Дюна
Шрифт:
Глядя на Чани, Пол спросил:
— Видишь?! Она кивнула.
Пол отвернулся, борясь с охватившим его чувством глубокой печали. Он подошел к балконному окну, задернул занавеси. В полутьме вспыхнул свет. Пол крепко затянул пояс, вслушиваясь во внутренние голоса.
Ничего…
Он обернулся. Чани стояла, как зачарованная, не отрывая взгляда от гхолы, который, казалось, ушел в себя.
Услышав звук шагов Пола, Чани повернулась к нему. На какое-то время гхола стал для нее человеком. Она не боялась его, наоборот, он ей нравился. Теперь она
Она посмотрела на Пола.
— Этот человек, он был Дункан Айдахо?
— Да. И он по-прежнему здесь.
— Он бы позволил Ирулэн жить?
«Вода ушла не слишком глубоко», — подумал Пол и сказал:
— Если бы я ему приказал.
— Не понимаю, — сказала она. — Разве ты не рассердился? — Я рассердился.
— Не похоже. Ты как будто опечален. Он закрыл глаза.
— Да. И это тоже.
— Ты — мой муж, — сказала она. — Я это знаю. Но сейчас я не понимаю тебя.
Неожиданно Пол почувствовал, что он будто углубился в большую пещеру. Тело его двигалось — нога за ногу, — но мысли были где-то в другом месте.
— Я и сам себя не понимаю, — прошептал он. Когда он открыл глаза, то обнаружил, что стоит в стороне от Чани.
Она заговорила откуда-то издалека:
— Любимый, я не буду больше спрашивать, что ты видел. Я знаю только, что дам тебе наследника, которого мы с тобой хотим.
Он кивнул.
— Я знал это с самого начала.
Она встала и положила руку на живот.
— Я голодна. Врачи сказали, что я должна есть в три-четыре раза больше, чем раньше. Я боюсь, любимый. Слишком уж быстро он развивается.
— Слишком быстро, — согласился он. — Зародыш знает, что надо спешить.
Дерзкая природа действий Муаддиба видна хотя бы в том факте, что он с самого начала знал, к чему принуждаем, но не однажды делал шаги в сторону от этой тропы. Он ясно выразил это, сказав: «Говорю вам, что пришло время моего испытания, когда будет показано, что я совершенный Слуга». Так он объединял все в одном, чтобы и друг и враг могли обожествлять его. По этой, и только по этой, причине его апостолы молятся: «Боже, спаси нас от других троп, которые Муаддиб покрыл водами своей жизни». И эти «Другие тропы» можно представить себе только с крайним отвращением.
Посланец оказался молодой женщиной — Чани знала ее лицо, имя и семью. Поэтому она и помогла ей пройти через рогатки имперской службы безопасности.
Чани опознала ее в присутствии начальника службы безопасности Баннарджи, который организовал ей встречу с Муаддибом. Баннарджи действовал инстинктивно, зная, что отец молодой женщины еще до джихада был членом императорских отрядов смерти, ужасных федайкинов. Иначе он оставил бы без внимания ее просьбу, хотя
Разумеется, ее тщательно обыскали и проверили, прежде чем пропустить к Полу. Даже сейчас Баннарджи сопровождал ее, одной рукой держа ее за руку, а другой сжимая нож.
Когда ее привели в покои императора, был полдень. Комната представляла собой странное смешение жилища Свободного в пустыне и аристократической приемной. Три ее стены были задрапированы дорогими тканями с вышитыми на них фигурами из мифологии Свободных. Четвертую стену занимал видеоэкран — серебристо-серая поверхность в овальной раме. Песочные часы Свободных были встроены в планетарий — сложный механизм с планеты Икс, — показывающий движение солнца и обеих лун Арраки.
Пол стоял у окна и смотрел на Баннарджи. Начальник службы безопасности стал теперь главой полицейской службы, несмотря на свое прошлое контрабандиста. У Баннарджи была мощная фигура; лохмы черных волос падали на темный, влажный от пота лоб, будто хохолок некой экзотической птицы; синие-в-синем глаза одинаково бесстрастно взирали и на счастье, и на горе. Чани и Стилгар доверяли ему. Пол знал, что если бы он приказал Баннарджи перерезать девушке горло, тот сделал бы это, не задумываясь ни на минуту.
— Сир, вот девушка-вестница, — сказал Баннарджи. — Миледи Чани передала, что у нее есть к вам дело.
— Да, — коротко кивнул Пол.
Как это ни странно, девушка не глядела на него. Ее внимание привлек планетарий. Она была одета в богатое платье из тонкой материи, простого покроя. Иссиня-черные волосы были схвачены лентой из того же материала, что и платье, руки спрятаны в рукавах. Пол подозревал, что руки ее крепко сжаты — это соответствовало бы ее характеру. Все сходилось: средний рост, темная кожа, платье, судя по всему, сбереженное для такого случая.
Пол знаком велел Баннарджи отойти. Тот поколебался, прежде чем повиноваться. Девушка сделала шаг вперед. Двигалась она грациозно, по-прежнему избегая встречаться с ним взглядом.
Но вот девушка подняла взгляд — глаза без белков, расширенные в благоговейном страхе. Странно маленькое лицо с тонким подбородком. Глаза выглядели слишком большими над раскосыми скулами, что-то в них говорило, что она улыбается редко. В уголках глаз притаилась легкая желтая дымка — след пылевого раздражения, а, возможно, и пристрастия к семуте.
Все соответствовало ее облику.
— Ты хотела говорить со мной, — напомнил Пол.
Наступил момент решающего испытания способностей Скайтейла. Он изучил внешность, манеры, воспроизвел пол, голос — все, что смог. Но эту женщину Муаддиб знал во времена съетча. Конечно, тогда она была ребенком, но у них с Муаддибом был общий жизненный опыт. Более волнующего момента Скайтейлу не приходилось испытывать никогда.
— Я Лачма, дочь Отхейма Берк-ад-диба. — Голос девушки звучал негромко, но уверенно, она верно назвала имя — свое и отца — и всю родословную.
Курс 1. Сентябрь
1. Маркатис
Фантастика:
аниме
фэнтези
сказочная фантастика
рейтинг книги
Кола
Проза:
историческая проза
рейтинг книги
Шайтан Иван 5
5. Шайтан Иван
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
историческое фэнтези
рейтинг книги
На пороге «оранжевой» революции
Научно-образовательная:
политика
рейтинг книги
Павлов И.П. Полное собрание сочинений. Том 5
Научно-образовательная:
биология
биофизика
биохимия
рейтинг книги
Коммунизм как реальность
Документальная литература:
критика
публицистика
рейтинг книги
Немецкие танки в бою
1. Танки в бою
Документальная литература:
прочая документальная литература
рейтинг книги
История экономических учений: конспект лекций
Научно-образовательная:
история
рейтинг книги
Феномен Солженицына
Документальная литература:
биографии и мемуары
рейтинг книги