Экипаж
Шрифт:
– А это что у нас такое?! – восхитился Моручи, вытаскивая из кармана пленного небольшой приборчик, практически неотличимый от самого обыкновенного барометра. – Какой сюрприз! Измеритель поля! Ну, просто императорский подарок, слава Аллаху...
– Мы ничего не знаем, - упрямо твердил Роман Томо.
– Да я тебя ни о чем и не спрашиваю.
– Мы ничего не знаем.
– Заткнись.
– Мы ничего не знаем.
Моручи раздосадованно закатил глаза и саданул рукояткой квантовика по затылку упрямого пленника. Пару секунд подумал и
– Лежите, отдыхайте... – выпрямился он. – Вот вопрос – избавиться от ненужных свидетелей, или пусть еще поживут? А?
Солдаты, лежащие без сознания, ничего не ответили.
– Не люблю руки марать... – вздохнул капитан, отвечая сам себе. – Надо, конечно, потратить пару пуль, но убивать безоружных... нет, Аллах не простит.
Моручи снял с обоих пленников брючные ремни и связал им руки за спиной, плотно притянув кисти одна к другой. Немного поразмыслив, он запихал их обоих под диван.
– Иногда я сам себе удивляюсь, - бормотал он, накрывая диван чехлом. – И не лень возиться? Нет, правильно Джина говорит, добрый я слишком... Вот она бы на моем месте сначала изнасиловала обоих... хотя этого я точно делать не буду. Койфман бы их медленно резал, пока не расколются, Косколито просто пристрелил бы на месте, Остап щелкнул бы в лоб... насмерть. А Дитирон, наверное, сожрал бы – этот никак не может понять, чем люди отличаются от дичи...
Неожиданно до капитана дошло, что он уже довольно долго разговаривает сам с собой. Он смущенно прочистил горло и дальше работал уже молча. Хотя работа, по сути, была уже закончена. Моручи разжился еще двумя квантовиками, одним станером и одним измерителем поля. Больше ему ничего здесь не требовалось, а задерживаться дольше необходимого никак не следовало – Громенко вполне мог вернуться с подкреплением.
Машину Моручи бросил. Он прошел два квартала пешком и угнал себе новую – бирюзовую «Вольво». Ее владелец поставил себе самую навороченную сигнализацию... для начала двадцать первого века. Уроженец семьдесят первого ее даже не заметил.
Само собой, смерть Зверева никого не обрадовала. Денисов тут же предложил помянуть усопшего и вытащил из-за пазухи бутылку «Губернаторской».
– Ты где это взял, сержант? – удивился Моручи.
– Да было дело... – уклончиво ответил Николай. – Ну че, помянем Эдуардыча? Андреич, капитан у нас трезвенник, может ты?
– Не, я пас, - отказался культурист. – Я только по особым случаям.
– Ну так поминки! Чем не особый случай?
– Вы ненормальные, что ли?! – возмутилась Марина. – Там человек умер, а для них это повод выпить! Психи!
– Слышь, краля, мы же вроде как уже договорились, что мы не психи? – недовольно посмотрел на нее Николай. – На лучше, глотни из горла.
– Отстань, придурок! – отпихнула бутылку девушка.
Бутылка выскользнула. Денисов дико заорал и попытался ее поймать, но не успел. Перов стоял слишком далеко, а Святослав даже не шевельнулся, брезгливо глядя на жидкость, запрещаемую Аллахом к употреблению.
С
– Убийца!.. – горестно всплеснул руками Денисов, злобно глядя на Марину. – Столько добра извела!
– Сержант, кадет, быстро тряпку с совком в зубы и все убрать, - холодно распорядился Моручи. – Чтоб через пять минут здесь даже запаха не было.
– А че я-то?! – возмутился Николай. – Пусть Маринка убирает – она разбила!
– А не тыкал бы в лицо, ничего бы и не случилось! – взвизгнула та.
– Тихо! – повысил голос капитан. – Обсуждать приказ приказа не было! Сейчас будете у меня выполнять подъемы корпуса... моего корпуса! А он у меня тяжелый... Рядовой, как со стержнями?
– Все готово, - отрапортовал Перов. – Остыли и готовы к употреблению. Будем устанавливать?
– Будем. Хотя я уже почти уверен – у них был измеритель поля. Зачем он им нужен, если не... ну ладно, не зря же столько работал. Убедимся наверняка.
Святослав на скорую руку примотал два свинцовых штыря к своему несуразному прибору, скрепил какие-то проводки, добавил еще что-то из коробки с запасными деталями и начал крутить регуляторы.
– Восемь и тридцать три... Один и одна... Пять и тридцать три... Три и шестьдесят... – бормотал он, устанавливая их в нужном положении.
– Это че – радиочастота? – выжал тряпку в ведро Денисов. Рядом с ним обиженно сопела Марина, сметая осколки в совок – еще никогда в жизни ее не заставляли так много и унизительно работать руками.
– Это континуумный код.
– Думаешь, объяснил, да? – брезгливо отряхнул руки Николай. – Скажи попроще.
– Да куда проще-то? – хмыкнул Моручи.
– Ну ты уж попробуй как-нибудь!
– А ты сможешь объяснить, положим, древнему греку, что такое электричество? Континуумный код – это и есть континуумный код. Частота... э-э-э... континуума. Сейчас настроим и посмотрим...
Он закончил настройку регуляторов, щелкнул небольшим тумблером и отошел на пару шагов, жадно глядя на то, что получилось.
Все остальные тоже глядели.
Очень внимательно.
Некоторое время ничего не происходило, но потом стрелка компаса шевельнулась. Медленно, неохотно, но она шевельнулась и начала покачиваться. Тоже очень медленно и неохотно.
– Что и требовалось доказать, - расплылся в улыбке капитан. – Континуумный код не совпадает.
Перов, Денисов и Марина продолжали глядеть на прибор. Никому не верилось, что такая долгая подготовка в итоге завершилась вот этим. Еле заметно покачивающейся магнитной стрелкой. Внутренне все ожидали чего-то эффектного, чего-то яркого, чего-то шумного. Чего-нибудь вроде взрыва. Но получили только качающуюся стрелку и сообщение о том, что какой-то там код с чем-то там не совпадает.
– И это все? – чрезвычайно разочарованно спросила Марина. – И стоило ради такой чепухи огород городить?