Доктор Бладмани
Шрифт:
Откуда-то доносился дружелюбный доверительный голос, и Элдон Блейн, похолодев, оглянулся, ожидая увидеть — калеку. Но голос раздавался из радиоприемника, стоявшего на рабочем столе среди беспорядочного нагромождения приборов, инструментов и запчастей. Дэнджерфилд все еще продолжал говорить, хотя спутник наверняка давно ушел за пределы радиоприема. «Контакт со спутником, какого еще никому не удавалось добиться, — сообразил Блейн. — Вот даже что у них здесь есть, в их Уэст-Марино. Но почему работает большой передатчик? Что он передает? Он стал лихорадочно оглядывать комнату…»
Льющийся из радио голос внезапно изменился, стал резче, грубее.
— Очечник! —
— Хоппи, — наконец выдавил он. — Где ты?
— Здесь, — отозвался голос из динамика. — И с каждой секундой все ближе и ближе. Стой где стоишь, очечник. — Тут дверь распахнулась, и перед Блейном возник Хоппи Харрингтон на своем мобиле. Его горящие глаза были устремлены на Элдона. — Добро пожаловать в гости, — съязвил Хоппи, причем голос теперь исходил одновременно и от радио, и от него самого. — Ты, небось, думал, что это передача со спутника? — Один из манипуляторов вытянулся и щелкнул выключателем. — Ладно, очечник, рассказывай. Что тебе здесь надо?
Элдон ответил:
— Отпусти меня. Ничего мне не надо. Просто полюбопытствовал, и все.
— Тебе ведь нужно радио, верно? — невыразительным голосом спросил Хоппи. Он, похоже, был ничуть не удивлен.
Элдон спросил:
— А почему твой передатчик включен?
— Потому что я передаю на спутник.
— Если ты отпустишь меня, — сказал Элдон, — я отдам тебе все свои очки. А чтобы собрать их потребовалось несколько месяцев обшаривать Северную Калифорнию.
— В этот раз ты не привез никаких очков, — сказал калека. — Во всяком случае, чемоданчика у тебя с собой нет. В любом случае, можешь идти. Я тебя не держу, ведь ты не сделал ничего плохого. Правда, это я тебе помешал. — Хоппи рассмеялся отрывистым заикающимся смехом.
Элдон спросил:
— Слушай, а ты, случаем, не собираешься вернуть спутник?
Калека недоуменно уставился на него.
— Ну да, конечно, — сказал Элдон. — Наверняка, с помощью этого передатчика ты намерен включить ту последнюю ступень, которая так и не сработала. Она может послужить в качестве посадочного двигателя.
— Я бы не смог сделать этого, — наконец ответил Хоппи. — Даже, если бы и захотел.
— Ты же можешь управлять вещами на расстоянии.
— Ладно, расскажу тебе, чем я занят, очечник. — Прокатив мимо Элдона, калека протянул манипулятор и взял со стола какую-то штуку. — Знаешь, что это? Это бобина с магнитной лентой. То, что на ней записано будет передано на спутник на огромной скорости так, что передача часов информации займет всего несколько секунд. И, в то же время, все передачи, которые спутник получал во время полета, будут отправлены мне точно таким же образом, на сверхвысокой скорости. Именно так изначально и было задумано, очечник. Еще до катастрофы, до того, как была утрачена аппаратура космической связи.
Элдон Блейн взглянул на стоящее на рабочем столе радио, а потом искоса глянул на дверь. Мобиль теперь стоял так, что не загораживал ее. Интересно, подумал Элдон, если он попробует рвануть отсюда, есть у него шансы, или нет?
— Я могу вести передачи на расстояние до трехсот миль, — тем временем говорил Хоппи. — Передавая напрямую, я могу достичь приемников находящихся в этом радиусе в Северной Калифорнии, но и только. Но, передавая на спутник, где моя информация будет записываться, а потом, по мере его движения,
— Ты сможешь вступать в контакт со всем остальным миром, — сказал Элдон.
— Именно, — подтвердил Хоппи. — На борту спутника есть вся необходимая аппаратура, и она будет подчиняться соответствующим командам с земли.
— И тогда ты станешь Дэнджерфилдом, — сказал Элдон.
Калека улыбнулся и, заикаясь, сказал:
— Причем никто не заметит разницы. Я справлюсь с этим. Я уже все продумал. А, собственно, какова альтернатива? Молчание. Спутник может замолчать со дня на день. И тогда единственный объединяющий мир голос исчезнет и мир постепенно придет в полный упадок. Я готов в любой момент отключить Дэнджерфилда. Как только окончательно уверюсь в том, что он вот-вот умрет.
— А он о тебе знает?
— Нет, — ответил Хоппи.
— Хочешь, я скажу тебе, что я думаю? — сказал Элдон. — Я думаю, Дэнджерфилд умер давным-давно, и на самом деле мы все это время слушали тебя. — С этими словами он чуть приблизился к радиоприемнику на рабочем столе.
— Это не так, — твердо ответил калека, и продолжил: — Но осталось недолго. Просто удивительно, что он так долго выдерживал подобные условия. Видно, военные неплохо поработали, когда отбирали кандидатов.
Элдон схватил приемник и метнулся к двери.
Удивленный калека смотрел ему вслед разинув рот. Блейн на мгновение обернулся, заметил выражение лица Хоппи, а в следующий миг был уже за порогом, сломя голову мчась к своей полицейской повозке. «Я отвлек его, — думал он на бегу. — Бедный чертов калека даже и не предполагал, что я собирался сделать. Весь этот разговор… какой в нем смысл? Да никакого. Мания величия, и только. Он хочет сидеть в своей хибаре и говорить со всем миром, принимать передачи со всего мира, сделать его своей аудиторией… но никому такое не под силу, кроме Дэнджерфилда, никто не может управлять аппаратурой спутника отсюда, с Земли. Калеке нужно бы было находиться там наверху, внутри, а ведь невозможно…»
Что-то схватило его за шею.
«Как? — спросил себя Элдон Блейн, падая лицом на землю, но по-прежнему не выпуская из рук радио. — Ведь он остался там, в доме, а я здесь. Действие на расстоянии… он держит меня. Неужели я ошибся? Неужели он может дотянуться так далеко?»
Тут то, что схватившее его за шею, стало сжиматься.
Глава 11
Взяв первый отпечатанный на мимеографе листок крошечной, выпускаемой им два раза в месяц газетке, Пол Диц принялся критически просматривать главную заметку, которую он сам и написал.
ЧЕЛОВЕК ИЗ БОЛИНАСА НАЙДЕН СО СЛОМАННОЙ ШЕЕЙ
Четыре дня назад Элдон Блейн, торговец очками из города Болинас, Калифорния, прибывший в наши края по делам, был обнаружен на обочине дороги мертвым со сломанной шеей и следами насилия на теле. Убийца неизвестен. Эрл Колвиг, шеф полиции Уэст-Марино начал расследование, и в настоящее время допрашивает свидетелей, видевших Блейна в тот вечер.
Вот такая это была заметка, и, читая ее, Диц испытывал глубокое удовлетворение. Она сразу привлечет внимание множества читателей, а, значит, возможно в следующем номере разместят больше объявлений. Основным источником дохода Пола — был Энди Гилл, который постоянно рекламировал свои табачные изделия и напитки, и Фред Куинн, аптекарь, ну и, само собой, всегда бывало по нескольку объявлений. Но, конечно, это не то что в старые добрые времена.