали затаив дыхание и раскрыв рот, зашевелились и Тентор ответил за всех.
– Мы готовы.
– Ну, тогда начали.
– Я подумал, что жрецам не впервой втирать очки, должность у них такая по жизни, так что священники справятся. Помог жрецам приоткрыть вторые ворота и лично еще раз предупредил Сервела.
– Прежде чем распахивать главные ворота и начинать представление дождись, пока махну рукой со стены. И после, ни в коем случае не открывай вторые ворота пока я не подам тебе сигнал. Для этого, как обычно, стукну три раза и крикну.
– Я понял, Старший брат.
Быстрым шагом поднялся на стену, оглядел с нее лагерь осаждающих, перешел на противоположную сторону, перегнулся через парапет и махнул рукой Сервелу - начинай. Он заскрипел засовом и распахнул одну из створок ворот. Чтобы она не распахнулась полностью, я загодя приготовил стопор из кинжала, используя его, как ограничитель.
Встав в проеме ворот, Сервел стал размахивать факелом и, надрываясь, кричать.
– Мы сдаемся! Ворота открыты. Скорее. Помогите!
– Повторив это несколько раз в разной комбинации.
Через несколько секунд в лагере осаждающих началась бестолковая суета. Бандиты выскакивали из палаток, подхватывали оружие. Кое-кто одевался на ходу. Но вот раздалось командное карканье Серебряной руки и сплоченная команда флибустьеров побежала к стенам.
На первом этапе я поставил перед собой задачу уничтожить лучников. В этом отряде, пока наблюдал, я насчитал троих, но теперь понял, что ошибся, и не заметил еще одного. Таким образом, лучников имелось четверо. Они, как и положено, в таких случаях, бежали в конце отряда.
С трудом поборол в себе искушение метнуть нож в Серебряную руку. Он бежал первым. Весь предыдущий опыт говорил, что ничего хорошего из этого не выйдет. Рука увернется или отразит клинок, а элемент неожиданности окажется утерян и вроде неплохой план может провалиться…
Сервел, грамотно изображая испуг и нетерпение, подпустил пиратов метров на тридцать и кинулся бежать к вторым воротам. Пираты взревели, взыграл рефлекс хищника - добыча убегает. Догоняй и рви…
Как только бандиты начали втягиваться в первые ворота, я сконцентрировался и большими махами, почти не глядя, вкладывая всю силу в бросок, метнул три ножа, целя в лучников. Бросив взгляд, чтобы оценить результат, остался доволен собой. Сразу чувствовалось, что бросал Мастер. У двоих ножи пробили кольчуги и тридцати сантиметровые клинки торчали только рукоятками из груди. Третьему нож проломил металлический умбон и вошел в грудь почти наполовину. Силой удара, всех троих буквально вынесло из строя. Отменно.
Дождавшись пока последний лучник вбежит в главные ворота, я перебежал на противоположную сторону стены и, наклонившись над парапетом, кинул четвертый нож почти вертикально вниз, угодив стрелку в основание шеи. После этого бросился к приготовленной загодя веревке, по которой и скользнул вниз на землю. Оказавшись на земле, навалился и закрыл сворку основных ворот. Задвинув засов, перед самым носом у солдата из городской стражи. Теперь за тыл можно быть спокойным. Оставались разобраться с бандитами, которые бесновались у вторых закрытых ворот.
Последнего лучника я убил специально у ворот внутри крепости - он сам принес мне лук и запас стрел. Не воспользоваться такой удачей было бы грешно. Перебросив колчан за плечо, попробовал лук - слабоват, но дареному коню в зубы не смотрят…
Стрел в колчане имелось порядка тридцати штук. Я выпустил их все за полминуты, каждой второй стрелой целя в Серебряную руку. Он находился в первых рядах и сзади был прикрыт спинами своих подельников. Всякий раз перед выстрелом я видел только маленький фрагмент его фигуры. И, тем не менее, удача не отвернулась от меня, я попал в него, и попал дважды. Оба раза в плечо правой руки, которой он размахивал мечом и колотил рукояткой в закрытые ворота. Большего ожидать просто невозможно.