Душенька
Шрифт:
— Господи помилуй, о чем это вы? Я тут гуляю с моей собакой, никого не трогаю. В чем дело-то?
— А зачем вы только что звали мою собаку?
— Простите, но я звала свою собаку.
— Угу... И как же ее зовут?
Постепенно до Артема стала доходить вся абсурдность ситуации: во-первых, откуда этой тетке знать, что рыжую бестию зовут Муся, ведь не сама же она представилась, а во-вторых...
— Вообще-то его зовут Мусс. У меня английский кокер-спаниель. Чемпион, между прочим, — не без гордости произнесла женщина.
Артем ошалело посмотрел
— Обалде-еть... Тогда зачем же вы кричали «Муся, Муся»?
— Ну, мы в семье так его зовем... Так просто удобнее, — пояснила тетка. И сочувственно спросила: — А у вас что, собачка потерялась?
— Да, смылась... — пояснил Артем и в сердцах добавил: — Зараза... И теперь меня ждет расстрел через повешение. Или наоборот...
— Постойте... так это ваша девочка, рыжая спаниелиха?
— Ну! Точно она! — воспрянув духом, воскликнул Артем. — Вы ее видели?!
— Да они тут с нашим Мусиком где-то бегают. Как-то, знаете, сразу подружились...
— В смысле? — заподозрив нехорошее, спросил он.
— Да вы не волнуйтесь... Щеночки качественные получатся, я вам это гарантирую. И даже помогу их пристроить, если что... Я давно уже спаниелей развожу.
— А кроликов вы, случайно, не разводите?
Собачница пожала плечами, не оценив каламбура.
— При чем тут кролики? — пробормотала она.
Артем достал из кармана пальто пачку сигарет и закурил. Теперь он точно знал, что жить ему осталось не долго. Точнее — до первых признаков беременности у Муси. Как это, интересно, проявляется у собак?.. Или, может, лучше сразу признаться? Ибо ожидание смерти хуже самой смерти.
— Как вас зовут? — спросил он у женщины.
— Анфиса Терентьевна.
— Анфиса Терентьевна, я вас ненавижу.
— Да за что ж так? — с иронией спросила она.
— Просто это не моя собака, и я не знаю, что мне теперь сказать хозяевам.
— О-ой, молодой человек, ну что так убиваться-то... Кстати, как вас?
— Артем.
— Темочка, да не переживайте вы. Я оставлю вам мои контакты, пусть хозяева мне позвонят, если вдруг какие претензии. В конце концов, не век же ей в девках ходить... Природа, знаете, свое требует.
— Вам виднее, — съязвил Артем.
— Не переживайте. Мусик — опытный кобель, у него уже было много вязок, так что все с вашей дамой будет в порядке. Вот вам моя визитка, если что, звоните.
Она вынула из нагрудного кармана замызганного пуховика, который когда-то был голубым, визитку со своими телефонами и адресом. Артем взял. Что еще ему оставалось делать?
— Муся! Муся! — опять принялась звать Анфиса Терентьевна. — Ко мне! Ах ты, паразит рыжий! Ко мне! Муся!
Примерно через минуту к ним подбежали, виляя короткими хвостиками, два совершенно одинаковых с виду рыжих кокера, все в снегу. Правда, один из них сразу стал ластиться к хозяйке.
— Мусенька, мальчик мой, — ласково проговорила женщина, трепля собаку по боку. — Обесчестил девушку, охальник. Казанова ушастый... Ну все,
И они пошли к подъезду. Артем выбросил окурок и тоже позвал Мусю, которая с отрешенным видом, вся в своих женских думках, прогуливалась в сторонке. Не доверяя этому спокойствию, он, уже наученный горьким опытом, подхватил собаку на руки и дворами отправился к дому.
Когда он вошел в квартиру и спустил Мусю на пол, из кухни вышла Людмила. Она уже хозяйничала там с утра пораньше.
— Тема! Ты с Мусей погулял! Вот молодец! А я думаю, куда Муся делась? Пойдем чай пить.
Артем чуть было с ходу не признался, что не такой уж он молодец, но не смог.
Он снял пальто, обувь и проследовал за Людмилой на кухню. Отец еще спал, Сани тоже не было видно. И в его душе затеплилась надежда, что эта милая женщина, новая отцовская жена, не прибьет его сразу, когда он расскажет, что не сберег Мусину честь. А может быть, и вообще не прибьет. У нее ведь такие добрые глаза... Так он тешил себя, пока Людмила готовила завтрак. Даже выкурил сигарету. Потом, когда она поставила перед ним на стол чашку с крепким, свежезаваренным чаем, Артем решился. Перед смертью не накуришься.
— Тетя Люда, — начал он и замолчал.
— Что, Тем? — Она села напротив.
— Я... это... ну... короче... Муся теперь того...
— Чего?
— Ну, в общем, когда мы гуляли, она сразу сбежала, а я пошел ее искать, и вот...
— Что, Темочка?
— Нашел.
— Ну и замечательно. Да ты не волнуйся. Она всегда убегает и носится, пока ей не надоест. Ничего страшного. Потом сама возвращается.
— Ну, я думал, что она совсем убежала. Искал, искал... Короче говоря, тетя Люда, у вашей Муси щенки будут.
К его немалому удивлению, Людмила принялась хохотать. Артем секунды три недоуменно смотрел на нее, а потом на душе у него стало так легко...
— Господи, ну наконец-то нашелся герой! Кто же этот смельчак? Небось какой-нибудь дворянин?
— Да нет, тоже спаниель. Такой же рыжий. Как там они называются... кокер... английский...
— Фантастика!
— Там у меня в кармане пальто визитка хозяйки, она сказала, что он у нее какой-то чемпион... Анфиса Терентьевна ее зовут, просила, пусть хозяева позвонят... если что, она поможет пристроить щенков.
— Ой, надо ей обязательно позвонить! Мы ведь должны будем ей одного щеночка отдать. Так принято... А остальных уж себе оставим... Господи, вот радость-то!
— Что за радость? — поинтересовалась Саня, потягиваясь в дверях.
— Муся повязалась! — сообщила Людмила.
— Да ладно, — не поверила Саня. — Когда это она успела?
— Долго ли умеючи? — буркнул Артем.
— Умеючи — долго, — глянув на него в упор, с вызовом произнесла Саня.
На ней было дивное, суперсексуальное неглиже. Он судорожно глотнул и увел взгляд в сторону. Сколько она еще будет над ним издеваться? Эта воительница что-нибудь слышала о Женевской конвенции?