Down. down.down

Дело, конечно, спланировали впопыхах. Нюансы учли не все. «Планов-бэ» — не проработали. Поэтому в какой-то момент события вышли из-под контроля.

Как поезд, сошедший с рельсов и понесшийся куда-то в ебеня.

Или как загнанный охотниками волк, вопреки своей природе решившийся прыгнуть за расставленные флажки.

Действовать так, с бухты-барахты, было вопиющим непрофессионализмом. Но заказ возник неожиданно, и времени на его проработку у Володи и его парней просто не было.

Работали втроем.

Володя — главный в тройке, сидел за столиком умеренно засранной кафушки на «Щелковской», недалеко от автостанции, и накачивался водкой. О том, чтобы остаться на ногах, он не думал, поскольку по своему опыту знал, что когда об этом думаешь, то как раз и нахуяриваешься до полного безобразия.

Денег, в принципе, хватало и на виски «Ред лейбл», однако бутылка на стойке была початой. Значит, не сомневался Володя, разбавили. Чем — не хотелось и думать.

Заведение было с претензией на приличность. Однако подлинная, рыгаловочная сущность, нет-нет, а просачивалась. Так, столы накрыли скатертями, однако стулья перед ними были пластмассовыми. У сортира воняло давней блевотиной. В европотолке не хватало нескольких панелей.

Володя пил, стараясь не смотреть на соседний столик, за которым сидел Игорек в обществе старой, чванной и потасканной дамы лет пятидесяти. Волосы мадам напоминали блеклую мочалку. Очки с выпуклыми линзами делали соседку Игорька похожей на раздувшуюся и мутировавшую муху-цокотуху из детской сказки.

Деликатный, вкрадчивый, с сексуально небритым подбородком и глазами с мутной поволокой Игорек женщинам подобного рода очень нравился. Они от него просто-напросто млели. Игорек мог бы процветать в качестве альфонса, но, увы, сидел на героине, а такое стерпит не всякая. За дозой Игорек ездил на «Чистые пруды».

Сейчас к нему неотвратимо приближалась ломка. Денег на поправиться пока не было. Поэтому Игорьку не оставалось ничего, кроме как активно переходить в наступление.

Ухоженная ладонь Игорька уже лежала у старой проститутки на бедре. Володя не столько видел это, сколько угадывал по конфигурации теней.

Глаза Игорька затянула мутная, как у теляти, поволока. Он с тоской смотрел на Володю.

«Слышь, чувак, ты уверен, что мне так уж сильно надо это тискать?» — немо вопрошали его глаза.

Володя залпом махнул рюмашку и опустил веки: «Давай, мужик! Все, как оговаривали…»

Изначально Игорек должен был работать в прикрытии. Но сам напросился на передовую. Ясен-красен, не подумал. Кто ж виноват. Делай. Пацан сказал, пацан ответил. Иначе нельзя.

Потасканную мадам звали Анной. Она была целью комбинации, разработанной Володей. У Анны было кое-что, что очень интересовало заказчика. Это кое-что лежало не то в сумочке, не то где-то в карманах. А карманов, как на грех, было много.

Пара на жакете. Еще на брюках. Поди разберись, где искать.

Времени оставалось совсем немного. Минут десять, если повезет — пятнадцать.

Успехи Игорька были пока что минимальны. Положил ладонь на ляжку, только и всего. А, между тем, согласно плану, он уже должен был завести Анну в сортир под предлогом выебать. Ну, а там… Там — экспромтом. Можно было и выебать. Но лучше — по жбану и обыскать.

Третий человек из их бригады тусовался на улице, проверяя, чтобы с той стороны не возникли неожиданности.

Третьего тоже звали Володькой. Но в бригаде его прозвали Тротилом. За взрывной характер и невероятную физическую силу.

Все началось этой ночью.

Володя ночевал в офисе, на жестком диване. Собственно, даже не спал, а именно «ночевал». Ворочался. В тело впивались пружины. Сон не шел. Иногда нахлестывала какая-то муть, назвать которую сном было все равно, что соитие с надувной куклой — сексом.

Раньше в офисе детективного агентства, директором которого был Володя, размещался магазин бытовой химии. Торговая точка проработала недолго, зато пронзительным запахом хлорки, стирального порошка, средств для мытья посуды и прочей химической дряни помещение провоняло на годы вперед. Володя думал, что привык к этому запаху. Как выяснилось, заблуждался.

Единственным плюсом химического зловония было то, что тараканы, пауки и прочие букашки обходили офис детективного агентства «Место встречи» дальней стороной.

Своей квартиры у Володи не было, даже съемной. До поры до времени в собственной жилплощади нужды не возникало. Бабы Володю любили и приглашали пожить. Если баба была не страшная, и не психованная, Володя от приглашения не отказывался.

Последней в списке Володиных квартир была Маринкина, расположенная неподалеку от Измайловского парка, с видом на лесок. Так получилось, что задержаться там пришлось на полтора года. Даже офис Володя снял неподалеку, на «Первомайке».

Однако длительные отношения губительны для женской психики. Все чаще Маринка стала закатывать скандалы. Ей не нравились Володины пьянки, распиздяйство, малые заработки. Маринка строила на него далеко идущие планы, хотела — х-ха! — сделать его заурядным овощем, в костюмчике, галстуке. Ебучим офисным планктоном хотела сделать. Маринка мечтала о детишках, поездках в Тунис и Анталью и прочей мещанской хуйне.

Вечером они поговорили по душам. Вернее, фаза разговора оказалась не долгой. Уже через минуту-другую они орали друг на друга. Маринка сорвалась на визг, слезы. Володя тоже психанул, двинул ее кулаком в челюсть, а потом, хлопнув дверью, отправился в офис. Вслед ему неслись проклятия и угрозы.

С неожиданной четкостью Володя понимал, что с Маринкой надо расходиться. Разрывы с женщинами не были для него в новинку. Новым стало то, что расстаться с Маринкой оказалось больно. В душе будто открылась саднящая язва.

Надо было поспать. Но сна-то как раз и не было.

Проворочавшись на диване до (примерно) шести утра, Володя встал и направился к компьютеру. Достал из ящика стола банку химического джин-тоника. Отрава, конечно, но с утра поправляет. А сейчас было как раз, можно сказать, утро.