Чтение онлайн

– Но что она здесь делает?
– спросил мужчина.

– Я не знаю, - ответила Паника.
– Но я собираюсь выяснить.

– Эбигейл!
– прокричал мое имя Гидеон, и я обернулась как раз вовремя, чтобы увернуться от стрелы Паники, полетевшей на меня.

Когда мои глаза встретились с глазами Паники, я направила свою собственную стрелу и отпустила её. Я наблюдала, как стрела летела прямо к Панике, не останавливаясь, пока не пронзила грудь. Она плакала, когда упала. Гидеон стоял где-то в дальнем конце поля боя, глядя на меня с шокированным

выражением.

У меня не было времени, чтобы наслаждаться своей победой, потому что вдруг я начала тонуть.

Я закричала, когда затягивалась в торнадо, крутящийся в земле.

– На помощь!

– Эбигейл!
– Села и Гидеон крикнули одновременно.

Я смотрела, как они бросились ко мне, убивая все на своем пути. Я кричала, когда попыталась освободиться от вихря, тянущего меня в землю.

Гидеон и Села были почти на полпути ко мне, когда Села закричала от боли от пронзившей её стрелы. Странно, что Гидеон тоже закричал, когда это сделала Села. Я наблюдала, когда Села и Гидеон упали на спину. Оба схватились за левое плечо, где стрела пронзила Селу.

Из ниоткуда возле Селы появилась Валоел. Гидеон с недоумением посмотрел на свое плечо и на Селу, прежде чем он встал и гневно бросил огненный шар в Боль. Пламя сбило Боль с ног, когда ударило его. Боль резко упал на спину и закричал. Гидеон метнулся ко мне снова, но торнадо начало выходить из-под контроля, а я стала погружаться все ниже и ниже.

– Гидеон!
– закричала я, когда утопала ещё глубже, пока вдруг все не потемнело, и я не оказалась в самой глубокой темноте, которую только можно себе представить.

Глава 42: Бессмертие.

Гидеон.

“Veni, vidi, vici: Я пришел, я увидел, я победил”.

Юлий Цезарь

– Эбигейл!
– крикнул я в темноту. Не было никаких признаков ее. Я последовал за ней в торнадо до его закрытия.

Я взмахнул руками, и шар света в форме полумесяца появился и слабо осветил место. Оглядевшись вокруг, я был удивлен, обнаружив себя окруженным тысячами и тысячами надгробий. Отвращение и тишина окрестностей не пугала меня, но мне было страшно подумать, что могло случиться с Эбигейл.

– Эбигейл!
– прокричал я снова. Я огляделся, отчаянно ища выход. Я хорошо знал Ди, поэтому я не собирался искать огромную дверь с мигающим знаком выхода над ней. Она любила играть в игры, и от взгляда на могилы вокруг меня, я понял, что она никогда не проигрывала.

Я пробивался через надгробия, зовя Эбигейл. На полпути, я почувствовал, как закрывался темный странный мир. Ангелы не должны дышать, чтобы выжить, но на этот раз, казалось, что я теряю свое дыхание и, возможно, свой рассудок.

– Эбигейл!
– прокричал я отчаяннее, а потом начал бежать через надгробия.

Эй. Кто там? Гидеон, ты меня слышишь? Валоел? Я услышал голос Тристана, кричащий в моей голове.

Тристан? Я позвал, наконец, потому что был рад услышать звук, даже если это был голос Тристана. Тристан, я тебя слышу. Где ты?

Я за красной линией,

ответил он печально. Ты в Подземной Мире?

Я был удивлен. Красная линия?

Красная линия была линией, которая отделяла живых от мертвых. Души пересекали её, когда входили в землю мертвых. Работа Ди была привести души к линии, чтобы они могли её пересечь.

Тристан, отойти от этой линии, предупредил я его.

Я не могу. Я пытался. Ди говорит, что только тот, кто живой может потянуть меня обратно в сторону жизни, или мой другой выбор - это пересечь её.

Клянусь, если я ее найду я…Я остановил себя, когда понял, как это прозвучало. Помнишь, как ты попал туда?

Тристан прошептал нет. Он огляделся. Я видел то, что видел он. Он стоял на поляне. Перед ним была красная линия, а за ним были тысячи надгробий.

Я знал, что нужно спасти его, для Эбигейл, но я не хотел этого. Мне не нравилось, и он почти поцеловал мою девушку, так что я был уверен, что никто не будет обвинять меня, если я не спасу его. Но тогда Эбигейл продолжала мелькать в моей голове. Я знал, что она будет расстроена, если Тристан умрет, и я никогда не услышу конец этого от Валоел, если я не спасу его.

Мне буквально пришлось ущипнуть себя, когда я понял, что нужно спасти Тристана.

Я тоже окружен надгробиями. Просто оставайся на месте, и я приду за тобой.

Ты идешь, чтобы спасти меня? Гидеон, я думаю, что ты становишься мягким, невесело сказал Тристан.

Не заставляй меня изменить свое мнение, предупредил я. Я спасал его, а не искал Эбигейл, но, возможно, сохранив его, у нас было бы больше шансов в её поисках.

Ты пришел сюда в одиночку? Спросил Тристан, когда я проделывал свой путь через надгробия, сбивая некоторые камни с моего пути.

Я хотел сказать ему, что пришел с тысячами воинов, но я знал Тристана. Я знал, что если бы он узнал, что только девять из этих воинов вернутся домой к своим близким, то это убьет его.

Да. Эбигейл и Валоел хотят, чтобы ты жил, так что…вот я здесь. Я солгал. Тристан был прав! Я становился мягким. Почему я вообще заботился об его чувствах?

Я бежал и бежал через то, что казалось бесконечным кладбищем, но я не мог найти Тристана. Я пошел по кругу. Почти половина надгробий лежало в руинах, потому что я разбил их на куски во время моего поиска. Я был весь в грязи, и не было никаких признаков Эбигейл или Тристана. Я схожу с ума, и сдаться не было вариантом.

Я мог бы просто пересечь и…

Не смей! Сердито закричал я. Я пришел сюда, чтобы спасти тебя, и я не уйду, пока этого не сделаю.

После того, как я сказал это, мы оба замолчали. Я думал только о пропавшей Эбигейл. Я даже пытался осмыслить почему, когда принцесса Села была ранена и упала, то я упал тоже.

Чувствуешь это? Тристан прорвался в мои мысли, проблеск надежды звенел в его голосе.

Я не мог почувствовать то, что он говорил сначала, но вдруг я почувствовал его присутствие. Я знал, что он чувствовал мое.