Чтение онлайн

Наша поездка в «Барджер» прошла в молчании, но, когда я добрался до стоянки, Колби все же заговорил.

– Джер, я не уверен, что, черт побери, сегодня случилось, но я всегда прикрою тебя.

Я не ответил; вместо этого, вышел из грузовика и увидел этот гребанный «камаро».

– Твою мать, – сказал я, и Колби посмотрел в мою сторону, а затем на машину. – Пойдем напьемся.

– Прекрасно, – ответил он, когда мы направились к «Барджер».

Войдя, я пошел сразу к барной стойке и увидел своего брата Эверетта и его невесту Стеллу. Я кивнул ему, вытаскивая стул, и он выдал мне пиво, прежде чем

повернуться, чтобы что-то сказать Стелле.

Эверетт развернулся обратно ко мне, и я махнул, чтобы он подошел.

– Хреновый день? – поинтересовался он.

– Можно сказать и так. Как насчет: просто не будем говорить об этом, а я напьюсь?

– Конечно, но тебе лучше быть осторожнее. Твой босс находиться в углу, – подметил он, как настоящий ублюдок. Когда я оглянулся через плечо, то почувствовал, как кровь во мне закипела, стоило мне увидеть Лэндри, играющую в пул с Бэнксом Мартином. Он – чертова задница. Погодите, а почему меня это вообще должно заботить?

– Она не мой босс, или, по крайней мере, ненадолго, – сказал я, делая еще один глоток.

Колби оглянулся и его рот широко открылся.

– Кто, черт побери, эта красотка?

– Лэндри Мэйс.

– Дерьмо. Ты прикалываешься? – произнес он.

– Похоже, что я прикалываюсь?

– Неудивительно, что у тебя припекает, – выдал он со смехом, и я ударил его в плечо.

Колби обменялся взглядами с Эвереттом, и они оба посмотрели на меня.

– Да нет же, черт побери, я сваливаю оттуда, как только у меня появится сумма для первого взноса за свою собственную мастерскую. Если Мэйс собирается отдать эту Лэндри, то пришло время убраться оттуда.

Стелла посмотрела на нас и Лэндри.

– Господи, Джеремая. Ты можешь говорить это себе, но могу поспорить на этот бар, что ты уже на крючке.

Ничего не отвечая, я схватил свое пиво и пошел к бильярдному столу, находящемуся в противоположной стороне от Лэндри. Отказываясь смотреть в ее направлении, я расставил шары, изо всех сил стараясь игнорировать ее смех и то, как она произносила имя Бэнкса. Для меня это было подобно звуку скребущих гвоздей по школьной доске. Кого я обманывал? Она полностью завладела вниманием моего члена. Я понятия не имел, как выдержу ее в мастерской. Оставалось только надеяться, что она будет держать свою задницу в офисе. Как только я разбил, Колби присоединился ко мне. Я слышал, как Бэнкс рассмеялся. Не понимая, что делаю, я посмотрел на них, и он кивнул. Это гребаное ничтожество.

В ответ на это, Стелла появилась с пивом и после продолжила подносить новые бутылки, и так весь вечер. Вскоре мы забили все шары, а затем поставили их снова и разбили, а когда бар начал наполняться клиентами, то Стелла с легкостью затерялась среди толпы.

Стоило только Джеремае войти в бар, как, казалось, я ощутила его присутствие всем своим телом даже прежде, чем увидела его. Я делала все возможное, чтобы уделить все внимание Бэнксу, но давайте посмотрим правде в лицо, он так и оставался просто милым мальчиком, который был совершенно не в моем вкусе. Когда мы продолжили играть в бильярд, я не смотрела в сторону Дрейка. После его поведения в больнице, лучше

было просто оставить его в покое. Завтра в мастерской все изменится, и я должна была справиться с этим. И плевать, если при взгляде на Джеремаю вся моя женская суть пробуждалась к жизни.

Когда мы закончили игру, Бэнкс взял меня за руку и повел к бару.

– Эй, Стелла, можешь сделать нам пару шотов?

– Бэнкс, с меня достаточно. Мне нужно ехать домой, завтра меня ждет работа.

– Работа? Ты же не серьезно. Ты действительно собираешься работать в мастерской? – сказал он, оглядывая меня с ног до головы, и тогда я сорвалась.

– А ты что думаешь, я не справлюсь? – спросила я, положив руки на бедра.

– Смотри-ка, а там обстановка накаляется, – произнес он, указывая головой на бильярдные столы.

Оглядываясь, я увидела Джеремаю и ничего не могла с собой поделать.

– Бэнкс, я не знаю, кто, черт побери, ты думаешь, ты такой, но я хорошо осведомлена, с чем и кем мне придется иметь дело в мастерской дедушки. И могу сказать тебе одно. Если ты думаешь, будто я не смогу справиться с этой работой, то будь уверен, что ты, твою мать, не сможешь справиться с такой девушкой, как я, – его рот широко распахнулся. – Эй, Эверетт, можешь дать мой счет?

Эверетт кивнул, и когда он принес чек, я вытащила наличные, оставляя сдачу на чай, развернулась и направилась к двери. Поймав взгляд Джеремаи, который делал глоток пива, я подмигнула ему, когда добралась до старой деревянной двери, и не увидь я этого собственными глазами, то ни за что бы не поверила, что легкая улыбка появилась у него на лице.

В тот момент, когда Лэндри взглянула на меня, я изо всех сил пытался воздержаться от улыбки. Черт, я чертовски разозлился в мастерской, но то, каким образом Лэндри обращалась с Бэнксом, заставило меня захотеть купить ей, чертово, пиво. Дерьмо. Кого я обманывал? То, как она взглянула на меня, пробудило во мне желание последовать за ней до самой чертовой двери, но я Дрейк, и не следовал за какой-либо женщиной. Я тот, кто командовал.

Когда дверь закрылась, я посмотрел в сторону бара и взглянул на безмолвно стоящего Бэнкса. Отложив кий обратно, я взял пиво и отправился к стойке. Пора было закругляться.

– Стелла, сколько я должен?

– 22 доллара 65 центов.

Вытащив кошелек из заднего кармана, я достал двадцатку и десятку. Бросив деньги на стойку, я спрятал кошелек, когда услышал придурка Бэнкса, обратившегося ко мне.

– Тебе лучше следить за собой, Дрейк. От нее не стоит ждать ничего хорошего.

Взглянув в его сторону, я спросил:

– Ничего хорошего? Ты знаешь, с кем разговариваешь? Как только я увидел тебя с Лэндри, сразу понял, ты никогда не сможешь справиться с ней. Не с тем, какой ты неженка, – Эверетт начал смеяться, и тогда я увидел, как Бэнкс попытался замахнуться на меня. С кем он думал, он имел дело? Я шагнул вперед.

– Бэнкс, ты не захочешь делать это сегодня, – произнес я, предупреждая его.

– Ты должен знать, что не сможешь продолжать использовать эту уловку. Однажды кто-то не купится на всю эту чушь.