Двойной агент
Шрифт:
К нему подошел Антонио и, посмотрев на монитор, тихо спросил:
– А теперь куда, Джон?
– В Лэнгли, – ответил Алекс.
– Ты думаешь, тамбудут довольны? – он выделил слово «там», но Алекс и без этого понял, что хотел сказать ему коллега.
– Во-первых: мне плевать, будут довольны тамили нет, от этого зависят жизни людей, многие жизни, и я в гробу видел ихполитические игры, а во-вторых: я просто не могу не отправить эти материалы начальству, она, – он кивнул головой на Элеонор, – такой же агент, как
– Пожалуй, ты прав, – сказал Антонио и, одобрительно похлопав его по плечу, пошел к дивану.
«Раньше мы не могли себе такого позволить», – с завистью думал агент-священник, садясь на мягкий диван.
– Все, я закончил, – сказал Алекс, обращаясь к Джуди. – Что мне делать теперь?
– Практически ничего, снимайте рубашку и ложитесь на кушетку.
Алекс послушно разделся и, пройдя в дальний угол комнаты, лег на узкую кушетку, накрытую клетчатым пледом.
– Сейчас измерим вам давление, – сказала она, надевая ему напульсник.
Когда прибор пискнул, Джуди посмотрела на показания и, проворчав: «Понятно…», села за стол. Несколько минут она колдовала с препаратами, затем, набрав в тонкий шприц приготовленной смеси, подошла к Алексу.
– Перевернитесь на живот.
Алекс перевернулся на живот и спустил штаны, подставляя Джуди ягодицы.
– Отличная задница! – улыбнувшись, похвалила она, посмотрев при этом на Элеонор. – Но укол я буду делать подкожно, под лопатку, а следующий внутривенно, в руку, так что штаны можете надеть.
Алекс рассмеялся и неловко натянул штаны.
Джуди склонилась над ним и, оттянув кожу на левой лопатке вверх, вонзила иглу.
– Ну вот и все! Переворачивайтесь!
Алекс лег на спину, и она, принеся еще один шприц, уже больших размеров, ввела ему лекарство в вену.
– Теперь остается только ждать, – сказала она, выбрасывая использованный шприц. – Вам сейчас станет хуже, появится тошнота, возможно, рвота, поднимется температура, но это нормальная реакция организма на сыворотку, не волнуйтесь. Сейчас вам нужно лежать, ждать и молить Бога, чтобы ухудшение наступило.
Она прошла к столу и принялась что-то писать, затем подошла к Антонио и, протянув ему исписанный листок, сказала:
– Тебе придется съездить в город, в аптеку к Амурино. Вот список. Этих препаратов у меня нет, но если все пойдет хорошо, то через пару часов они понадобятся.
– Ему лучше не выходить из дома, – слабеющим голосом отозвался с кушетки Алекс, препарат начал действовать неожиданно быстро.
– Лежите-лежите! – строго сказала ему Джуди. – Мы уж тут сами как-нибудь разберемся, кому что делать…
– Может быть, действительно, лучше я съезжу? – спросила хозяйку Элеонор.
– Нет-нет,
– А что? Здесь что-то запрещенное? – спросил ее священник, потрясая листком в воздухе.
– Да, практически все, – улыбнулась Джуди. – Но ты не волнуйся, он знает, кому это и зачем. У меня налажен с ним контакт. Но ты посиди пока, я схожу к соседям, узнаю, что там полиция хотела.
Она направилась к выходу, бросив им на ходу:
– Вы тут присматривайте за больным, пока я на разведке.
Джуди вышла, а Элеонор пристроилась на кушетке рядом с Алексом. Он, казалось, дремал. Она смотрела на его одутловатое лицо и со страхом думала: «А вдруг не получится? Не та дозировка или еще что?.. Я ведь, по сути, ее совсем не знаю… Не лучше ли было отвезти его в больницу?» Она потрогала его лоб – горячий, но не сильно. Он дремал, периодически открывая глаза, а она смотрела на его лицо и про себя молилась, чтобы все хорошо закончилось. Антонио, сидя на диване, молчал, думал о чем-то своем.
Вдруг Алекс открыл глаза и тихо сказал:
– Рассказывай, Эл, пока я еще соображаю…
– Что рассказывать, Алекс? – так же тихо спросила она его.
– Как ты меня нашла? Как ты здесь оказалась?
– О, Алекс, это длинная история, боюсь, ты мне не поверишь и будешь смеяться…
– Ничего, посмеемся, ты говори, говори, я соскучился по твоему голосу.
И Элеонор, улыбнувшись, стала рассказывать ему о своих снах. Она не была уверена, что он все слышит и понимает, но он слышал.
– Вот так я оказалась здесь, – закончила она свой рассказ.
– Да ты прямо-таки экстрасенс! – прошептал он.
– Каждая женщина в какой-то степени экстрасенс, когда влюблена.
Он сжал ладонью ее руку, прижал к горячим губам и хрипло произнес:
– Прости, Эл…
– О, какие нежности! – притворно грубовато проговорила она, тем самым пытаясь избавиться от навернувшихся на глаза слез. – За что же это?
– Так… – неопределенно сказал он и закрыл глаза.
Прошло около получаса, затем в комнату вбежала запыхавшаяся Джуди.
– Антонио, а ты мне все рассказал? – с напором спросила она священника и, не дожидаясь ответа, повернулась к Элеонор. – Как он?
– Спит… горячий очень…
– Сейчас измерим температуру, если больше тридцати девяти, то будем сбивать. Так что, Антонио?
– О чем ты, Джуди? – не понял священник.
– О нем! – она ткнула пальцем в сторону кушетки. – Его разыскивает полиция по подозрению в убийстве Кларка. Так что же там случилось, Антонио? У них его фотография…
– Успокойся, Джуди, он никого не убивал, – и священник рассказал ей все так, как они договаривались с Алексом.