Чтение онлайн

Кофе и тепло быстро отрезали промозглую реальность за окном от этого места, в котором я растворялась, чувствуя под собой мягкий диван и то, как сохнет одежда и волосы, слыша бормотание телевизора и кассира. И даже обжигающий стаканчик в пальцах был куда как кстати. Словно место без времени. И неон восьмидесятых очень подходил к таким мыслям. Вот только мокрые неудобные туфли на ногах превратились в деревянные колодки и вытягивали из тела с таким трудом впитываемое тепло. Я брезгливо скинула их и поджала ноги под себя – ледяные как пиво из холодильника. Какая дура вообще надевает туфли на срочный выезд, где существует

опасность для жизни? Ну, кроме меня, конечно?

– Можно? – услышала я и рассеянно посмотрела на требовательно протянутую руку. На руке болтался браслет, чуть ниже манжеты белой рубашки. Пиджак? Добродушно улыбающееся лицо смотрело на меня ожидающе.

– Ах, да! Ваши вещи.

Я случайно села на зонтик, не заметив этого. Наверняка огромное мокрое пятно на джинсах. Светлых, между прочим!

– Сломались или этот вредный парень не хочет продавать вам бензин?

– И то и другое, – я пригубила кипяток. – Застряла в километре отсюда. Бак на нуле, канистра в машине…

– В общем, так себе у вас денек, я понял.

Я улыбнулась.

– Игорь.

Он опустился за столик напротив меня. Не то, чтобы нагло – вообще-то там лежали его вещи. Это я уселась, не посмотрев. Игорь быстро перебрал документы в папке, застегнул ее на тугую молнию и уставился в телевизор.

– Жду пока дождь утихнет, – пояснил он не оборачиваясь. – Не хочу ехать, когда ничего не видно. Я вам не мешаю?

– Нисколько, – я поплотнее поджала ноги.

Мы сидели молча. Игорь не пытался примитивно или как-нибудь еще пытаться познакомиться ближе и проявлял ко мне интерес лишь изредка, комментируя погоду или усмехаясь новостям из телевизора.

– Пойдемте покурим? – наконец предложил он.

Я промямлила что-то про то, что не курю, но поплелась за ним, сунув ноги в непросохшие еще туфли. Дождь снаружи сменился моросью. Ветер швырял мелкие капли на стекла заправки, пытался попасть в наши лица.

– Думаю, вы от кого-то убегали, – сказал Игорь, раскурив отсыревший валик. Запахло табаком. – Поэтому не заправились вовремя. Злой муж? Злые дети?

Я улыбнулась.

– Нет. Просто меня отвлекли. Скорее даже испугали. А собиралась залить полный бак, но проехала станцию.

– Дорожные разбойники?

Я представила мультяшных бандитов с кривыми саблями и повязками на головах. Почему-то меня это рассмешило.

– Почти. Нет, на самом деле глупая ситуация. Просто вечер, дождь…

Дождь. Дорога сразу всплыла в памяти тревожным воспоминанием. Лес справа и слева мгновенно потемнел, превратившись в глухой высокий забор. Свет фар пробивался сквозь морось, освещая пустынную трассу. Ни одной встречки, словно проклятое место. В узкой полоске неба мешанина свинцовых облаков. Не люблю, когда так – даже на дороге не выношу одиночества. То и дело я поглядывала в зеркало, надеясь увидеть огоньки или отблески фар позади себя. Но видела только мокрый асфальт и смыкающиеся в повороте стены густого леса. А потом заметила его – темный силуэт появившийся непонятно откуда посреди дороги. Олень или лось. Скорее лось. Не слышала никогда, чтобы у нас водились олени. Он смотрел мне вслед неестественно задрав голову. Просто животное…

Я выкинула его из головы почти сразу, как заметила, что бак почти пуст. Карты в капризном телефоне показывали, что заправка не за горами. Дотяну. Но хорошо

бы иметь на будущее голову на плечах. Идиотка! Я добавила газу, скорее от злости на себя, чем по необходимости. Еще успевала по тому странному адресу, который назвал Эхо в эфире и замолк. Приемник рядом со мной шипел – забыла выключить – и заливал салон янтарным светом.

Черт! На секунду взгляд скользнул по зеркалу. Он все еще был там. И все еще смотрел мне в след, хотя его грузное тело должно было остаться в километре отсюда. Плохо, очень плохо! Говорят, на пустых трассах бывают миражи. Но бывают и банальные галлюцинации. Я нащупала педаль снова, плавно вписалась в поворот, за которым снова пустая унылая дорога. Никого. Кроме чертова оленя! Он не сдвинулся ни на метр и, казалось, даже стал ближе. Я точно видела, как удаляюсь от него, но каждый раз, стоило на миг отвлечься от зеркала, он появлялся там. Нужно было остановиться, перевести дух и убедить себя в том, что это просто галлюцинация – результат усталости и нервов. Но вместо этого я выжала из «лягушонка» все, на что он был способен.

Тусклая вывеска заправки пролетела мимо меня, как и переезд с уходящей вдаль такой же пустынной железной дорогой. Светофоры горели красным. Где-то там за переездом, словно на противоположном берегу осталось преследующее меня видение, словно безмолвные рельсы были рекой, которую ни одна нежить пересечь не способна. Но я ехала бы и дальше с предельной скоростью, если бы моя машина была способна на это без бензина. Она остановилась на шуршащем гравии. С новой силой пошел дождь. Я взглянула на пустую дорогу, ожидая худшего, но там никого не было. И побрела к ближайшей заправке.

– Я не так уж сильно спешу, могу помочь вам, – сказал Игорь, видимо опасаясь быть неправильно понятым.

– Да, ответила я. – Спасибо!

Мы вернулись за столик. Кофе успел остыть. Игорь что-то рассказывал о зонтике, который вечно теряет и о том, как у него едва не угнали машину. В самой середине истории, когда, судя по интонации его голоса пора было начинать улыбаться, заголосил телефон. Игорь поднял палец – мол, минутку, это срочно, и принялся вполголоса оправдываться за опоздание. Я отсела на край дивана, чтобы не мешать. Допивала холодный кофе и краем уха слушала телевизор.

– Сделать погромче? – спросил кассир и потрогал козырек своей кепки.

– Да, пожалуйста.

Меня привлекла картинка на темном экране: отражающий фонари треугольник, проблесковые маячки. Видимо авария. К счастью, ни в одной побывать мне не пришлось, но такое всегда привлекает взгляд. Словно сочувствуешь тому, кому повезло меньше, чем тебе и во все глаза смотришь – насколько именно повезло.

На освещенной фарами дороге копошились трое. Еще один видимо снимал – кадр плясал и то и дело слеп от света фар.

«Откуда он взялся?»

Двое тащили брезент на обочину. Судя по усилиям – что-то тяжелое.

«Сбежал из заказника видимо. У нас такие не водятся»

«Тяжелый. Это лось? Убери камеру, помоги»

Крупная рука в перчатке откинула брезент, но свет фонаря не дал рассмотреть, что там.

«Я его не заметил. Он как будто вырос на дороге»

«А что с его зубами?»

Камера переключилась на разбитую фару и смятый бампер.

«Патруль вызвали?»

Экран стал совсем темным. Я слышала только голос.