Чтение онлайн

Многочисленные изыскательские партии большую часть года трудились в полевых условиях, исследуя возможности прокладки дорог по всему Кузбассу и Горному Алтаю, а к холодам съезжались в Новосибирск, чтобы заняться обработкой данных и проектными работами. Вот такая «кабинетная»

работа ожидала зимой и Леонида, поступившего в распоряжение Сибстройпути. А весной планировалось приступить к новым изысканиям.

Строительство собственного дома для сотрудников трестом только началось. Не удалось Мирачевским получить квартиру ни в одном из новых городских зданий. А может быть, им повезло – дома-коммуны середины 20-х годов оказались не самыми удобными для жизни, особенно семейной. Разместили их в общежитии ведомства – небольшом двухэтажном, выкрашенном голубой краской, деревянном доме. Отдельную комнату выделили и Ольге Ираклиевне с мужем. Соседей здесь было немного, людьми они оказались интеллигентными, и атмосфера тесного быта скрашивалась дружеским отношением и участием.

Очередное неотложное задание Мирачевский получил, едва отчитавшись по материалам Киренской экспедиции.

Уже не первое десятилетие осваивались месторождения юго-запада Сибири, а богатства Горного Алтая оставались изолированными от транспортной системы страны. Добыча полезных ископаемых увеличивалась, строились новые шахты, электростанции, и проложенные ранее узкоколейки не справлялись с требованиями времени.

Еще осенью 1930-го Совет труда и обороны постановил «обеспечить развитие железнодорожного транспорта»

для горной промышленности Рудного Алтая. Одной из первоочередных задач стало строительство дороги Рубцовка – Риддер, чтобы соединить станцию Турксиба с городком в Восточном Казахстане. Исследования местности уже велись, и партию Леонида бросили на помощь другим экспедициям. В этот район он и отправился.

Риддер – скопище горняцких поселков – производил довольно мрачное впечатление. Но расположенный в предгорье Рудного Алтая, вместе со всеми шахтами и фабриками, он казался невзрачной сценой, за которой возвышались величественные декорации – протянувшийся амфитеатром Ивановский хребет, уходивший вдаль на восток на добрую сотню километров. Городок, получивший необычное название еще в начале XIX столетия в честь открывшего местные залежи полиметаллических руд Филиппа Риддера, явно проигрывал фону – сосновому бору, нескольким речкам и сопкам, за которыми маячили покрытые снегом вершины.

В очередной раз начальник партии подивился своему везению: новое место – и опять изумительной красоты природа, бодрящая сложность задачи и, конечно, новые знакомства, интересные люди.

После окончания института не прошло и двух лет, но уже было ясно: Мирачевский – прирожденный руководитель. И не только потому, что умел организовать работу и, обладая поистине «звериным» чутьем, собрать сплоченный коллектив. Люди были Леониду интересны, их проблемы значимы: от заботливого (хоть и требовательного) начальника уходить никто не хотел.

Конец ознакомительного фрагмента.