Чтение онлайн

— Я слышала, что ты в последнее время чем-то очень занята, Кэрил.

Хацис пожала плечами и подняла рюмку:

— Я не собираюсь лишать тебя удовольствия узнать то, что скоро так или иначе станет известно… Мы раскололи Сэла Шалхуба.

— А я думала, что ты охотишься именно за мной, — улыбнулась биоассимилятка. — У Матильды, насколько мне известно, грандиозные планы.

Последние слова больно укололи самолюбие Кэрил.

Ей хотелось возразить, что у них совместные планы и она, Кэрил — довольно важная персона. Однако молчание — золото. Сулич обеспечивала в их тандеме известность, большой

практический опыт и, как результат этого — успех. Пусть пока небольшой, но все же… Без нее Хацис была как без рук, а делить славу на виду у всех — занятие совершенно неблагодарное. Возможно, именно такую реакцию и пытается спровоцировать джорис.

— Да уж, планы. Впрочем, они известны всем, — улыбнулась Кэрил.

— А что новенького вы узнали на этот раз?

— Если что-то обнаружим, обязательно расскажем.

— Я надеюсь.

Кэрил присоединилась к другой группе беседующих. Здесь в центре общего внимания находилась дизайнер-рассказчик Лянчия Ньюарк. Ее профессия считалась уникальной в том смысле, что на вечеринке присутствовали сразу два периферических компонента ее «я»; ссылаясь на то, что с возрастом ее шутки все больше и больше устаревают, она «усиливала» веселье с помощью еще одной своей копии. Впрочем, теперь каждый сходит с ума по-своему. Можно было присоединиться к Винкуле или к Гезиму, либо вообще ни с кем не объединяться, как это делали Сулич и Хацис — в любом случае те, кто пережил очередной период катастроф земной цивилизации, сегодня действовали самостоятельно.

Все были свободны делать, что им заблагорассудится, причем в любом из миров — виртуальном или реальном. Это не означало, что люди, в случае необходимости, вообще не совершали коллективных действий; самым значимым проявлением последних стала Скорлупа, продемонстрировавшая всем, что индивидуализм, кооперация и общность подходов могут сосуществовать при любой схеме бытия.

Однако свобода свободой, но Кэрил не раз с иронией замечала противоречивость происходящего: Винкула как плод величайших успехов человечества одновременно сделалась угрозой его полного уничтожения. Получалось, что за свободу всегда приходилось платить, и иногда Хацис казалось, что лишь ее одну из около трех с половиной миллионов людей в Солнечной системе, которые продолжали жить индивидуальной жизнью, по-настоящему беспокоила цена и сроки выплат по накопившимся счетам.

Коротышка Ньюарк еще некоторое время удерживала внимание Кэрил: хорошо еще, что биоассимиляты и другие любопытствующие не одолевали Хацис своими расспросами.

Печально, что мало кого по-настоящему волновало, что ей, например, удалось вскрыть мозги Сэла Шалхуба или что Винкула утаивает от всего человечества тысячи секретов.

Похоже, любопытство и глубокая тяга к познанию мира у Кэрил остались, но, к сожалению, почти полностью успели атрофироваться у многих других.

— Я нашла кое-что интересное, — донесся из коммуникатора голос Мати. — Был зарегистрирован еще один таинственный сигнал.

— Какой и кем именно?

— Машиной Маккирди. Импульс, аналогичный первому. На этот раз они вполне уверены, что это чья-то попытка выхода на связь. Пока сигнал не расшифровали, это является тайной.

Кэрил нахмурилась:

— Мне казалось, что…

— Во время прохождения первого импульса Машина не

была адекватно настроена. Поэтому они изменили установочные параметры на случай повторной попытки выхода на связь. И она произошла, эта попытка, около двух часов назад.

Кэрил сразу же покинула вечеринку, чтобы хорошенько все обдумать еще раз. Она чувствовала себя так, будто у нее за спиной выросли крылья.

— Может быть, Сэл как раз и думал об этом во время моего первого разговора с ним? — Хацис продолжала держать канал связи с Мати открытым. — Тогда ту беседу нельзя считать пустой болтовней.

— Похоже на то, — отозвалась Сулич. — Я обнаружила среди всякого мусора ссылки на другие информационные каналы. Некоторые из них пока открыты для публичного доступа. Но все в таком беспорядке, что я не знаю, стоит ли браться…

Мати была явно обижена, что Винкула совершенно не усилила мер информационной защиты на случай взлома. Нет ничего хуже беспечного противника: разбираться в его действиях, имея в своем распоряжении только электронные архивы — сам черт ногу сломит.

— Они не могут точно локализовать источник этого странного сигнала, но похоже на то, что он не являлся узконаправленным. Откуда бы импульс ни прибыл, им засорили половину Вселенной. Вообще, очень похоже на космический сигнальный буй.

— Вторая передача состоялась ближе или дальше от нас?

— По интенсивности она мощнее, что предполагает более близкое расстояние. Точнее пока неизвестно.

Кэрил живо представила себе корабль инопланетян, дрейфующий в сторону Солнечной системы и посылающий в эфир сигналы о помощи. От таких мыслей ее охватила радостная дрожь — пополам со страхом неизвестности.

Что предпримет Винкула, если какой-нибудь массивный объект, путешествующий с околосветовой скоростью, врежется в Систему? От такого столкновения она может развалиться на части, а заодно погибнет Скорлупа. Десятилетия тяжелого труда моментально превратятся в космическую пыль. Нравилась эта конструкция Кэрил или нет, все равно терять ее было жаль.

Все же последствия любого события волновали Кэрил меньше, чем сама информация о нем.

— И что теперь нам делать с этими данными, Мати?

— Пока мы разговариваем, я подключила ее к большому списку рассылки. — Голос Сулич звучал так, словно она одновременно разговаривала с несколькими сотнями других адресатов. Очевидно, Мати торопилась оповестить как можно большее количество своих друзей. — Это очень важно, Кэрил. Думаю, что такую информацию им не удастся долго продержать под сукном, и в ближайшее время последует официальное заявление.

— Мне кажется, что они все равно попытаются разыграть глухонемых, — не согласилась Кэрил.

— Посмотрим. Два часа — достаточно большой срок, чтобы секрет перестал быть таковым. Пусть попытаются скрыть очевидное, пока не убедятся в том, что это бесполезно.

Неужели успех?..

Кэрил оглянулась в сторону джориса и Лянчии Ньюарк, взяла бокал с шампанским, подняла его и чокнулась с виртуальной Луной.

Успех на данном этапе ее жизни можно было только приветствовать. Празднуя свой столетний юбилей, Хацис думала лишь о той скуке, которая теперь ожидает ее еще лет пятьдесят, и ничто не могло рассеять горечь приближающейся старости, даже обещание бессмертия.