Чтение онлайн

— Тогда поспешите. Иначе они нас всех убьют, — мрачно заметил Штерн.

Я посмотрел на Антона. Его лицо все еще было бледным.

— Ты понимаешь, что это значит? Это же восстание машин прямо здесь! Незадолго до попадания сюда я смотрел фильм в видеосалоне про нечто подобное с известным актером-культуристом… — тихо проговорил он.

Я кивнул, понимая, что напарник имел в виду первую часть «Терминатора». К 1989 году, когда он провалился в каверну, Антон просто не имел возможности увидеть продолжения этой кинематографической франшизы. Я же смотрел все части.

И оттого становилось еще страшнее.

Но, Вайсман невозмутимо проговорил:

— Если эти машины будут на нашей стороне, то операции против немцев для нас резко упростятся! Так что немедленно начинайте перепрограммировать!

Тишина в лаборатории казалась звенящей после недавнего хаоса. Роботы замерли, но напряжение в воздухе не рассеивалось. Все понимали: это лишь временная передышка, и нужно срочно что-то предпринимать.

— Сколько у нас времени? — внезапно спросил Штерн, не опуская свой пистолет, направленный на ближайшего робота.

Никольский нахмурился, продолжая вводить команды в голографический интерфейс, потом сказал:

— Минут пятнадцать есть, чтобы заблокировать самовосстановление. Но, их протоколы самосохранения слишком сложные. Они постоянно пытаются перезагрузиться. На полное перепрограммирование и перенастройку систем может понадобиться до суток. Зависит от того, насколько повреждены их процессоры. Но, если я ошибусь, и они снова активируются, то блокировка может не сработать во второй раз.

— А вы постарайтесь не ошибаться, — сказал Вайсман.

— Стараюсь. Но, я же человек, а не робот… — пробормотал Дмитрий.

— Значит, лучше уничтожить их прямо сейчас! Они уже чуть не убили меня! — Антон, все еще пребывающий в шоке, внезапно побледнел еще больше и, схватив с верстака тяжелую монтировку, сделал шаг к ближайшему роботу, замахиваясь.

— Не надо! — резко остановил его Никольский. — Если вы попытаетесь их разобрать механически, сработает аварийный протокол. Они могут самоликвидироваться, взорвавшись вместе с нами!

— Тогда что же делать? — Антон выглядел растерянным, опустив руки.

Инженер из будущего взглянул на него и произнес:

— Мне нужно срочно переписать их базовые команды. Но, для этого нужен доступ к центральному процессору хотя бы одного из них. Если перенастроим одного, то к следующему уже подключимся с его помощью.

— А разве ты не можешь сделать это со своего… пистолета? — Штерн кивнул на устройство в руках Дмитрия.

— Этот прибор обеспечивает дистанционное подключение к периферийному интерфейсу роботов. Но, для перенастройки базовых параметров необходимо физическое подключение непосредственно к внутренней шине. А у меня с собой нет необходимого кабеля… Даже не знаю, как выйти из положения, учитывая, что здесь у вас 41-й год… Но, можно попробовать что-то придумать. Нужны, хотя бы, тонкие медные телефонные провода. Их потребуется впаять…

Вайсман резко повернулся к нам с Антоном:

— Вы двое — быстро в мастерскую! Там должны быть телефонные кабели, паяльники, канифоль, олово, электромонтажные инструменты. Все, что может понадобиться, тащите сюда!

Антон

кивнул и рванул в дверь. Я бросился следом. Мастерская находилась в соседнем с лабораторией помещении, заставленном ящиками с оборудованием времен войны. И мы начали лихорадочно рыться в поисках нужных предметов.

— Как думаешь, роботы там всех не прикончат, пока мы тут копаемся? — прошептал Антон, выискивая катушки с подходящими проводами.

— Если Никольский прав и блокировка держится, то, скорее всего, опасности нет, — сказал я, доставая из коробки новенький паяльник, олово и канифоль.

— А если он ошибется? — спросил Антон с тревогой в голосе.

Я не ответил, чтобы не нагнетать панику. Когда мы возвратились обратно в лабораторию, Никольский сразу воспользовался тем, что мы притащили. И вскоре он уже присел над располовиненным роботом, подключив к его разрезанным кабелям несколько проводов, соединенных противоположными концами с необычным отладочным гаджетом инженера, который выглядел гибридом смартфона и пистолета. Пока Дмитрий продолжал программирование, Вайсман и Штерн держали наготове оружие — на случай, если машина внезапно «оживет». Но, кажется, все обошлось. И через какое-то время Никольскому удалось установить полный контроль над поврежденным роботом.

Мы с Антоном на этот раз никуда не поехали, а весь остаток рабочего дня провели в лаборатории Вайсмана, помогая инженеру Никольскому перепрошивать роботов. Для этого, ради сопряжения электронных устройств, нам пришлось целый день паять электронные схемы адаптеров, рассчитываемые нашими инженерами по ходу дела, и состоящие из радиоламп, примитивных больших зеленых резисторов и картонных конденсаторов. К тому же, пришлось вручную наматывать особые дроссели и трансформаторы. Так что возились мы долго.

Заодно я познакомился с Мариной, секретаршей Вайсмана, о которой уже слышал от Лены. Девушка тоже оказалась попаданкой, только, в отличие от меня, провалилась она в каверну из 2018 года. А, в отличие от Ленки, красоткой она оказалась, что называется, гламурной: длинноногая блондинка с пухлыми губами, надутыми филлерами, и, похоже, с имплантами, подложенными в груди, которые неестественно торчали вперед. Да и одета была в дорогое темно-синее деловое платье и в черные туфли с каблуками. Глядя на нее, становилось понятно, чем молодая красавица так привлекла к себе внимание пожилого Вайсмана.

Ведь ученый обязательно лично знакомился с каждым из попаданцев, которых вылавливал в будущем с помощью своей установки. Разумеется, кроме тех, кто сразу напрочь отказывался сотрудничать с советскими властями, укрепившимися в каверне. Но, поскольку Марина совершенно не интересовалась политикой и до момента, когда ее настигла управляемая молния, работала секретаршей директора строительной фирмы, она ничего не имела против того, чтобы и здесь остаться на той же должности директорской помощницы. А с местным делопроизводством и с печатанием вместо клавиатуры компьютера на простой печатной машинке она быстро освоилась.