Чтение онлайн

Мужчина прежде должен завоевать сердце женщины и получить ее руку.

Только потом все остальное.

Боюсь, тебе уже не завоевать меня».

И нажала кнопку «отправить».

— И все-таки расскажи, что тогда ты сделала с Катей...

— А что я с ней сделала? Катя замужем и счастлива. Значит, все, что я с ней сделала, все пошло ей во благо.

—

Ну-ну...

— Не хочу я ничего рассказывать. У каждого из нас есть свои скелеты в шкафу.

Катя... А кто такая Катя?

Когда ты, как мне показалось, забыл о моем существовании и отдалился, я решила зайти на твою страницу в «Одноклассниках» и посмотреть, с кем ты общаешься из девушек. Да, не самое изящное решение, тем не менее наблюдение мое оказалось верным. Два дня «слежки» показали, что в твоем онлайне находится всегда один и тот же объект — Катя.

И не надо упрекать меня в ревности. Да кто ты такой, чтобы я тебя ревновала?

Да кто я такая, чтобы тебя ревновать?

Это была охота.

Выследить дичь, но не убивать, чтобы съесть, я ведь сыта.

По самое горло.

Накинула на себя овечью шкурку и притворилась ягненком.

Впрочем, овца же я. Чего уж там притворяться?

Зашла к Кате на страничку и начала с ней дружить, в облике агнца.

Как начать дружить с человеком одного пола с тобой и моложе тебя лет на 17, к которому ты ревнуешь своего друга?

А просто нужно стать интереснее этого друга. И стать одного пола с этим другом.

Вот так я и стала ягненком.

Катя делилась со мной своими тайнами и планами.

Рассказала мне, что гуляла с тобой по Арбату, и сказала, что ты хорошо целуешься.

Немного странно, пока я вживалась в образ ягненка, я потеряла интерес к тебе.

Вернее, я потеряла интерес к тебе именно после Катиного рассказа. Именно ее рассказ вылечил меня. В знак благодарности за исцеление я написала ее портрет.

Шкурка ягненка мне стала больше не нужна. Я призналась Кате, что я — женщина. Сначала она обижалась на меня, потом поняла, что у меня не было цели что-то выяснять, ведь я не лезла в душу и ничего не выспрашивала у нее, но выслушивала ее и, большей частью, была ее отзывчивой собеседницей. Портрет я передала Кате через ее друга Артема... Он попросил у меня разрешения посмотреть, что же там в пакете... Ну как я могла отказать? Артему понравилась моя работа. Сказал, что я уловила главное в ее характере. Он был достаточно хорошо с ней знаком...

Через некоторое время Катя сообщила мне, что выходит замуж за мужчину своей мечты. За Сергея. Я удивилась, но порадовалась и пожелала ей счастья.

Это было уже так давно!

Перед очередным Новым годом раздался звонок с незнакомого мне номера.

Приятный

мужской голос предложил мне встретиться.

Я растерялась, кто бы это мог быть?

— Это курьер-перевозчик твоего портрета.

— Артем?!

— Конечно, да! Ну, так как ты? Побудешь моим гидом в Санкт-Петербурге?

— Спрашиваешь! С огромным удовольствием!

Но это уже совсем другая история...

Ведь ты хотел узнать только про Катю.

Эротика в семейной жизни — полный контакт спин.

Вам, конечно же, подобное знание чуждо, вы ведь еще так мало лет прожили вместе и поэтому для вас эротика — это полный фронтальный контакт.

И у вас никогда не будет подобной глупости в отношениях.

И спать вы будете, только крепко обняв друг друга.

А вот у Маши с Петей сложилось так, как сложилось.

Как Маша ни билась с Петром за любовь, так у нее ничего и не вышло.

Нет, он ее безусловно любил, уже лет двадцать, более того, их взрослый сын тому подтверждение. Но Маше хотелось получать подтверждение каждую ночь, а не так, как в анекдоте: «Что вы больше любите — Новый Год или секс?»

«Конечно же, Новый год — он чаще!»

Что она только ни делала — и комбинашки из сексошопа покупала, и благовония на ночь жгла, и даже родиолу розовую ему в чай подливала — все бесполезно! Любой намек на романтику — пресекался и раздражал Петю. Его возбуждали только мытая посуда и зеркальные поверхности с его отражением.

А что Маша? Попав в Петино эротическое настроение, негаданно-нежданно она получала моральное удовлетворение, так как Петя считал всяческие там оргазмы женской блажью и прихотью, не достойной его высочайшего внимания.

Вот такая была у них эротика. Может быть, так и длилось бы вечно, да к несчастью Маши она была влюбчива. Но верность Пете блюла.

Верная, но влюбчивая, она подсознательно выбирала для своей любви неадекватные объекты: умненьких, хороших мужчин, но, например, моложе себя лет на пятнадцать, или тактичных и ласковых геев, причем даже когда те были равнодушны к ней абсолютно. Охота за ними, гарантированно обреченная на провал, доставляла ей огромное удовольствие.

Иногда, как-то случайно, в ее западни попадались мужчины, которые не говорят по-русски. И по-английски.

Вот эти-то и научили ее правильному сексу — бурному, быстрому, яркому — неправильному, с точки зрения Пети. Лежа в кровати, как оказалось, сексом можно заниматься только самой с собой. Уже поняв это, Маша продолжала требовать секса от Пети еще активнее — так ей хотелось приобщить супруга к празднику жизни, да не тут то было. Петя отворачивался, укутывался в одеяло и спал, спал, спал, прижимаясь спиной к Машиной спине.