Чтение онлайн

— Роб сказал, что через максимум три недели я уже буду как новый! — Чейс улыбнулся.

— Да я знаю, тебе нужен покой. — я взяла его за руку.

— Мне нужна ты.

— Чейс, мы об этом уже разговаривали.

— Да, знаю, но я не собираюсь скрывать своих чувств! Я хочу, чтобы ты знала, я люблю тебя, и всегда буду любить... ты всегда можешь на меня положиться. Я всегда буду рядом,

чтобы не случилось. А с Майком все будет хорошо, я обещаю, я найду его! И... вы снова будете счастливы. Я в этом уверен, — он посмотрел на меня, на его красивом лице играла улыбка, а в глазах застыла боль.

— Чейс, мы больше не будем вместе... никогда... все кончено...

— Но... ведь ты любишь его!

— Да, я всегда его буду любить и поэтому желаю Майку счастья. Пусть не со мной... главное, чтобы ему было хорошо... а я переживу... как-нибудь... — по щекам потекли горячие слезы, — Чейс, тебе нужно отдохнуть.

— Да... да... — его глаза уже начали слипаться — Но... — он посмотрел на меня с надеждой, — Я хочу, что бы ты побыла со мной... хочу чувствовать твое тепло, биение твоего сердечка, ощущать твой чарующий запах, видеть твое лицо... — он посмотрел на меня.

— Конечно! — я обошла кровать и легла с ним рядом, положив голову ему на плечо... Чейс нежно поцеловал меня в макушку и глубоко вздохнул.

Тишина комнаты, покой... два человека вместе... два мерных сердцебиения, дыхание в унисон... общая боль... разбитые сердца... пустота и темнота, в которую они идут рука об руку... забвение... сон.

28. Вопросы

5 апреля, воскресение.

Мне приснился жуткий сон, самый ужасный, который я только могла себе придумать! Приснилось, что я и Майк расстались. Что он избил Чейса, и мне не хило досталось, а за-тем он исчез.

Еще даже не открыв глаза, почувствовала мерное дыхание, сердцебиение любимого. Чуть потянувшись, из груди вырвался вскрик – адская боль пробила живот – уходя в грудную клетку, в ритме биения сердца. От невыносимой боли – меня сложило напополам! Тихо скуля, пошарила взглядом по сторонам. Где я? Передо мной, мирно спал Чейс.

Все тело прошибла дрожь, значит, это был не сон! Я не верила своим глазам, но вот не-выносимая, пульсирующая боль в животе – она была реальна!

Часы на стене показывали час дня. Что? Час дня? Ничего себе я поспать, Чейсу то – понятно, вкололи обезболивающее, но я? Глаза опухли и болели от слез.… Очень медленно вдохнув порцию кислорода, закрыла глаза от боли, слезы брызнули, выдохнула медленно – порционно. Я лежала на кровати не подвижно, чтобы лишний раз не вызывать приступы боли.

В этот момент быстро и беззвучно распахнулась дверь в комнату, на пороге показался Ник. Его лицо выглядело потерянным и расстроенным. Вбежав в комнату, остановился, медленно подойдя к кровати, осматривая нас. Я из последних

сил приподнялась на локтях, из глаз с новой силой потекли струйки горьких слез, — Ник, только не ори, Чейсу вкололи обезболивающее – он спит.

— Кира, я потерял тебя! Приехал сюда, Мэри мне рассказала, сто произошло, но я, ни черта не понял! – он явно был испуган и тяжело дышал.

— Никит, я не могу двинуться, все болит, – снова боль, — Вылечи меня, — как можно тише прошептала ему. В этот момент в дверях появилась обеспокоенная Мэри.

— Да – да, конечно. Я понял тебя! — он подскочил ко мне, взяв на руки, — Мэри, Киру нужно уложить на кровать…

— А?.. да, сейчас… отнеси ее в комнату Майка, она здесь, не далеко, – Мэри выскочила из комнаты, показывая направление, — Может, что-нибудь принести, или вызвать врача? Я быстро! – ее лицо выражало беспокойство и страх.

— Нет Мэри, спасибо. Просто нужен покой, я посижу с ней, — Ник мягко улыбнулся женщине, укладывая меня на кровать. Мэри понимающе вышла из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.

— Сейчас Кир, сейчас станет лучше, только покажи, где именно болит, — я не без труда положила руку на живот. Ник поняв, задрал рубашку и безрукавку – оголив мне живот, от чего его глаза округлились, – Кира, да у тебя же сплошной синяк! Не удивлюсь, если отбиты внутренние органы! — краем глаза посмотрела на живот – это был сплошной синяк, черно-красного цвета, с паутинками кровеносных сосудов «Ого! Не хило меня приложили».

Никита, приложил ладонь к моему животу, сильно закрыв глаза, лишь губы говорили что-то в немом звуке. Через минуту почувствовала что-то теплое в области живота, затем даже горячо. Затем Никита убрал руку, посмотрев – черноты на коже уже не было, лишь фиолетово-желтый синяк, боль стала меньше, уже могла дышать.

— Кирюш, я сейчас тебя заберу домой, придется полежать дня три, чтобы все зажило. Я прослежу за этим, — он улыбнулся, закрывая мой живот рубашкой, — И ты мне все расскажешь, я хочу услышать правду от тебя.

Я утвердительно мотнула головой.

Ник, взял меня на руки и вынес из комнаты, попрощавшись с Мэри и Тедом, усадил в машину.

***

— Кир, теперь рассказывай, а иначе, я уже не знаю, что и думать! – Никита уселся рядом со мной на кровати.

Я тяжело вздохнула, кутаясь в одеяло.

— Началось все с того, что Кай вчера рассказал, что Майк ездил в Лос – Анжелес, не к нему, а его сестре Мишель. Представляешь? – на мои слова, Ник широко раскрыл глаза от удивления, — Да. Майк мне все время врал. Они обручены, – промямлила я всхлипывая.