Чтение онлайн

Атауальпа хотел, чтобы золотой рукой Кьяри трогала его плоть, а когда она окрепла, сама направила её в себя. Если боль и была, то только в начале. Вскоре Кьяри забыла о ней. Атауальпа умел быть нежным и напористым одновременно. Он играл её золотой рукой, облизывал пальцы, гладил себя ими, целовал места, где золото сливалось с кожей, заламывал руку Кьяри за спину, выкручивал кисть. Он заснул, положив её золотую ладонь себе на глаза.

Кьяри снилось, что у неё болит живот. Во сне она слышала голос Нио и видела, как он взбирается на сейбу, царапая стопы о

её шипы.

– Цветы сейбы помогают избавиться от утренней тошноты на ранних сроках.

Кьяри всхлипнула и проснулась. Лицо и подушка под щекой промокли от слез.

Судя по пятнам света на стенах и потолке, солнце стояло высоко. Атауальпа не спал. Он сидел на краю кровати и наблюдал за Кьяри.

– Многие девушки плачут, расставаясь с девственностью, - сказал он и вытер слёзы со щеки Кьяри. Она не шевелилась, пытаясь понять, сердится император или нет.
– Скажи мне, у тебя был жених? Ты была влюблена? Девушке твоего возраста полагается быть влюбленной в красивого, но бедного юношу. Честного. Смелого. Он был хорошим охотником? Хорош в метании дротиков или стрельбе из лука? Ты считала его самым лучшим? Самым справедливым и ловким?

– Нет, - сказала Кьяри.
– Он был предателем и убийцей. Он убил двух человек из нашего племени и пытался убить меня.

Атауальпа улыбнулся. Кьяри почувствовала, как краска опять заливает её щеки.

– Это самая интересная история, которую я слышал в последние дни. Он предал тебя до того, как солнце отметило твое тело золотом, или после?
– Атауальпа опять трогал Кьяри. Сначала погладил золотую руку, потом положил ладонь на грудь.
– Отвечай, - приказал он, сдергивая с Кьяри одеяло и нависая над ней.

– До, - выдохнула она, когда её колени развели в стороны.

– Я так и думал, - Атауальпа толкнулся в неё и на миг прикрыл глаза.
– Если бы твой предатель видел твою золотую руку, видел, какой ты стала, он бы никогда не покинул тебя.

Кьяри зажмурилась. Её тело сотрясалось от медленных и длинных толчков. Дрожали неудобно вывернутые и приподнятые колени. Дрожало внутри. Это напряжение можно было принять за нетерпенье. Кьяри хотела, чтобы все поскорее закончилось. Когда Атауальпа излился в неё, она испытала почти физическое удовлетворение.

– Как это было?
– спросила Зина, когда Кьяри вернулась в дом избранных женщин.

Кьяри лишь пожала плечами.

– Говорят, если женщина в первый свой раз не получит удовольствия, она на всю жизнь останется холодной и бесчувственной. Ты не забыла подмыться соком папайи, чтобы не забеременеть?

Кьяри кивнула.

– Я узнала, кому раньше принадлежал дом, который нам подарил император. Там жила айлью Асну. Асну был влюблен в императорскую наложницу и тайно встречался с ней. Когда императору донесли о том, что его наложница делит постель с другим мужчиной, он приказал убить её, его и всю его семью. Кьяри, как ты думаешь, о чем она думала? Девушка, которая изменила императору...

Кьяри не интересовало, о чем думала глупая наложница, она вспоминала тряпичную куклу, застрявшую

в медной трубе фонтана. Должно быть, её уронила маленькая девочка. Возможно, незадолго до того, как её убили. Невольно Кьяри протянула руку к груди, ища амулет из трех перьев колибри.

Следующим вечером Кьяри и Зина прислуживали императору и его гостям за столом. Настоятельница дома избранных женщин Уль перевязала некрасивые, вьющиеся волосы Кьяри желтой лентой. Уль жила в доме избранных женщин с четырнадцати лет - сначала как наложница, потом помогала присматривать за девушками, пять лет назад заняла место настоятельницы. Говорили, отец Атауальпы брал Уль в свою постель всего пять раз, но она всю жизнь хранила ему верность.

Император ужинал с полководцами. Кьяри стояла на ступенях террасы и держала в руках золотой кувшин. Весь вечер она доливала гостям чичу. Одного из полководцев Кьяри узнала - она встречала его на "Говорящей площади" во время праздника солнца. Тогда и сейчас Руминьяви говорил о мятеже в Чан-Чан.

– Мы имеем дело с хорошо защищенным противником. Мятежники засели в городе с высокими стенами. Внутри у них есть все необходимое - источник воды и поля с маисом.

– Чем занят сейчас мой брат Уаскар?
– невпопад спросил Атауальпа.

– Строит ирригационные каналы около Кито, - ответил лысый генерал.

– Великий Инка, если вы дадите мне пять тысяч воинов, я смогу взять крепость штурмом, - настаивал Руминьяви.

– Ты прав, - вздохнул Атауальпа.
– Больше медлить нельзя. Мы и так прождали слишком долго, потому что я надеялся, мой брат придет на помощь мятежникам, и тогда я одной битвой покончу с двумя врагами.

– Мы точно знаем, что в начале мятежа Уаскар помогал бунтовщикам.

– Он посылал им золото.

– Почему же сейчас он ничего не предпринимает?

– Возможно, ему безразлична судьба мятежников?

– Он отвернулся от них, когда понял, что они проигрывают.

– Я сам поведу войско, - сказал Атауальпа.

– Вам нужно было убить Уаскара во время вашей первой войны с ним десять лет назад, а не заключать с ним мир, - сказал старый генерал.
– С самого начала всем было ясно, что такое положение дел не может продолжаться долго. О чем думал ваш отец, отдавая часть страны вам, часть - Уаскару? В последние годы Уаскар трижды подсылал в Куско убийц, дважды устраивал в империи бунты. Грабил наших купцов, нападал на наши деревни, воровал лам и уводил людей в рабство!

– Клянусь солнцем, больше я не стану с ним договариваться. Если бы он помог повстанцам, я бы уничтожил его армию, разрушил его столицу и казнил его самого.

Замолчав, Атауальпа сделал большой глоток из своей чаши. Кьяри заметила, что в питье и в еде император был очень умеренным. Его генералы подражали этой умеренности как могли.

Возвращаясь в свои покои, Атауальпа выглядел уставшим. Он позвал с собой Кьяри, но оказалось не для того, чтобы использовать её как наложницу.

– Сделай мне массаж, - приказал Атауальпа, растянувшись на кровати.