Чтение онлайн

— И где же берутся ресурсы для регенерации? — спросил Штерн.

Никольский ответил:

— Регенерация происходит за счет собственной массы робота. Машина обладает необходимым уровнем искусственного интеллекта, который позволяет оценивать все повреждения, а для устранения их использует для саморемонта собственные материалы. Собственное тело робота, если так понятнее, идет на запчасти. После каждого восстановления объем и масса машины уменьшаются в зависимости от степени повреждений, которые необходимо восстанавливать. Роботов этой модели

делают ростом два метра и массой двести килограммов. Но, по мере использования и самовосстановления, они уменьшаются в росте и весе.

— Получается, что эти машины, по сути, представляют собой некое почти идеальное оружие, которое действует автономно, без участия человека? Даже трудно поверить, что такое возможно! — воскликнул Штерн.

— Да! Перед нами оружие будущего! Настоящие боевые роботы! И надо постараться восстановить их и подчинить себе как можно скорее, чтобы использовать против немцев! — восторженно проговорил Вайсман.

— Тогда их необходимо перепрограммировать. А для этого мне понадобится тот самый мой прибор, который похож на компактный пистолет с экраном. И который вы у меня отобрали, — Никольский с укором посмотрел на Штерна. — На самом деле, это компактный отладочный компьютер, совмещенный с программируемым универсальным многочастотным излучателем…

Внезапно тишину лаборатории разорвал резкий металлический скрежет. Все взгляды устремились к поврежденным механизмам из будущего. Один из роботов, тот, что был разрезан порталом пополам, внезапно дернулся. И все тут же замолчали, устремив взгляды на металлического монстра. Его верхняя часть, лишенная ног, судорожно подергивала стальными руками, скребя ими по полу, словно пытаясь встать.

— Он что, оживает?! — прошептал Антон, побледнев.

— Не может быть… — пробормотал Штерн, отступая на шаг.

Но, Никольский не испугался, напротив, резко шагнул вперед, его глаза загорелись холодным интересом.

— Включилась саморегенерация. Центральный процессор пытается перезапуститься… — произнес он. — Перезагрузившись, процессор сразу постарается восстановить поврежденные цепи. Вот только, без нижней части у него ничего не выйдет. Не хватит материалов для самовосстановления. В этом случае повреждения уже критические. Сейчас мы наблюдаем простые импульсы проверки систем…

Штерн, забыв про осторожность, проворно подскочил к роботу, выпалив:

— Надо его срочно обездвижить! Он же, наверное, может подключится к остальным, чтобы воспользоваться их частями для собственного восстановления!

Но, было уже поздно. Раздался резкий щелчок, и рука располовиненного робота дернулась в сторону, словно пытаясь схватить неподвижного своего металлического собрата, лежащего рядом. Проскочили искры, и робот, лежавший ближе всего к «ожившему» разрезанному экземпляру, внезапно дернулся и вспыхнул красным светом из глаз.

— Они синхронизируются! — крикнул Никольский. — Отойдите! Это опасно!

Штерн рванулся к ящику, выхватывая странный прибор — тот самый «пистолет»

с экраном.

— Держи! — бросил он Никольскому.

Тот ловко поймал устройство, быстро пробежав пальцами по сенсорам. Экран замигал синим. И над ним загорелась в воздухе объемная голографическая клавиатура.

— Нужно успеть перехватить управление! — воскликнул Никольский, проделывая манипуляции с воздушным интерфейсом.

Но, в этот момент второй робот — тот, что был целым на вид, получив импульс от располовиненного собрата, начал резко подниматься на ноги. Его стальное «лицо», похожее на страшный металлический череп, повернулось к нам.

— Где оружие? — рявкнул Штерн, оглядываясь в поисках своего пистолета и хватая его со стола.

Когда инженер выстрелил, пуля ударила робота в голову, отрикошетив в деревянную стену и оставив на броне лишь крошечную вмятинку, которая тут же начала затягиваться.

— Бесполезно! — Никольский продолжал яростно тыкать пальцами свободной руки в интерфейс своего прибора, направляя его на роботов. — Стрелять из вашего оружия не имеет смысла. Их броня восстанавливается быстрее, чем вы сможете нанести критический урон!

Робот, кажется, перезагрузился и сделал шаг вперед. Внезапно его левая рука защелкала металлом и трансформировалась, превратившись в нечто, напоминающее гибрид антенны с перпендикулярными элементами и оружейного ствола.

— Он вооружен! — закричал я, отталкивая Антона в сторону.

Раздался резкий звук, похожий на треск разряда, а вместо пули из ствола устройства вырвался сгусток энергии. Красный импульс ударил в стену, оставив после себя в стеновой конструкции из толстых бревен сквозное обгоревшее и дымящееся отверстие, размером с арбуз на том месте, где только что находился мой напарник. И, если бы я вовремя не оттолкнул его, Антон погиб бы на месте.

— Это же настоящее энергетическое оружие! Какой невероятный прогресс в технологиях! — прокричал Вайсман, завороженно глядя на разрушения, и в его голосе смешались страх и восторг.

— Хватит буйствовать, железяка! Получай! — Никольский нажал последнюю виртуальную кнопку на своей голограмме.

И тут же из короткого ствола его прибора вырвался тонкий синий луч, похожий на лазерный, попав в голову робота. Отчего он сразу же замер там, где стоял, а его красные светодиодные подсветки глаз-видеокамер погасли.

Потом инженер из будущего послал луч и в располовиненного робота, который уже пытался ползти на руках, стараясь дотянуться до следующего собрата из металла. Он тоже застыл. И наступила тишина. Все мы в лаборатории замерли, ожидая нового пробуждения страшных машин.

— Я заблокировал боевые протоколы, — наконец сказал Никольский, вытирая пот со лба. — Но, это ненадолго. Нужно срочно разобраться с их перепрограммированием, иначе через какое-то время снова может запуститься самовосстановление. Они умеют восстанавливать не только свои конструкции, не только железо, но и программные коды…