Дворец любви
Шрифт:
Закопченные потолочные балки из дуба словно не поддавались тлену, панели блистали белизной – здание реставрировали примерно раз в столетие. Джерсен мысленно вернулся в свою юность. Он дважды посещал Лондон с дедушкой, хотя большей частью они жили в Амстердаме. Нигде больше не едал он таких обедов, как в Лондоне, не наслаждался таким спокойствием и праздностью.
Джерсен грустно покачал головой, вспомнив, в какое предприятие втравил его безжалостный дед. Удивительно, что он до сих пор выполняет указания старика. Кирт купил номер «Космополиса»
Стоит ли удивляться, что обороты падают…
На следующий день он посетил редакцию «Космополиса», где имел беседу с миссис Нейтра, управляющей штатом. Эта хрупкая брюнетка, увешанная безвкусной бижутерией, обрушила на Кирта волну эмоций:
– Простите, бога ради! Я не в состоянии ни о ком и ни о чем думать. Я в смятении. Мы тут все в смятении. Это такое потрясение, мы просто не можем работать.
– Может, мне поговорить с главным редактором? – сухо осведомился Джерсен. – Должно было прийти письмо от Издательской компании Зана.
Миссис Нейтра раздраженно передернула плечами:
– Кто или что это за издательство Зана?
– Новый владелец, – вежливо объяснил Джерсен.
– О! – Женщина порылась в бумагах на столе. – Может быть, вот это. – Она прочла. – О, вы – Генри Лукас.
– Да.
– Гм… пиф-паф… Специальный репортер. Вообще-то, нам они сейчас не нужны. Но я только управляю штатом. О черт, заполните эту форму и договоритесь о прохождении психиатрического теста. Если выживете, неделю спустя пройдете курс ознакомления.
Джерсен покачал головой:
– У меня нет времени для формальностей. И сомневаюсь, что новые владельцы будут от них в восторге.
– Простите, мистер Лукас. Это наша обязательная программа.
– А что сказано в письме?
– В письме сказано, что мистер Лукас должен быть принят на оклад специального корреспондента.
– Тогда, пожалуйста, выполняйте.
– Ах, трижды черт побери! Если теперь вот так пойдут дела, зачем им вообще управляющий штатом? А психиатрические тесты и курс ознакомления?
Почему бы просто не кидать новичков на любые задания?
Женщина достала формуляр и набросала несколько строчек фломастером.
– Вот вы и здесь. Отнесите это главному редактору. Он устроит все остальное.
Главный редактор, солидный джентльмен с тревожно поджатыми губами, процедил:
– Да, мистер Лукас, миссис Нейтра звонила мне. Я так понимаю, что вы посланы новыми владельцами.
– Я долгое время сотрудничал с ними, – пояснил Джерсен. – Но все, что мне нужно сейчас, это любое удостоверение, которое выдается специальным корреспондентам, подтверждение того,
Главный редактор отдал распоряжение в интерком и обратился к Джерсену:
– По дороге к выходу зайдите в отдел 2А. Вам подготовят карточку. – Он откинулся в кресле с видом крайнего утомления. – Собираетесь стать вольным стрелком? Неплохой выбор. И о чем же вы думаете писать?
– О том, о сем, – сказал Джерсен. – Что попадется.
Лицо главного редактора свела судорога беспокойства.
– Вы не можете вот таким образом писать статьи для «Космополиса». Все наши выпуски распланированы на месяц вперед! Мы используем опросы общественного мнения, чтобы выяснить, что интересует читателей.
– Откуда публика знает, интересует ли ее то, что она еще не читала? – парировал Джерсен. – Новые владельцы прекращают опросы.
Главный редактор печально покачал головой:
– Как же мы тогда узнаем, о чем писать?
– У меня есть пара идей. Например, Конгрегация. Каковы ее цели? Кто поднимается выше сотой степени? Какой информацией они владеют? Что мы знаем о Трионе Руссе и его антигравитационной машине? Конгрегация заслуживает очень внимательного изучения. Вы можете смело посвятить ей целый выпуск.
Редактор недовольно поморщился:
– А вы не думаете, что это… ну, скажем, чересчур напыщенно? Неужели люди действительно заинтересуются этим вопросом?
– Заинтересуются – не сейчас, так позже.
– Легко сказать, но это не способ управлять журналом. Люди на самом деле не хотят ни во что вникать, они хотят получать знания, не прилагая усилий. Так называемые серьезные статьи мы сопровождаем множеством разъяснительных сносок. Этого им хватает – есть о чем поговорить на вечеринках. Ну, а еще что вы имеете в виду?
– Я думал о Виоле Фалюше и Дворце Любви. Что там вообще происходит? Что представляет собой Виоль Фалюш? Какое имя носит, когда выбирается в Ойкумену? Кто посещает его Дворец Любви? Чем за это платит? Собирается ли вернуться?
– Интересная тема, – согласился редактор. – Разве что несколько скандальная. Мы стараемся держаться подальше от сенсаций и – как бы это сказать? – суровых фактов реальности. Хотя сам я часто думал о Дворце Любви. Что там творится? Может, и ничего особенного. Но точно никто не знает. Что еще?
– На сегодня все. – Джерсен встал. – Вообще-то я собираюсь работать над последней темой сам.
Редактор пожал плечами:
– Удачной охоты!
Джерсен немедленно отправился на континент и уже в полдень был на обширном Зональном вокзале Ролингшейвена. Он прошел через зал, отделанный белым пластиком, мимо движущихся дорожек и эскалаторов, над которыми горели надписи: «Вена», «Париж», «Царьград», «Берлин», «Будапешт», «Киев», «Неаполь» – названия множества древних городов. Кирт задержался возле киоска, чтобы купить карту, затем пошел в кафе, где заказал кружку пива и порцию сосисок.