Экодипломат
Шрифт:
– До тех пор, пока нам с вами по пути.
Когда они удалились, Натаниэль тоже поднялся.
– Отлично сработано, Уэйлер, но верите ли вы сами в то, о чем рассказывали? – спросил франканец, оставшись с ним наедине.
– Я говорил излишне прямолинейно, однако в сущности все так и есть. Хотя обстановка намного более запутанна, а ставки гораздо выше.
– Могу даже понять почему. Наверно, нам всем повезло, что Аккорд прислал сюда именно вас, а не кого-нибудь другого. – Жерар тоже встал. – Мне тоже пора уходить. Ценю вашу искренность.
Балкон
– Ничего, если я вернусь на прежнее место?
– Разумеется, сэр.
– Тогда, пожалуйста, порцию таксанского бренди и стакан воды.
Сев, он опять стал смотреть в окно на взлетающие челноки и звезды – их тут было куда больше, чем над планетами Расселины, где по ночам в середине неба простирала пальцы длань тьмы.
Принесли бренди, но Натаниэль не обратил на него внимания.
Так бывает, когда выходишь в скафандре в открытый космос. Связи нет или почти нет. О Лесной Господь! Он и не знал, влияет ли на людей, с которыми встречается, или стоит ему отвернуться, как все опять встает на свои места.
Наверно, утренние новости и факс-газеты что-нибудь расскажут. А если нет, то Натаниэль больше понятия не имел, на какие рычаги давить и к каким людям пытаться обратиться.
Уничтожать-то просто. Куда сложнее удержаться от уничтожения.
Выпив почти целый стакан таксанского бренди, он оставался трезв как стеклышко. Шагая к лифтам и спускаясь на пятьдесят этажей вниз, Натаниэль задавался вопросом, не ждет ли его кто-нибудь под дверью – убийца или дама.
Не встретив ни Сэргеля, ни Сильвии, ни кого-либо еще, он добрался до спальни и рухнул в кровать, слишком большую для одного человека.
XXV
Проснулся Натаниэль рано и был тому весьма рад, поскольку во сне видел, как имперские боевые крейсера раскалывают планеты, а эколитарии летят на черных крыльях вдоль Млечного Пути и сеют смерть. Звезды гасли одна за другой.
Горячий душ помог смыть депрессию. После чашки лифчая, выпитой на крохотной кухоньке, стало еще лучше.
Эколитарий натянул черный костюм, прежде еще не ношенный, вышел и постоял посреди развалин своего кабинета всего несколько минут, как из приемной прибежала Хиллари Уэст-Шабаш.
– Сэр Лорд Уэйлер, там за дверью две съемочные группы. Утверждают, будто вы их сами пригласили. А мисс Да-Виос еще нет на месте.
Судя по ее голосу, Хиллари была лично ответственна за некую катастрофу планетарного масштаба, а Майдра, будь она тут, могла бы все исправить.
– Что ж, я их действительно пригласил. Впустите, пусть видят, как тут все разнесли. Я с ними даже поговорю.
– Слушаюсь, сэр. Вы будете с ними разговаривать?!
– Если они того достойны.
– Но… но… – Увидев на лице посланника широкую улыбку, Хиллари капитулировала. – Слушаюсь, сэр.
Натаниэль отошел от пульта и встал так, чтобы попадать в кадр вместе с самыми явными следами разрушений. В кабинет ворвались журналисты – три женщины и один мужчина. Двое (обе – дамы
– Вы – лорд Уэйлер? – требовательно спросила девица поменьше ростом, в серебряном комбинезоне, выгодно обтягивавшем стройную фигурку и подчеркивавшем цвет темных волос.
– Верно совершенно, – с сияющим лицом ответил Натаниэль.
– Хорошо. Отойдите-ка, мы сначала снимем панораму повреждений. Марс, начинаешь справа, потом движешься вон к той дыре. Проверка. Раз, два, поехали.
Другая репортерша кивнула своему оператору, тот проделал то же самое.
За общим видом уничтоженной обстановки кабинета последовали детальные съемки двух мест взрыва. Натаниэль стоял у стены, чувствуя себя лишним.
– Мисс Уэст-Шабаш, – спросила та журналистка, что поменьше, – не могли бы вы рассказать, что случилось?
– Мы работали. В следующий момент прогремел взрыв, и через вон ту дверь к нам в комнату влетел лорд Уэйлер. Я помню, что перед самым взрывом он стоял на пороге, и думаю, что ему повезло: когда это произошло, он как раз выходил из помещения.
– Это его кабинет?
– Да.
Натаниэль прокашлялся, но на него упорно не обращали внимания. Обе камеры были направлены на Хиллари.
– Как это произошло?
Кажется, впервые в жизни Хиллари разозлилась.
– Спросите лучше самого господина посланника.
– Так. Лорд Уэйлер. Встаньте-ка вон туда.
Эколитарий смиренно повиновался. Журналисты вели себя куда более властно, чем бюрократы.
– Вы догадываетесь, почему вашу легатуру заминировали?
– Не хочет кто-то договора торгового. Прибыл когда впервые, подвергся нападению. Теперь – взрыв.
– Полагаете, эти два события связаны между собой? Вы не слишком драматизируете ситуацию? – перебивая друг друга, засуетились репортерши.
Натаниэль выразительно пожал плечами и указал на обожженную взрывом стену:
– Вот. Это не драматично?
Камеры уже смотрели мимо него. Журналистки принялись записывать концовки сюжетов. Та, что поменьше, сказала лишь:
– Итак, вот что произошло в легатуре Аккорда. Торговые переговоры, попытка убийства, а потом – взрыв. Фрайан Су-Райнер, из легатуры Аккорда, специально для «Галактического канала».
Вторая, более высокая, разместилась на фоне самой поврежденной стены и с улыбкой произнесла:
– Во второй раз за последнее время в Ныо-Августе происходит акт насилия. Вчера днем ИРС отказалась комментировать причины, по которым было совершено нападение на ее вооруженного агента. Вечером произошел взрыв в кабинете посланника, носящего черную дипломатическую форму. Человек, якобы атаковавший агента ИРС, также был одет в черное. Сегодня нам удалось узнать, что Империя ведет торговые переговоры с Аккордом, а на посланника с этой планеты ранее было совершено покушение. С чем это связано? Так или иначе, это первый случай взрыва бомбы в Нью-Августе за последние тридцать лет. Кайра Бар-Твайла, специально для «Межзвездных новостей».