Чтение онлайн

– Берем что-нибудь? — спросил Володю из окошка продавец.

– Да, — сказал Володя. — Только… что ты, брат, посоветуешь? Чтобы не травануться?

– Хм, — сказал продавец. — Ты как с Луны свалился. «Свинячье говнище», что ли, возьми. Сорок пять рублей…

«Была не была!» — подумал Володя, нащупал в кармане одну из тысячных купюр и положил на затертое блюдце в окошке. Продавец на секунду-другую слово онемел.

– А что ты мне даешь? — неприязненно спросил он. — Это разве деньги?

«Что и требовалось доказать», — подумал Володя.

– Да вы все тут поохуевали, — заорал продавец. — Фальшивомонетчики, блядь, ебаные. Где ты, сучара, зеленую тысячную видел?

– Ладно, брат, проехали, — поморщился Володя. — Извини…

– Извини, блядь?! — взревел продавец. — Я тебя сейчас, суку, по ебалу извиню!

Продавец — здоровенный амбал, выпрыгнул из боковой двери ларька. Володя выдохнул и принял боевую стойку. Руками и локтями прикрыл лицо. Коленом яйца.

Однако нападения так и не последовало.

– Володька?! — вдруг ахнул продавец. — Володька! Ёбаный стыд!

Голова закружилась. «И здесь меня, что ли, знают?» — подумал Володя.

– Это же ты, брат! Откуда ты взялся? Ни хуя себе! Сам Высоцкий!

– Э-э… ты меня знаешь? — осторожно спросил Володя.

– Да кто тебя не знает?! Тебя ведь так ждали! Кто обещал вернуться? А?!

– Я? Обещал?

– Да! — с неподдельной радостью завопил продавец. — Кто говорил: «Я, конечно, вернусь»? Мы же все помним!

– Э-э…

– Так подожди… Я тебя первый, что ли, узнал?

– Ну, вообще-то, да…

– Аааааа!!! — от исторгнутого продавцом крика радости Володя даже содрогнулся. — Я!!! Первый!!! Встретил!!! Высоцкого!!! Володька, родной, давай я тебе, что ли, налью?! Да не шмурдяка, а вискаря! Вискаря! Будешь ведь?

– Ну… буду…

– Меня Серегой зовут! — сообща продавец, протягивая Володе пластиковый стаканчик с виски. — На, пей, Володя! За тебя, родной наш! И я первый, первый тебя встретил!

– Да прекрати ты, — поморщился Володя.

– Не прекращу, Володенька! Жизнь прожита не зря, получается!

Серега залпом проглотил виски и вдруг заорал, казалось, на всю площадь:

– ЛЮ-Ю-Ю-ЮДИ!!! ВЫСОЦКИЙ ВЕРНУЛСЯ!!! СЮДА, БРАТВА!!!

«Мамочки, что же я здесь такого натворил?» — успел подумать Володя.

А потом к нему устремились со всей площади. Ему жали руку, хлопали по плечам. Кто-то с ним фотографировался. Кто-то просто — фотографировал его. Сверкали вспышки.

– Во-ло-дя! Во-ло-дя!!! — скандировала толпа.

Кто-то тянулся к нему с иконкой, на которой…

«Ну, вот это уже полная хуйня!» — подумал Володя.

На иконке был изображен он сам. Он сидел с гитарой, в рубахе. Изображение было обрамлено крестами и завитушками.

– Во-ло-дя!!! Во-ло-дя!!!

Толпа прибывала. Сигналили автомобили.

Откуда-то сыпались цветы.

Вискарь растекся по жилам жидким огнем. Володя вновь начал соображать.

– Мужики! — поднял он над головой руку. — Братва! Я рад вас видеть! Очень рад! Но у меня есть проблема!

– Говори, Володя!

– Надо разобраться с одними пидорами…

…Изнуренный мент, получив от кого-то по ебалу, отлетел к стене каморки и сполз по ней бескостной медузой. Прыщавого пиздили мордой об стол. В каморке находился еще какой-то мент. Он начал было стрелять из автомата. Его повалили на пол, стали до смерти забивать ногами.

– Маша! — Володя, с цветами в руках, прошел через расступившуюся толпу. Туда, где в зарешеченной, провонявшей бомжатиной, каморке сидела девушка в голубом плаще. — Маша! Я вернулся! Пошли…

Он протянул ей руку. Маша приняла ее не сразу. Несколько секунд все-таки подумала.

– Ура! — вопила толпа.

– Мужики! — рявкнул Володя. — Теперь такое дело… Надо нам с девушкой… отсидеться где-нибудь. Кто может посодействовать?

– Ко мне! Давай ко мне! — слышались крики.

Сквозь толпу протолкался крепкий мужик с лицом, покрытым шрамами.

– Володь! А то ко мне поехали! Тут недалеко, в Кунцево. И я на машине! Поехали?

По щетинистым щекам мужика катились слезы. Володя понял, что этот человек будет не просто счастлив его принять. Его счастью не будет предела. Он охуеет от счастья.

– Поехали, брат, — сказал Володя.

– Во-ло-дя!!! — скандировала толпа. — Во-ло-дя!!!

– Что ты с ними сделал? — спросила ошалевшая Маша.

– Да я и сам не пойму, — ответил Володя.

Мужик со шрамами вел их к здоровенному джипу, припаркованному на площади.

Джип несся по проспекту. Заплаканный от счастья водитель радостно сигналил. Ревели многочисленные автомобили, составившие импровизированную кавалькаду. Машины были все больше неприглядные, побитые ржавчиной, помятые, с треснувшими стеклами.

– Господи Боже! — бормотал водитель. — Я же теперь на всю жизнь счастлив. Кого я везу!

Пятнадцатиэтажный дом, к которому подъехал джип, выглядел ужасающе — серый, с неопределенными бурыми потеками по фасаду, подслеповатыми окошками и крошечными балкончиками.

– Ну и дыра, — сказала Маша, всю недолгую дорогу молчавшая.

– Уже не дыра! — восторженно заверил здоровяк. — После того, как вы побываете у меня в гостях, мой дом станет святым местом!

Володя всмотрелся в его лицо. Нет, здоровяк не шутил, а говорил очень даже искренне.