Draco Veritas.doc
Шрифт:
лицом чужака: она знала о том, что под глазом у него
вздохнуть —
она
всегда
надеялась,
что
он
шрам — но не ведала, откуда тот взялся.
не догадывается о её чувствах к нему. И то, что это
— Я всегда говорил, что ты такая же, как я.
оказалось не так, выбило девушку из колеи. Терпение
Блез засунула его записку в рукав.
с грохотом лопнуло, и она взорвалась:
— Я отправлю сову. Расскажу,
— Люблю тебя? О, ну, конечно же! Но это
Джинни, — он кивнул, к её удивлению, вдруг коснулся
не значит, что я ослепла от любви и не вижу, кого
её лица и, откинув волосы, поцеловал в щёку. В этом
именно люблю. И не понимаю, что ты чувствуешь ко
поступке не было ничего романтического, но она была
мне. А ты меня не любишь.
просто потрясена. — Спасибо. Только никаких про— Да, не люблю.
зрачных трусов.
— То-то и оно. Может, я решила тебя так наказать.
— Договорились, — слабо улыбнулся Драко.
Или ненавидела тебя — чуть-чуть — за то, что ты меня
Блез развернулась и пошла прочь, когда её вдруг
не любишь? Знаешь ли ты, каково это — любить того,
окликнули. Не Драко. Это был женский голос. Поверкто не любит тебя?! Чтобы понять, через это нужно
нувшись, она увидела торопящуюся к ней Гермиону,
пройти. Можно подумать, что ты мне всё рассказывазакутанную в тёмный зимний плащ.
ешь.
— Тебе чего? — нахмурилась Блез.
Драко молчал, глядя в сторону, и молчание было
Чуть запыхавшись, Гермиона остановилась перед
куда страшнее, чем, если бы он перебил или заорал
Блез и подняла голову.
на неё.
— Хочу показать тебе вот это, — Гермиона откину— Ах, да — ты же ненавидишь, когда тебя в чём-то
ла назад капюшон, и зелёные заколки сверкнули в её
обвиняют, — горько вздохнула Блез. — Как же я могла
буйных локонах. — Я хочу, чтобы ты знала, что я ношу
позабыть?
их.
— Дело не в этом. — Драко поднял глаза, и у неё
— Замечательно. Приятно видеть, что не все грифпоявилось ощущение, что он заметил её только сейчас.
финдорцы
законченные
идиоты,
как
кажется
— Просто, мне никогда не приходило в голову, что я
на первый взгляд.
с тобой поступаю неправильно. Прости.
Гермиону не смутили резкие слова, что позволило
Блез замерла. Какая-то часть её упиралась,
Блез предположить, что та уже привыкла к выходкам
не желая принимать извинения, — после всего того,
Драко.
что он сделал с её любовью, это казалось сущим
тяком. И она всё ещё злилась. С другой стороны, деБлез было нечего сказать — она молча кивнула и
вушка была вынуждена признать, что он не заставлял
быстро пошла прочь, чтобы Гермиона не успела замееё влюбляться, — она сама сделала выбор, ведь он
тить, как покраснела слизеринка. Ведь слизеринцы
спас её. А ещё он был чудо, как хорош, а она — достане краснеют.
точно неугомонна и всегда хотела чего-то «этакого». И
он как раз и был «этаким».
* * *
— Может, ты захочешь помочь и моим друзьям? —
спросил он.
Гарри никогда в жизни не задумывался о том, ка— Только не надо пытаться меня оскорбить, —
кими могут быть номера в волшебном борделе, так что
вскинула подбородок Блез — Я им уже помогла.
первая мысль при взгляде на них была довольно
— Да, я в курсе, что ты выяснила, где находится
странной: «Никогда бы не подумал».
Нора. Сможешь ещё раз найти туда дорогу?
И впрямь, — даже в том лихорадочном обалдении,
— Если в этом есть необходимость.
в котором он находился, Гарри поразился пустоте,
— Есть. Я бы хотел, чтобы ты переговорила
столь бросающейся в глаза, по сравнению с богатством
с Джинни.
и яркостью коридора. Провожатый подвёл его к двери,
Блез внутренне передернулась. Да, Гермиону она
номерок на которой сообщал, что это комната 34. Замне любила, но, скрепя сердце, всё же уважала. Как ни
ка не было: юноша тронул кубиком дверную ручку, и
крути, та была исключительной. А бестолковая Джинни
дверь распахнулась.
Уизли и то, как она пялилась на Драко… — её от этого
Обстановка внутри была строга в своей лаконичнопросто тошнило.
сти:
деревянные
стены
и
пол,
камин.
Стол
— И о чём же я должна с ней разговаривать?
с элегантным золотым письменным прибором — перо,
чернильница, пергамент. Окно, задрапированное тяжёwww.yarik.com
Cassandra Claire
Draco Veritas
263
лыми шёлковыми занавесками, не пропускающими
Юноша поднял к нему лицо.