Две недели
Шрифт:
– О черт, - пробормотал Богданов, швырнул трубку на рычаг и первым ринулся на выход.
В машине все трое оказались быстрее, чем боевой расчет в танке.
– Твою бога душу, - вещал Богданов, заводя "девятку", - он опять начал. Нет, ну я точно сегодня кого-нибудь урою.
По пути встретилась небольшая пробка, прямо посреди Московского шоссе, и, Богданов, ругнувшись, свернул в переулок, чудом проскочил мимо ремонтного ограждения, и машину подбросило так, что у Игоря зубы лязгнули.
– Терпи, боец, - передразнивая
Кайданока оказалась деревенькой на берегу реки. Подъехать к ней было проблематично, так как мост через реку оказался залит водой.
– Странно, - подал голос Игорь, - откуда столько воды? Дождей три дня не было, а тут разлив как по весне.
– Заметил? Способный, - похвалил Богданов, тихонько правя на невидимый под водой мост.
– Вот как раз по этому поводу мы и едем в деревню.
– Плывем, - поправила Даня, наблюдая, вытянув шею, как из-под колес вырываются буруны.
– Или плывем, - согласился Богданов, сосредоточившись на вождении.
– Ты запоминай, Игорек, здесь тоже ты патрулировать будешь.
Игорь, прикинув все свои обязанности, начал всерьез задумываться, что же остается на долю его коллег.
Форсировав реку, они благополучно доехали до улицы Первомайская, проследовали к дому номер три, вытерли ноги о половичок на крыльце, после чего Богданов пригладил волосы и деликатно постучался.
– Баб Мань, открывай, это Саша, - позвал он спустя минуту.
Дверь безмолвствовала, зато занавеска на окне дрогнула. За стеклом мелькнуло лицо старушки, послышался тяжкий вздох, затем в замке повернулся ключ, и дверь отворилась.
– Здравстовать тебе, бабуля, - шутовски поклонился Богданов.
– Угадаешь, зачем пришел?
– Опять ты за свое, - прокряхтела старушка и отодвинулась, давая пройти.
– Заходи уж, только не очень буйствуй там!
– прокричала она вслед устремившемуся в комнату Богданову.
Игорь и Даня, вежливо поздоровавшись, вошли следом и были вознаграждены зрелищем торчащих из-за печки дрыгающихся ног Богданова.
– Саш, тебе помочь?
– поинтересовалась Даня.
– Дверь закрой, - прокряхтел Богданов, сражаясь с кем-то невидимым.
– Игорек, сюда давай.
Нырнув к нему, Игорь протянул в полной темноте руку, ухватил кого-то за край рубашки и потянул.
– Сильнее тяни, - рявкнул Богданов.
Повинуясь приказу, Игорь ухватился покрепче, поднатужился, резко дернул, и выволок на свет божий виновника переполоха. Виновник этот рванул на выход, увидел Даню, стоявшую на страже, обежал стол и угодил в объятья Богданова.
Игорь участия в гонке не принимал, а торчал, опешив, возле печки. Он ожидал кого-нибудь вроде Вани, или еще какой жути, а тут двенадцатилетний взъерошенный мальчишка, озирающийся с затравленным видом
– Я тебя предупреждал? Предупреждал, спрашиваю?
– Не бейте, дяденька!
– прикрываясь, завизжал мальчишка и Игорь очнулся.
Он бросился на Богданова, стремясь остановить избиение ребенка, оттолкнул его и собрался провести болевой захват, как учили. Пользуясь моментом, мальчишка толкнул обоих и бросился к окну, но Даня перехватила его на подступах, и, плеснула в юное лицо святой водой из фляжки.
Раздалось шипение, мальчишка заорал и принялся тереть глаза, а Богданов тем временем броском уложил Игоря на пол, и едва сдержался, чтобы не опустить занесенный кулак на повинную голову.
– Тьфу на тебя, - с чувством сплюнул он.
– Совсем дурак?
После чего повернулся к пленному. Тот уже вполне оклемался, сел за стол и сложил перед собой руки, как примерный мальчик.
– Ничего себе, - ехидно заметил мальчишка, кивнув на Игоря, которому Даня помогла встать, - такой дохлый, а тебя, дядя Саша, едва с ног не сбил.
– Почирикай, - предупреждающе протянул Богданов.
– Сейчас допрос с пристрастием начнется, тогда и посмеемся.
– Злой ты нынче, - посетовал мальчик.
– День такой, - хмыкнул Богданов.
Дверь открылась, в комнату заглянула баба Маня и, осуждающе покачав головой, удалилась.
– Давай, Олежек, кайся, - велел Богданов, присаживаясь напротив.
– Я чист, - развел руками Олежек.
– А мост?
– Не докажешь.
– Так я не прокурор, доказывать не стану, просто по ушам надаю. Ты, поганец, едва ваш рыбхоз не затопил.
– Чего ему будет-то?
– удивился мальчик.
– Там же рыбы, они не утонут. А ты, дядя Саша, меня даже выпороть не можешь, сразу из опеки набегут, инспекторы по делам несовершеннолетних, представители по правам ребенка, и прочая пакость. Короче ты понял.
– Смотрю, ты времени зря не терял, - заметил Богданов, почесав нос.
– Где нахватался?
Олежек засмеялся, и вперед робко выступила Даня.
– Я просто ему пару книжек привезла.
– Каких?
– покорившись судьбе, уточнил Богданов.
– Подборку юридической литературы по делам несовершеннолетних, - повинилась Даня.
– Думала, он бояться начнет.
Судя по лицу Богданова, он уже уверился, что весь мир сегодня против него, и с этим приходится мириться.
– Ладно, - вздохнул он, - пошли, что ли, место преступления осмотрим.
– Никуда я не пойду, - заявил Олежек.
– Мне баба Маня не разрешает со взрослыми дядями ходить.
– Ты точно нарываешься, - вынес свой вердикт Богданов, и схватился за пряжку ремня, намереваясь выпороть мальчишку, несмотря на угрозы органов опеки.