Чтение онлайн

– Ты хоть свет включи, - сказала Аня, тоже делая несколько шагов к столу.

– Лампочка перегорела, - быстро ответил Егор и включил фонарик на своём телефоне.

Они склонились над двумя листками бумаги и внимательно вгляделись в написанные буквы. Но всё было очевидно и с первого взгляда, тщательного анализа не требовалось.

– Это не он, - выдохнул мужчина, - почерк не тот.

Облегчение и разочарование чуть не разорвали его сердце пополам. С одной стороны он был рад, что Анин отец, который хорошо общался с его семьёй, не причастен, но с другой не знал, что ему делать

дальше и откуда теперь начинать поиски. Ведь Михаил был единственным, кого подозревали.

– Что и требовалось доказать, - обожгла его взглядом соседка, хватая отцовское письмо со стола.

Она уже собиралась уйти, но Егор быстро схватил её за локоть и развернул к себе.

– Ань, подожди…

Но девушка снова резко дёрнула рукой, пытаясь освободиться, словно что-то очень мерзкое касалось её.

Но он был готов, и потому держал крепко, развернув её к себе.

– Не смей меня трогать, - прошипела она, отчаянно пытаясь вырвать локоть.

– Мне жаль, - прошептал он, свободной рукой проводя по её влажным пахнущим цветами волосам.

Она, в отличие от него, уже успела принять душ и теперь пахла цветочной свежестью и малиной. А он пах ею, и это сводило с ума.

Аня замерла, перестав вырываться. Только вскинула на него горящие злостью карие глаза и прошептала:

– Сказал бы ты это, если бы записку написал отец?

Егор задумался на несколько секунд, но этого хватило, чтобы она сделала для себя какие-то выводы.

– Отпусти, иначе я тебя снова ударю, - спокойно сказала девушка.

Потом освободила свою руку из его хватки и направилась к двери.

– Сказал бы, - тихо бросил ей в спину Егор, заставляя замереть её на пороге.

Но она не обернулась. Только тяжело вздохнула и сказала, словно не услышав его последних слов:

– Ты мне как-то сказал, чтобы я ни о чём не жалела. Но я жалею о том, что спала с тобой. Оба раза. Ты заставил меня пожалеть.

– В следующий раз не пожалеешь, - зачем-то пообещал он, не успев даже подумать над своим ответом.

– Ты совсем больной, если в это веришь, - сказала она и ушла, так и не обернувшись.

А Егор залпом допил остатки виски в чашке и снова закурил, прокручивая в голове, как ему действовать дальше.

Следующим утром Андрей был уже в автосервисе в своём кабинете, когда к нему, наконец, соизволил явиться Слава. Ершов уже пару дней не появлялся ни дома, ни на работе. Дозвониться ему тоже никто не мог.

– Ты где шлялся? – грозно спросил Андрей, поднимаясь из-за стола.

Опухший и помятый Славик поморщился от громкого звука и тяжело опустился в кресло возле двери.

– Блин, Михалыч, чуть тише. Бошка сейчас лопнет, - хрипло пробормотал он.

– Я тебе сам сейчас её отшибу, - мрачно пообещал Андрей и сел обратно в кресло, - спрашиваю ещё раз, где ты был два дня? Почему не выходил на работу и не появлялся дома? Твоя жена оборвала мне весь телефон и обила мой порог.

Слава тяжело вздохнул и поднял глаза на начальника:

– Я у друга был. Думал.

– О чём ты думал? Ты бухал, не просыхая.

– Это не мешало мне думать.

Андрей только

устало покачал головой и потёр руками лицо.

– Короче, - начал он, - меня уже задолбали твои выкрутасы. На тебя вообще нельзя положиться. Поэтому, ты уволен. На днях выйдет Аня, она посчитает тебе расчётные, и ты можешь катиться на все четыре стороны. Думать, бухать и так далее.

Ершов вскочил с кресла и нервно заходил по кабинету.

– Михалыч, ну чего ты? У меня и так жизнь по одному месту идёт, ещё и ты так подставляешь.

– Подставляешь вечно ты меня, - рявкнул Андрей, швыряя на стол ручку, которую до этого крутил в руке, - то из ментовки тебя вытаскиваю, то бухого с каких-то шлюх снимаю, а теперь ты вообще обнаглел и без предупреждения два дня не появлялся на работе. Всё. Надоело. Я уже ищу нового работника. А ты можешь быть свободен.

Слава замер перед столом и, глядя Андрею в глаза, произнёс:

– Я решил развестись с Янкой.

Слова, словно удар под дых, заставили Котова задержать дыхание.

– Что? – словно сквозь вату в ушах, услышал он собственный голос.

– Что слышал. Она беременна не от меня. Эта сучка нагуляла…

Котов взбешённо вскочил из-за стола и схватил Славу за воротник футболки.

– Ты говоришь о беременной женщине, придурок. Причём о своей жене, - прошипел он сквозь стиснутые зубы, - ты сам сколько раз ей изменял? Сколько раз она это видела своими глазами? У тебя есть доказательства, что ребёнок не твой?

Ершов поражённо уставился на Андрея. Он явно не ожидал столь бурной реакции на свои слова.

– Блин, Михалыч, ты совсем больной? – воскликнул Слава, вырываясь из хватки, - Чуть футболку не разорвал! Чего так взбесился? Ладно, я-то, конечно, ей изменял, но она пыталась выдать чужого ребёнка за моего! Это никак не может быть мой ребёнок!

– Почему ты так в этом уверен? – уже спокойнее спросил Андрей, хотя внутри всё бушевало от ярости.

– Полгода назад мы сдавали все анализы, чтобы выяснить, почему у нас не получается завести детей, - начал Слава, снова опускаясь в кресло, - мне и без детей нормально жилось, но Янка была, как одержимая, вот и заставила меня идти в больницу. И вот тогда выяснилось, что я бесплоден. Мне, конечно, прописали какие-то таблетки, но предупредили сразу, что шансов мало. Меня воротило от этих таблеток и от секса с Яной потому, что каждый раз он был по расписанию, чтобы у неё получилось залететь. Поэтому я вообще перестал с ней спать, ссылаясь на усталость и недосып.

Слава сделал паузу и потянулся за сигаретой.

Андрей сделал то же самое. Ему было тяжело слушать об их совместных планах, завести ребёнка.

– К тому моменту, как она застала меня здесь с бабой, у нас с ней ничего не было почти месяц. А ещё через три недели она объявила, что беременна, и сама перестала меня к себе подпускать.

– Я пока вообще ни хрена не понял, - покачал головой Андрей.

– Я тоже долго не догонял. Пока не увидел в больнице на её истории болезни срок – десять недель, - объяснил Ершов, - в интернете посмотрел, что это где-то два с половиной месяца. А если бы ребёнок был от меня, то срок был бы тринадцать-четырнадцать недель.