Чтение онлайн

Стоя у него за спиной, герцог ответил:

— Мы не строим таких далеких планов.

Торговец обернулся, и герцог увидел его круглое, невыразительное, смуглое от загара лицо.

— А-а-а, герцог. А мы вас не заметили.

Лето бросил взгляд на Джессику.

— В другой раз рекомендую замечать, — потом снова перевел глаза на водяного магната, рассказал ему про свой приказ относительно чаш для умывания и добавил: — До тех пор, пока мои приказы здесь что-нибудь значат, этого обычая больше не будет.

— Это ваш приказ, как повелителя Аракиса, милорд?

— Что касается остальных, то я

считаю это… вопросом их совести, — ответил герцог.

Он обернулся и увидел, что к их группе присоединился Каинз. Какая-то женщина сказала:

— Мне кажется, это так великодушно…

На нее зашикали.

Герцог посмотрел на Каинза, одетого в старомодный темно-коричневый мундир с эполетами гражданской Императорской службы и крошечным золотым знаком отличия на воротничке.

Торговец водой сердито спросил:

— Значит, герцогу не нравятся наши обычаи?

— Этого обычая больше нет, — отрезал Лето, кивнул планетологу, отметил нахмурившееся лицо леди Джессики и подумал: Ей совсем не идет хмуриться. Но зато все обратили внимание, что мы недовольны друг другом,

— С позволения герцога, — горячился водный магнат, — я хотел бы продолжить разговор о наших обычаях…

— А не пора ли к столу? — спросила Джессика.

— Но у нашего гостя есть вопросы, — улыбнулся герцог. Он разглядывал круглое, с большими глазами и толстыми губами лицо торговца и вспоминал, как его отрекомендовал Хайват: «…а за этим водным воротилой тоже надо присматривать. Запомните его имя, милорд, — Лингар Бьют. Харконнены прибегали к его услугам, но так и не добились, чтобы он работал только на них».

— Связанные с водой обычаи вообще очень интересны, — Бьют широко улыбнулся в ответ герцогу. — Мне было бы очень любопытно узнать, что вы собираетесь делать с вашей домашней оранжереей? Неужели вы не постесняетесь так роскошествовать на глазах у несчастных?! А, милорд?

Герцог гневно уставился на него, чувствуя, как кровь приливает к лицу. В голове вихрем пронеслись мысли: Какая дерзость бросить ему вызов в его же герцогском замке! Ведь этот торгаш только что подписался под обещанием верности Дому Атрейдсов. Бьют понимает, что он крепко стоит. Еще бы: вода на Аракисе — это сила. Если, например, он заминировал все водопроводы так, что их можно подорвать по его сигналу, то… А он, кажется, в состоянии выкинуть такую штуку. Разрушение системы водоснабжения приведет к гибели всей планеты. Ясное дело, что Харконнены ходили перед ним на задних лапках.

— Мы с герцогом имеем совсем другие виды на эту оранжерею, — сказала Джессика. Она повернулась к Лето и очаровательно улыбнулась. — Несомненно, мы ее сохраним, но сделаем доступной для всех жителей Аракиса, Я и герцог, мы оба мечтаем о том дне, когда климат изменится настолько, что все эти растения смогут расти повсюду.

Умница! подумал Лето. Что, торгаш, скушал?

— Мне вполне понятна ваша заинтересованность в воде и погоде, — сказал герцог. — Но я бы посоветовал вам сделать ставку на что-нибудь другое. Настанет день, когда вода перестанет считаться драгоценностью на Аракисе.

Говоря это, он продолжал думать: Дать

Хайвату задание, пусть как следует займется этим Бьютом и выявит всю его агентуру. Мы должны взять водоснабжение в свои руки. Я ни перед кем не собираюсь ходить на задних лапках.

Бьют, по-прежнему улыбаясь, кивнул:

— Очень благородная мечта, милорд, — и отступил в сторону.

Внимание Лето привлекло выражение лица Каинза. Он не отрываясь смотрел на Джессику. Планетолога нельзя было узнать — так смотрит безнадежно влюбленный или… религиозный фанатик.

Каинз потерял над собой всякий контроль, в его голове звучали слова пророчества: «И самые драгоценные ваши мечты будут их мечтами». Он бесцеремонно обратился к Джессике:

— Вы что, знаете нечто, сокращающее путь к вашей цели?

— А, доктор Каинз, — приветствовал его Бьют. — Ради нас вы бросили нянчиться со своими вольнаибами! Как мило!

Ученый посмотрел на него бесстрастным взглядом и ответил:

— В пустыне говорят, что, когда у человека много воды, это может стоить ему жизни — он становится слишком беспечным.

— В пустыне вообще говорят много странного, — усмехнулся водный магнат, но в его голосе послышалось беспокойство.

Джессика подошла к Лето и взяла его под руку, чтобы успокоиться: Каинз сказал: «Сокращающее путь». На древнем языке это звучит: «Квизац Хадерак». Никто не обратил внимания на странные слова планетолога, а сам он сейчас склонился перед одной из дам, которая с ним откровенно кокетничала.

Квизац Хадерак, думала Джессика. Выходит, наша Миссия Безопасности и здесь насадила свои легенды. И в ней снова пробудилась ее тайная мечта: Поль может оказаться Квизац Хадераком. Может.

Представитель банка Гильдии оживленно беседовал с торговцем водой, резкий голос которого выделялся из общего гула:

— …очень многие хотели передать Аракис!

Герцог заметил, как эти слова больно ранили Каинза: планетолог чуть не подскочил и тут же стремительно сбежал от своей дамы.

Во внезапно наступившей тишине раздался голос офицера личной охраны, который откашлялся и сказал:

— Обед подан, милорд.

Герцог вопросительно посмотрел на Джессику.

— Согласно местным обычаям, хозяева идут к столу последними, после гостей, — она улыбнулась. — Или этот обычай мы тоже прикажем отменить, милорд?

Он холодно отозвался:

— Это, похоже, хороший обычай. Мы постоим пока здесь, — сухо ответил он.

Нужно продолжать делать вид, будто я подозреваю ее в предательстве. Он смотрел на проходящих мимо гостей. Для кого из вас я разыгрываю этот спектакль?

Джессика, чувствуя его отчужденность, в который уже раз за последнее время удивилась этому. Он похож на человека, который не в ладах сам с собой. Может, ему не нравится, что я так настойчиво организовывала сегодняшний вечер? Нет, он же сам понимает, насколько нам важно, чтобы здешний свет поскорее начал принимать наших офицеров. Весь город должен воспринимать герцога как родного отца. А это лучше всего сделать, как можно шире внедрившись в общество.