Эхо разрушенных судеб...
Шрифт:
Егор поздоровался и обернулся к Ане, вопросительно изогнув бровь.
Только у неё словно язык онемел. Она вообще не представляла, с чего начать разговор.
– Я… ммм…
– Меня зовут Егор. Но Вы вряд ли меня знаете, - начал мужчина, видя её затруднения. – А это Аня Котова. Её Вы должны знать, ну или, по крайней мере, её семью. И у Ани к Вам несколько вопросов.
Кирилл Данилович тяжело вздохнул, провёл рукой по редким седым волосам, а потом приглашающе махнул молодым людям и скрылся во дворе.
Егор обернулся к Ане, которая так и не проронила
– Идём? – спросил он, не сводя с неё внимательного взгляда.
Аня кивнула и, сжав руки в кулаки, будто на удачу, двинулась вперёд. Её спутник не отставал, следуя за ней следом молчаливой тенью.
Дом бывшего главы их посёлка был большим и по тем временам очень солидным. Сейчас же красный кирпич выцвел, кое-где виднелись трещины, чёрная краска на оконных решётках облупилась и слезла. Вот же как бывает в жизни: богатый дом, в котором раньше жила полноценная зажиточная семья, сейчас выглядел одиноким и запущенным. Такое же впечатление производил и двор: клумбы заросли сорняками, маленький старый сад тоже нуждался в уходе, а сухая виноградная лоза хаотично обвивала крышу и столбы на большой, но такой же неухоженной террасе.
И почему-то так грустно стало на душе от этого вида, ведь в этом посёлке таких дворов становилось всё больше.
Хозяин уже суетился возле большого дубового стола, убирая с него стеклянные бутылки, стаканы и какие-то тарелки.
– У меня гости вчера были, - словно в своё оправдание сказал он. – Я не ожидал, что ко мне кто-то так рано заявится, поэтому и не успел убраться. Извиняйте, молодёжь.
– Не страшно, - тихо ответила Аня, останавливаясь у широких ступеней.
Егор замер за её спиной так близко, что почти касался её спины своей грудью. И если он думал, что так она ощутит его поддержку, то он ошибался. К её тревоге теперь добавилось ещё смущение. Хотелось повернуться к нему и прошипеть, чтобы держал дистанцию.
Кирилл Данилович, гремя посудой, скрылся в доме.
– Можешь сделать шаг назад? – раздражённо поинтересовалась она у соседа.
– Не-а, - беспечно ответил он, - боюсь, что ты сбежишь. А я уже настроился на интересный разговор.
– Как для тебя всё весело и просто, когда дело не касается твоей семьи.
– Я не пойму, чем ты опять недовольна? Ты хотела разговор с убийцей отца – получай, а не ворчи, как старая бабка, по пустякам. Я понимаю, что ты нервничаешь и боишься, но не срывайся на мне. Одно слово, и мы отсюда уедем.
От ответа её избавило появление хозяина, который нёс в руках две небольшие цветные подушки.
– Садитесь на них, а то я не уверен, что здесь чисто после вчерашних гостей, - сказал он, раскладывая подушки на скамейке.
Аня и Егор поднялись на террасу и уселись рядом на места, которые гостеприимный хозяин приготовил для них. Сам же Кирилл Данилович расположился напротив.
– Может, чаю? – спохватился он.
– Лучше расскажите, почему Вы убили моего отца?
Только произнеся этот роковой вопрос, девушка поняла, что пути назад теперь точно нет. Она просто не имеет права отступить. Ради отца.
– Тогда
– Да у тебя талант задавать тактичные вопросы, - хохотнул рядом Егор.
Глава 40
– Отстань, - буркнула девушка и ткнула его локтем под ребра.
– Если нечего сказать по делу, то хотя бы прекрати ржать. Раздражаешь уже.
– Это у меня нервное, - наигранно потирая ушибленный бок, ответил Егор.
– От тебя вообще никакой поддержки.
– Если что, пистолет у меня с собой. Могу достать, чтобы разговор пошел быстрее. Только скажи.
– Ты совсем рехнулся?! – возмутилась Аня, поворачиваясь к нему.
Но сосед только рассмеялся, а потом легко приобнял ее за талию.
Аня дёрнулась от неожиданности, ощутив его теплое и сильное прикосновение.
– Я просила держать дистанцию, - прошипела она, пытаясь сбросить его руку.
– Не дёргайся. Я оказываю поддержку, как могу. Ань, серьёзно, успокойся. Иначе ничего не получится. Ты хлопнешься в обморок ещё до того, как Шевченко скажет хоть слово. Может, тебе вместе с ним бахнуть рюмочку-другую?
– Ты дурак? Я не собираюсь пить в девять утра.
– Поверь моему опыту, он не станет ничего говорить, если кто-то из нас не составит ему компанию…
Не успела Аня ничего ответить, как на террасу вновь вышел хозяин дома, неся в руках бутылку с тёмно-фиолетовой жидкостью и три рюмки.
– Ну что, ребятки? Предлагаю по рюмашке, а потом уже попытаемся поговорить.
Девушка бросила быстрый взгляд на Егора. Тот в свою очередь криво усмехнулся, словно радовался своей правоте.
– Простите, но я не буду…
– А я говорю, что надо, - настойчиво перебил её Кирилл Данилович. – Иначе разговора у нас не получится.
Аня поджала губы и повернулась к Егору, бессознательно ища у него поддержки.
Тот весело подмигнул ей, на мгновение чуть крепче прижал к себе, а потом отпустил, складывая руки на столе.
– Девушке нельзя пить, - вмешался он в разговор. – Но если Вам необходима компания, то я составлю.
– Сынок, не надо делать мне одолжений, - недобро усмехнулся Кирилл Данилович. – У меня после вчерашнего голова трещит и настроение не очень, сейчас пошлю вас с вашими разговорами куда подальше и пойду спать…
Егор от раздражения скрипнул зубами, да так громко, что Аня поёжилась. Было видно, что он не любит, когда ему ставят условия. Он сам привык их ставить.
Опасаясь, что их перепалка может обернуться ссорой или того хуже, угрозой оружием, пускай и травматом, девушка поспешила вмешаться.
– Не слушайте его, Кирилл Данилович. У него всегда по утрам дрянное настроение. Он с удовольствием выпьет с Вами и сразу же подобреет.
Сосед скосил на неё недобрый взгляд, но промолчал.
– То-то же, - удовлетворённо кивнул хозяин и принялся разливать настойку по рюмкам. – Да вы не бойтесь, молодёжь. Настоечка терновая, собственного приготовления.