Чтение онлайн

зинга, как зомби направляется в супермаркет, где покупает именно то, что ему имплантировали в сознание под прикрытием «культурного»

флера. Ведь на что, казалось бы, рекламно-непорочна музыка, и та при-

лажена для продакт-плейсмента – ненавязчивого упоминания товаров

путем вплетения их наименований в речитатив песни. Это изобретение

не может не привлечь фирмы, заинтересованные в продвижении своих

товаров, вслед за Макдоналдсом, объявившим

о готовности платить рэ-

перам за употребление нужных слов. Пираты тут не помеха, потому что

слов из песни они выкинуть не могут, а их активность лишь на руку рек-

ламодателю. Так что вполне возможно, что правообладатели уже взяли

свое вознаграждение сполна на смежных рынках. И, возможно, оброк, собранный ими с околокультурной пашни, много больше тех незначи-

тельных сумм, что потенциально можно выжать из интернет-аудито-

рии, застращав ее до смерти.

Особенно остро стоит вопрос в отношении бедных стран. Полицей-

ская кампания, развернутая против процветающего там пиратства, по-

пахивает лицемерием и все больше походит на ширму для гегемонии

иного рода. От страны-медиаимпортера требуют зеленой улицы для во-

площения своих неоглашенных замыслов. Иначе ее не пустят в сообщес-

тво «порядочных» стран. Но, с другой стороны, правителям догоняющих

стран не мешало бы крепко задуматься, не разыгрывают ли их втемную, понуждая бичевать собственный народ по поводу и без повода.

Почему, экспортируя продукцию в страны с низкой платежеспособ-

ностью населения, мейджоры держат цену как для богатых? Почему не

прибегают к скидкам? Ведь понятно, что для среднеобеспеченного ев-

ропейца $15 за DVD составляет какой-то малый процент от его свобод-

ного бюджета (сверх трат на неотложные нужды), а например для укра-

инца – это вся его месячная квота на культуру. Предельная стоимость

диска чуть меньше $1, и его можно было бы с выгодой продавать в ряде

регионов за $3-4, успешно вытесняя пиратов. Ценовая дискриминация

тут вполне уместна. Вместо этого настоятельно требуют, чтобы людей

сажали в тюрьму. Неужели не шокирует такая дикость, как принужде-

ние малоимущих покупать искусство через суд? Впрочем, таков, может

быть, изощренный пиар-замысел, делающий популярным то, что в усло-

виях легкой доступности не было бы столь притягательно.

407

ЧАСТЬ 4. КОНЦЕПЦИЯ БЛАГОСОСТОЯНИЯ КУЛЬТУРЫ

А ведь у культурного сообщества есть чем ответить. Стоит популя-

ризировать автоматизированные рекомендательные

системы, и почти

весь продаваемый втридорога балласт мигом превратится в неликвид.

Что тогда запоют корпорации?

Настоящая баталия разворачивается в плоскости символической

экс пансии, ведущей к стратегическому доминированию в экономичес-

кой сфере. Поэтому, когда прием в ВТО увязывают с введением дра-

коновских мер против пиратства, на весах на самом деле лежит нечто

большее, чем экономические интересы отдельных индустрий культуры.

Еще вопрос, кто кому должен: медиапотребители производителям или

наоборот. Вполне вероятно, что это экспортеры должны благодарить за

допуск троянского коня идеологии в национальное эфирное простран-

ство. Должно быть, мудры те правительства, которые не слишком рьяно

включаются в чужестранную культурно-полицейскую игру, оправды-

вая свою «халатность» моральной и инструментальной приблизитель-

ностью копирайта. Вчистую искоренить пиратство все равно не удастся

(тем более в интернете), а Бог даст в скором времени нужда в этом отпа-

дет сама собой.

Правительствам благополучных стран тоже есть в чем выказать

мудрость: не пленяться экономическими доводами аудиовизуальных

корпораций и поумерить пыл при завинчивании гаек копирайта. То

есть завинчивать, но соблюдая меру и осознавая, что пиратство в чем-

то сродни несанкционированной гуманитарной помощи отстающим

регионам. Нелегальные каналы – это спасительные аварийные клапаны, позволяющие стравливать избыточное напряжение в мировой эконо-

мико-символической системе. Перекрывать их наглухо обойдется себе

дороже, потому что возможен взрыв котла перегретыми парами.

4.9.5.1. Копирайт и фольклор

К тому же вопрос не прояснен и с точки зрения морали. Все понима-

ют, насколько опасно глубоко ворошить эту тему, и сводят ее к поверх-

ностной морализации. Иначе станет ясно, что копирайт регулируется

не по совести, а в угоду циничному перекачиванию богатств между на-

родами. Это видно из ситуации с фольклором. Почему авторские права

на него не защищены? Почему точкой отсчета для действия копирай-

та выбрана та, которая выгодна корпорациям? Действительно ли из-за

того, что трудно приписать кому-то владение продуктом? Но на образе

Микки-Мауса тоже зарабатывает множество акционеров «Диснея». Или

из-за того, что фольклор редко имеет четко очерченную форму? Эти-