Чтение онлайн

Не веря никому, даже ближайшим помощникам, Даллес постоянно был вынужден играть и, таясь, посмеиваться, пыхая своей английской трубкой, ибо малейший неверный шаг мог нанести ущерб делу создания его о р г а н и з а ц и и; он уже придумал название - Центральное разведывательное управление: прекрасно звучит, в какой-то мере устрашающе, что ж, так и должно быть, в разведке занимаются не массажем или танцами на льду, в е г о разведке будут заниматься реальной политикой, она будет д е л а т ь то, что вынудит администрацию идти в ее фарватере, защищая его детище - в случае ошибки - и восторгаясь им, когда станет пожинать лавры содеянного.

Он

ничего не сказал Освальду, кроме того, что предложил передать Гелену просьбу о срочном подборе досье на лидеров <какой-то паршивой нацистской партии>, а мог бы сказать, что именно его к о н т а к т ы подвели графа Вестарпа и Дорльса к созданию своего <имперского> детища, именно его контакты передали деньги на аренду помещения, приобретение библиотеки и станка для печатания бланков и членских билетов. Не надо об этом говорить даже Освальду; мало кто поймет уровень его замысла: создать прогитлеровскую партию - через пятых, конечно же, людей, а потом первому положить на стол президента информацию о том, как наци поднимают голову. Необходимо действовать, а не хлопать ушами, как это делают в ставке верховного комиссара оккупационных войск! Такого рода акция Даллеса в ы д в и н е т его на новую, еще более высокую позицию главного эксперта по германскому вопросу. Он, Даллес, может то, чего не могут (или не умеют) другие. Создание им, Даллесом, <Имперской социалистической партии> есть форма борьбы за пост руководителя разведывательного сообщества, которым Америка уже беременна, роды должны пройти легко, акушер известен, - не н а ж и м и патронаж старшего брата, но лишь объективное признание его, Аллена, компетентности должно привести его к лидерству в разведке...

Но Даллес не знал и не мог знать, что к <Имперской социалистической партии> весьма пристально присматривался Мюллер, изучая все выступления лидеров с карандашом в руке.

Ни Даллес, ни Гелен не могли предположить, что именно Мюллер создал <Немецкую правую партию>– ту, на которую решил п о с т а в и т ь Гелен.

Значительно менее многочисленная - всего тысяча членов, но вполне легальная, при этом <антигитлеровская>, эта партия подвергала - по сценарию Мюллера - остракизму злодеяния СС и гестапо, не переставая повторять, словно заклинание, о том, что лишь Германия, <очистившись от скверны гитлеризма, может и должна стать оплотом западных, христианских демократий в защите европейских святынь>. Это давало <Правой партии> благорасположение американских и британских оккупационных властей и надежные контакты с медленно и подспудно восстанавливавшейся с и с т е м о й германского бизнеса.

Ни Даллес, ни Гелен не знали, что деньги партии, являвшейся законспирированным центром той идеи, которой служил Мюллер, два раза в квартал передавал штурмбанфюрер СС Ригельт, который столь с л у ч а й н о встретился со Штирлицем на борту ДС-4, следовавшего из Мадрида в Буэнос-Айрес.

СПАРК (Лиссабон, декабрь сорок шестого) __________________________________________________________________________

Когда из подъезда следом за Лангером - маленьким, толстым к а т ы ш к о м, - который чуть замешкался, неуклюже открывая дверь, быстро вышел высокий, спортивного кроя парень в коротенькой коричневой кожанке, застегнутой на молнию, и ловко сел рядом с ним, молча кивнув, Спарк понял: <Провал! Конечно, нельзя было все делать с налету; я вечно спешил, боялся не успеть, хотел сделать лучше и заметнее других. Вот почему тебя турнули из разведки, - сказал он себе, - нечего искать виновных,

поделом>.

Он резко обернулся к Лангеру, сразу же увидев, как правая рука его соседа напряглась и сделала чуть заметное, какое-то пульсирующее движение к молнии на куртке. <Пистолет за поясом, - понял Спарк, - наш стиль, быстро же они этому научились, сволочи>.

– Мой босс присмотрел домишко за городом, - сказал Спарк.
– Сто тысяч - это много по здешним ценам?

– Местная валюта? Или доллары?
– поинтересовался Лангер, рассеянно глядя в окно.

– Конечно, доллары, - рассмеялся Спарк.
– Все норовят продать за доллары, во франк никто не верит.

Лицо Лангера чуть сморщилось - он в ы ж а л из себя улыбку:

– За сто тысяч тут можно купить дворец.

– Ну, а этот домишко вроде бы и есть дворец; два этажа, башенки, огромный подвал, где можно оборудовать прекрасную мастерскую, много земли...

– Много-это сколько?
– поинтересовался Лангер.

– Мне еще не передавали документацию...

– А сколько деревьев? Здесь очень ценятся участки с лесом. Сколько там деревьев и каких пород?

– Штук сто...

– Сколько?!

– Ну, семьдесят, - Спарк снова резко, но вполне мотивированно обернулся к Лангеру, и снова рука парня мгновенно передвинулась к молнии на куртке.
– А что, это много?

– Это богатство, - ответил Лангер.
– Сто тысяч - весьма дешево, если там такой лес. Мы едем туда?

– Да, - ответил Спарк, легко глянув в смотровое зеркальце: машина, пристроившаяся еще в центре, шла следом, не отставая, - <хвост>.
– Именно туда. Это минут тридцать. Вы, думаю, будете ужинать с моим боссом и мистером Киккелем в городе, дом еще толком не оборудован, ни слуг, ни электроплиты, мы привезем все оборудование из Штатов.

– Прекрасно, в городе так в городе, - машинально откликнулся Лангер. Он мучительно хотел повернуться и посмотреть, идет ли за ним машина Пауля, но боялся, что водитель заметит его движение. <Нельзя пугать; смешно, конечно, если Ригельт ошалел от счастья, подписав контракт с американцем, забыл все на свете и случайно не поставил в письме нужную точку. Но ведь он обещал позвонить после разговора из редакции и не позвонил; приехал этот американец; назвал мое настоящее имя; нет, явно что-то случилось>.

– Когда ваш босс будет оборудовать дом, пусть поставит несколько телефонных аппаратов, в городе отвратительная связь, - по-английски Лангер говорил очень грамотно, ни единой ошибки, но с заметным акцентом; его оплывшее, с нездоровыми отеками лицо замирало от напряжения.

– А там пока еще нет ни одного аппарата, - Спарк сразу же понял, отчего Лангер заговорил про телефоны: хитер, бес.
– Мы хотели вам позвонить из Эсториля, это рядышком, а потом решили, что вы все равно нас не найдете, вот меня и погнали...

– Это очень любезно с вашей стороны. Мне совестно, что Киккель доставил вам столько хлопот.

Спарк снова обернулся, и на этот раз рука парня не дернулась так пульсирующе-судорожно, как раньше, а спокойно лежала на коленях.

– Так ведь бизнес!
– рассмеялся Спарк. <Ты хорошо это сделал, похвалил он себя, - вполне натурально>.
– Я имею процент с прибыли фирмы, по нынешним временам это неплохо, согласитесь.

– Зависит от того, какой оборот.

– У нас хороший оборот, фирма вполне благополучна, мы верно почувствовали послевоенную конъюнктуру, можете не сомневаться...