Домен
Шрифт:
— Ваша милость, — ко мне подбежал пацан, кажется, его зовут Фрон – внук нашей поварихи, — Вас господин барон кличет.
— Фиш, — окликнул я десятника.
— Чего изволите? — тут же отозвался ветеран. Видно было, что устал солдат. Вроде еще не старик, но и не мальчик уже в седле сутками под дождем трястись.
— Проследи с Зуримом, чтобы приняли все по описи. Устрой Ниру, прикажи, чтобы накормили прибывших с нами крестьян, и можете отдыхать. Да, если капитан Лазго будет требовать немедленного отчета, отправляй его ко мне. Ясно?
— Все сделаю, господин.
Отдав распоряжения, соскочил
— Позаботься о нем, — попросил я.
— А то как же. Даже не сомневайтесь, ваша милость, — конюх коротко поклонился и повел жеребца в сторону конюшни.
Я же направился к донжону. Люди приветствовали, кланялись. Я улыбался в ответ и еле сдерживался, чтобы не скривиться. Седло все-таки натерло зад, и идти ровно удавалось с большим трудом. Барон пограничья не должен выглядеть слабым, но как же хотелось, черт подери.
Скорым шагом поднялся по лестнице и скрылся от назойливого внимания за дверью.
Думал можно будет расслабиться, да куда там? Народу и здесь оказалось достаточно. Парочка дружинников отдали честь, стукнув кулаками себя в грудь. Вездесущие слуги делающие вид, что заняты работой и управляющий Корн подобострастно склонивший спину.
— Как съездили? — холодно осведомился он. По физиономии не понять рад или не рад моему возвращению. Мутный тип какой-то. С подобными перцами приходилось иметь дела в прошлой жизни. Хваткие и хитрые. За ними глаз да глаз нужен. Чуть отвернешься и все – тебя кинули на бабки. Допускаю, что ошибаюсь на счет управляющего, но все равно не чувствую к нему расположения, хоть ты тресни.
— Не очень хорошо, — признал я. — Столкнулись с темными тварями в Каменном. К сожалению шестеро наших воинов погибли.
— Просто ужас! — всплеснул руками Корн. — Совсем обнаглели. Надеюсь, вы не пострадали?
— Как видите, — я раздраженно похлопал зажатыми в правой руке перчатками о левую ладонь. — Прошу прощения. Меня дед ждет.
— Простите. Не хотел вас задерживать, — управляющий склонил голову и уступил дорогу. Я уже было поднял ногу, намереваясь сделать шаг, как Корн продолжил. — Только прошу вас не утомлять господина долгими рассказами. Он простудился и слег с жаром.
Вот козлина, — раздраженно подумал я. — Вместо того, чтобы сразу сообщить об этом, расшаркивался и тянул время. Дурак, что ли?
— Почему сразу не сказали? — все-таки не утерпел и спросил недовольно.
— Знахарка уверила, что опасность миновала и состояние всеми любимого господина, благодаря ее настойкам улучшилось, поэтому…
— К близору ваше мнение. Прикажите позвать Корниса, — и больше, не обращая на управляющего внимания, помчался наверх, в дедовы покои.
— Уверен, что все предусмотрел? — шепотом спросил подошедший сзади капитан Лазго.
— Уверен, — не оборачиваясь, так же тихо ответил Корн.
— Могли немного и подождать. За месяц-полтора никто не исчез бы, — выказал недовольство происходящим капитан.
— Тише, — предостерег управляющий и посмотрел на суетящихся служанок – не слышат ли? — Нашел место для обсуждения.
Вчера прибыл из Каменного вестник с донесением от старосты, всего на день, опередив медленно плетущийся караван Грава Ласкона. В
Управляющий еще раз вспомнил корявые строчки, выведенные малограмотным Ролом.
Староста поведал на куске кожи, что молодой барон встречался с мутантами. И не с кем-нибудь, а с самим вождем племени Рысей. Корн сразу понял: вот он – шанс завладеть землями и замком. Стройный план разом возник в голове, будто снизошло благословение свыше. И то верно. В его руках баронство снова расцветет и разбогатеет.
Несмотря на поздний час, Корн сразу отправился к Лазго, чтобы обсудить детали созревшего плана и заручиться поддержкой. Тем более капитану отводилась одна из ведущих ролей. Задумка была простая и вместе с тем в ней имелись подводные камни. Нужно было учесть каждую мелочь, потому что второй попытки совершить переворот просто не представится.
Очень вовремя барон слег с жаром, и управляющий решил воспользоваться немощью владетеля и подсыпать в пищу давно им прикупленный яд. Дирек Ласкон просто заснет и не проснется. Никто не удивится его смерти. Что может быть естественнее, чем уход из жизни старого и больного человека?
Дальше, все немного сложнее. Не смотря на то, что барон прилюдно передал власть внуку, по закону, пока наследнику не исполнится девятнадцать, окончательные решения должен принимать опекун. И вот тут-то и кроется опасность. Жорэс Маргрон может воспользоваться моментом и потребовать передать бразды правления до совершеннолетия Грава ему. Остальные бароны и пикнуть не успеют, как мальчишка «упадет с лошади» и замок, за неимением других приемников перейдет в собственность опекуна. Все в рамках закона.
Вот чтобы этого не случилось, Корн, отправил личного слугу в земли соседей. А именно в деревню Сыпь, за жрецом-настоятелем расположенного там небольшого прихода, где ведутся службы во славу бога Изнера – покровителя ремесел и законов.
Только его жрецы могли совершить обряд совершеннолетия раньше назначенного срока. Подобные прецеденты в истории изредка случались. В основном, когда ждать дня рождения оставалось недолго и существует угроза потерять имущество в пользу посторонних заинтересованных лиц. В этом случае жрецы Изнера не отказывали в просьбе. Случай с младшим Ласконом, как раз подходящий.
После свершения обряда уже взрослого Грава можно будет смело обвинить в сговоре с мутантами, благо свидетелей его встреч достаточно. Многие еще помнят что случилось, когда владетели в последний раз имели дело с отродьями из-за реки, поэтому роптать сильно не станут, когда Капитан Лазго вызовет мальчишку на поединок чести и прикончит.
После его смерти все вопросы решит золото. За годы удалось скопить больше тысячи корон. Этой суммы вполне достаточно, чтобы откупиться от притязаний Маргрона, и заткнуть рот баронам помельче. Все признают его права на бесхозное, нищее владение. И когда это случится, возникнет новая династия баронов пограничья, родоначальником которой станет он – Корн Вардон.