Дом
Шрифт:
Итон усмехнулся своим мыслям. В следующий раз мачеха поселит его во флигеле слуг?
— миледи, приказала подготовить для вас лучшие комнаты. Вряд ли господа ожидают увидеть именно вас в роли гостя, которого все так ждали.
— так прямо и ждали, — саркастически усмехнулся Итон
— да, господин.
— этого не ожидает никто в этом доме, так ведь, мой старый друг, — пройдя следом за дворецким в комнату, Итон взглянул в покрытое морщинками лицо бывшего наставника.
Повинуясь воле мага, дверь захлопнулась, и вокруг них упал полог тишины.
— так, господин, вы правы, — кивнул дворецкий.
— итак,
— миледи последние три недели только тем и занята, что муштрует мисс Оливию, видимо желают произвести на императорского посланника впечатление. Это самое малое. Сегодня с самого утра весь дом вверх ногами. Дамы готовились… Матримониальные планы тоже в чести, я полагаю.
Итон усмехнулся и взмахом руки высушил плащ. Снял его и взглянул в ростовое зеркало напротив. Взмах руки, вспыхнувшие в воздухе символы и дорожный мундир офицера его Императорского величества заблестел как новый. Пропали помятость и запыленность, пара пятен. Вспыхнули в свете свечей и новые отличительные знаки.
— но вижу, не выйдет, — оценив новости на кителе, продолжил дворецкий, довольно улыбнувшись, — ну а если не выйдет, думаю, попытается убить вас. Генеральские да?
— генеральские, Грэмстон. Позволь представиться Итон Морсмарсиор Атрон Генерал-комендант запаса его величества Императора Георга-Антония Третьего.
Он улыбнулся не скупясь, отвесил шутливый поклон. Видимо новости о назначениях все же затерялись. Интересно, кто в министерстве так заботиться о нем? Теперь он был равен отцу в статусе. Даже не так, если на вверенных отцу землях начнутся беспорядки и возникнет необходимость ввести военное положение, власть и пост наместника перейдет к нему. Тем самым власть останется в руках одной семьи. Мудрая мысль, если не знаешь, что в этой семье не все так просто.
— вам надо быть настороже. Приходите лучше ночевать к нам во флигель. Мы с Мьирой будем только рады. Вы нам как сын, — глаза старого дворецкого блестели.
— не стоит, Грэмстон, — он опустил руку на плечо старого наставника и похлопал, — это визит вежливости, не более. Адриану не о чем беспокоится. Оливии не о чем переживать, а мадам зря надеется. Можешь доложить отцу, что я буду готов переговорить с ним до ужина, минут через тридцать?
— конечно, господин, — дворецкий поклонился и вышел, как только полог тишины спал.
Как он и ожидал отец был поражен увидев его, еще и в генеральском походном мундире и прочитав сопроводительные документы, известившие наместника о новом назначении офицера запаса в Лазурных Долинах.
— ты удивил меня сын, — откинувшись на спинку кресла изрек отец после пары затяжек сигар, — и заставил задуматься о … о многом….
— не стоит, отец. Я искренне надеюсь, что мои услуги не понадобятся. Я намерен насладиться мирной жизнью в каком-нибудь живописном уголке Лазурной Долины. Не порекомендуешь мне пару местечек, одно из которых я мог бы приобрести для этой цели.
Отец задумался. Молчал долго. Пробили часы в холле. Возвещая о прошествии часа. Внизу члены семьи ждали главу на ужин, но он все не шел. И потому вскоре Итон уловил шелест платья и тихие шаги на лестнице. Мачеха.
— тебе нужен наследник. С сильной кровью, —
— куда спешим?
— твой сын станет моим наследников. Я признаю его своим внуком.
— Октан!!! — полу вскрик, полу стон от мачехи, что прекрасно все расслышала.
Итон не смог сдержать улыбку, когда поднимался, приветствуя ее, как положено правилами хорошего тона. Даже на передовой он не забыл уроков далеко не добродушных наставников.
Холод его серых глаз столкнулся с болотной зеленью ее глаз, полных ненависти. Ведь она уже успела оценить мундир пасынка. Пасынка, почти исчезнувшего на полях сражений в дальних землях империи. Оценить и понять.
— пожалуй, я оставлю вас и спущусь к столу. И отец, относительно последнего… пока я не планирую. В моих ушах все еще звучат звуки сражений, сомневаюсь, что услышу нежный женский голосок.
Улыбнувшись, он откланялся. Но вместо столовой пошел есть на кухню. Туда, где билось сердце этого дома. Для него. Напрасно его, важного гостя, ждали за парадно накрытым столом приглашенный, поэтому важному случаю приближенные отца с супругами и дочерями брачного возраста.
И вернувшись ночью, в отведенную ему спальню столкнулся с парой первоклассных убийц, который прекрасно знали кто перед ними. Видимо мачеха вытрясла все свои сбережения. Услуги ассасинов такого уровня, да еще и гильдийцев стоят не дешево, далеко не дешево. Но, увы, генеральские погоны абы кому не дают, особенно если офицер «с полей».
Он стоял в лунном свете с ножом, что всегда был в голенище его сапог. С холодного метала стекали капли крови. Кровь убийц смешалась с его собственной. И хоть он убил врага. Вопрос оставался лишь в том, отстоял ли он свою жизнь. Качнувшись, сделав шаг другой, он поплелся, шатаясь, в сторону ванной. Надо хотя бы перевязать раны. Резерв пуст. Не вызвать своих…..
— глупец… самоуверенный глупец…. — хрипел он, зажимая рану на животе рукой. Сунул в сапог нож и потянулся за кителем, чтобы прижать зачарованную ткань к ране. Остатки частиц впитаются тело и возможно помогут ускорить регенерацию. Сейчас даже капля на вес золота.
Опершись о косяк двери, он прислушался к доносившимся из-за нее голосам. Перед глазами все плыло, кровавая пелена стояла в глазах, сердце оглушительно ревело в ушах.
— бред какой-то…. Я что? Ведьма? Мы только полы покрасили! Ты предлагаешь разрисовать их?
— а как еще? Таких как эти гномы единицы. Эти уедут и опять под окнами драки да сомнительные личности. ….
— ну не знаю….
Итон не стал больше ждать и вытащив кинжал из голенища, покачнулся и надавил на ручку двери.
Она не поддалась. Он ударил плечом. Тот же результат.
— Федь, слышал? — встревоженный женский голосок, эхом отдающийся в памяти.
Где он его слышал?
— да…
— там кто-то есть…. — испуганное, но потом решительное, — тащи сковороду!
Топанье ног. Тишина. Привалившись к полотну двери в свете луны он видел как поворачивается ручка. Тихое с той стороны двери: «раз… два… три…». Свет ослепил его и качнувшись он упал вперед, растеряв последние силы. Надеясь, что смерть наконец-то заберет его. Но это было лучше чем смерть и забвение. Женские ручки. Навалился на мягкое женское тело, уткнувшись носом в изгиб ее шеи, вдохнул аромат кожи.