Чтение онлайн

— У меня длинные гастроли…

— По Штатам?

— Да, я хочу проехать страну от Восточного побережья до Западного. Возможно, Пэт присоединится ко мне через несколько дней. У нее контракт с музыкальным журналом.

Сандра не сказала Говарду о звонке Пэт.

— Отлично. Привет ей и малышке. — Она протянула Говарду руку, но тот наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Пока, милочка.

А потом, в один печальный день, раздался тот звонок Говарда.

С той самой минуты жизнь Сандры Мередит уже никогда больше не была

прежней. Не могла.

Ты готова к такому повороту судьбы? — спросила себя Сандра рано утром, когда после ночного тревожного сна наконец полностью осознала произошедшее. Так с ней было всегда — она просыпается и, еще не открывая глаз, «ощупывает» новое утро. Что сегодня ждет ее? Что предстоит сделать, с кем встретиться? Чему порадоваться?

События предстоящего дня проступали с отчетливой ясностью, Сандра понимала: прошедшая ночь явилась границей, за которой открывается новый мир, и она, Сандра Мередит, должна вступить в него. Но в этот ли мир она стремилась? Или помимо ее воли в этот мир закидывает ее Судьба?

Впрочем, одернула себя Сандра, Судьба приводит человека именно туда, куда он подсознательно стремится.

Она приоткрыла один глаз, потом другой. Не этого ли повтора или точнее зигзага я ожидала — и давно? Но не с того же дня, когда мы с Пэт обменялись подарками?

Ох, Сандра, тебе самой впору отправиться на прием к психоаналитику. Только вот что нового он скажет? Разве ты сама не все знаешь? Да, конечно знаю, но боюсь признаться себе, сформулировать, если угодно, уже давно известное.

Что же это, Сандра?

Не хочешь ли сказать, что, если бы Говард Нистрем был тебе несимпатичен, ты никогда бы не предложила частицу себя соединить с частицей его? Не был ли тот поступок сублимацией желания, задавленного в себе самой?

Конечно, она могла попытаться оттеснить Пэт Трифиро и увлечь Говарда собой, добиться полного единения с ним, с его телом в реальном мире, а не в виртуальном, хотя чашка Петри — вещь вполне осязаемая. Потом Сандра заставила себя вытеснить из головы все мысли о Говарде. Он для нее — муж Пэт, и больше никто.

Но из подсознания она не могла его изгнать. Любой психоаналитик скажет: твой час пробил. Ты ведь этого часа ждала, Сандра?

Она хорошо помнила разговор с доктором Софи, которая участвовала в их с Пэт деле. Сандра сумела расположить красивую немолодую женщину к откровенному разговору.

— Я понимаю тебя, Сандра, и понимаю твою подругу. Но ты должна знать: если природа чего-то не хочет дать женщине, ее можно, конечно, заставить. Вот и мы смоделируем в теле Пэт то, что должна была сделать природа. Но если природа упрямится, стало быть, у нее на это имеются особые причины. И эти причины, нам неведомые, мы не устраним. Мы не боги.

— И.., что будет?

— После такой гормональной атаки у женщин

вроде Пэт в полтора раза чаще возникает рак яичников.

— И.., как скоро?

— Трудно сказать, но я бы посоветовала тебе не упускать ребенка из виду.

Сандра не забыла, как похолодели у нее руки. Однако она отмахнулась от внезапно пришедшей в голову мысли: так что же, пускай и с благими намерениями, но я сокращаю дни жизни Пэт?

— А.., чьи гены будут работать в ребенке?

— Твои, детка. И его. Отца. Сердце Сандры вылетело бы из груди, если бы не застряло в горле.

— Но.., ведь Пэт будет его вынашивать? Доктор Софи пожала плечами.

— Она лишь сосуд. И только.

— Но.., ребенок будет здоров?

— С точки зрения современной медицины, в общем да. — Доктор Софи помолчала. — Но у меня есть собственная точка зрения. Ты ведь знаешь, мы кладем женщин на сохранение, если они не могут выносить ребенка. Мне это не нравится. Я точно знаю: природа отторгает только больное и несовершенное. А мы с помощью медицины заставляем это несовершенное и больное выживать, жить. Больное потомство дает подобных себе детей. Вот поэтому из поколения в поколение появляется все больше больных людей и все разнообразнее болезни. Все больше нужно изобретать лекарств.

— Вы хотите сказать, что…

— Я хочу сказать, можно заставить природу покориться. Но она уступает человеку только на время.

Вспоминая сейчас, через восемь лет, этот разговор, Сандра больше не удивлялась — настоящие профессионалы редко ошибаются.

Итак, ей надо быть очень внимательной к Келли. Конечно, она не упустит ее из виду, чего бы это ей ни стоило.

Сандра соскочила с кровати и почувствовала привычное тепло пушистого ковра. Все, как всегда, и то же солнце за окном, обещающее прекрасный день, ясный, нестерпимо ясный по сравнению с тем, что сейчас творилось у нее внутри.

Душ всегда помогал Сандре вернуться к себе самой из любого жизненного переплета. Вода смывала все следы на теле и прочищала мысли в голове.

А Дуглас Скотт? Как теперь поступить с ним?

Вода лилась по телу, охлаждая кипевшие в нем страсти. Что ж, Сандра, надо признаться себе, ты была с ним так долго еще и потому, что он не претендовал на роль мужа. В модели собственной жизни, которую ты выстроила, было место именно для такого мужчины.

Так что же теперь? Я должна расстаться с Дугом?

Вода лилась, смывая пену, окутывая ароматом ромашки. Сандре вспомнилось ромашковое поле близ загородного дома Пэт, сама Пэт с ромашковыми локонами, развевающимися на ветру.

А потом ей привиделся Говард, игравший «Двойной марш», послушав который они с Пэт решились на поступок, так круто изменивший их жизнь. Всех троих.

Говард с обнаженным торсом и в шортах. Его инструмент. От одного взгляда на него у Сандры в голове начинали тесниться фантазии, в которых даже себе она не желала признаваться.